Эйлин Колдер - Расторгнутая помолвка

— А что должна делать я? — спросила у мужа Элен за ланчем.

— Просто присутствовать,— ответил он с таким холодком в голосе, что Элен засомневалась, так ли уж необходимо ее присутствие.

Но, спускаясь по лестнице к мужу, ожидавшему ее в холле, она отметила про себя, как прищурился, глядя на нее Ник, как дрогнула его верхняя губа. По его реакции можно было подумать, что Элен вообще забыла одеться.

— Со мной все в порядке? — спросила она.

— Сногсшибательно,— ответил он тихо. Голос Ника скорее напомнил свист, чем шепот.— Если, конечно, в твои намерения входит озадачить всех присутствующих мужчин вопросом, так ли роскошно тело под этим платьем, как кажется. Но так ты, вероятно, быстрее добьешься своей цели, если и вправду хочешь, чтобы все мужики старше девятнадцати с ума сошли от похоти.

— Ты просто невыносим! — Она уже готова была бежать наверх, чтобы переодеться в дежурное черное платье, когда раздался звонок в дверь — прибыли первые гости.

— Улыбайся, Элен,— приказал он,— давай играть роль счастливых молодоженов.

Полчаса спустя, когда собрались все приглашенные, хозяева попросили гостей пройти в гостиную, где им предложили шампанское и легкие закуски.

Погода в начале сентября стояла на редкость жаркая — газеты даже сравнивали лондонский сентябрь с индийским июлем. Стеклянные двери в задней части дома были открыты настежь.

Николас без устали представлял жене гостей. Среди них была его секретарша, и Элен с облегчением узнала, что эта женщина годится ей даже не в матери, а в бабушки. Среди мужчин были и те, с кем Николас вместе учился, и те, с кем вместе взбирался вверх по служебной лестнице. Были гости из европейских стран и из США. Большинство приехали парами.

Однако присутствовали и женщины без кавалеров. Они особенно сладко улыбались Элен и восторженно трясли руку. Ее внимание привлекла фотомодель по имени Кора, лет двадцати с небольшим. Ее Элен узнала сразу: в этом году лицо и бюст красотки не сходили с обложек журналов. Вблизи девушка оказалась еще более очаровательной, чем на фотографиях. Блестящие, до пояса, волосы цвета спелой пшеницы и фиалковые глаза производили ошеломляющее впечатление.

Знакомясь с ней, Элен почувствовала, с какой неприязнью относится к ней фотомодель, хотя свои чувства та хорошо маскировала голливудской улыбкой. Вечеринка развивалась по своим законам, и вскоре для Элен стало очевидно, что блондинка имеет виды на Николаса, или, быть может, он имеет виды на нее.

И вдруг Элен все поняла.

Беспомощно сжимая в руках бокал с шампанским, она наблюдала за тем, как сочно улыбается Нику Кора, как он, словно нечаянно, откидывает с ее лба прядь волос, как наклоняется к ее губам, чтобы лучше расслышать ее слова. Тайну их тел легко было разгадать. Элен со всей очевидностью поняла, что эти двое были близки, и это открытие оставило кровавую зарубку на ее сердце, будто его полоснули хорошо заточенным клинком.

Были? Перед ее глазами поплыл туман, едва она задумалась, подходит ли к их отношениям прошедшее время.

Ту ночь, когда Ник не вернулся домой, с кем он ее провел? Не с Корой ли? Его не было дома целую неделю. Чем же была на самом деле его «командировка»? Элен закрыла глаза, прислонясь к стойке бара, опасаясь, что может натворить что-нибудь очень глупое, например, упасть с обморок.

И тут бесшумно, словно красивое привидение, к ней присоединилась Кора. С понимающим видом взглянув на бокал с шампанским, который Элен сжимала так, будто он был единственной опорой в жизни, сверкнув аметистовыми глазами, Кора сказала:

— Эй, что вы мусолите весь вечер один бокал? Настроение не праздничное?

Элен покачала головой.

— Я немного устала.— Она старалась говорить так, чтобы голос не выдал, что творится у нее в душе.

И словно по мановению дирижерской палочки, обе посмотрели туда, где стоял Николас, рассказывая что-то собравшимся около него гостям. Для обеих женщин было очевидно, что хозяин дома не столько увлечен беседой, сколько наблюдает за тем, как обстоят дела вокруг. Господи, с кровоточащим сердцем думала Элен, вот он стоит среди стольких мужчин, почему же из всех эта женщина выбрала именно его?

— Он мой, и ты это знаешь,— раздался рядом с Элен тихий голос. Она вздрогнула, решив, что сходит с ума. Но, кажется, голос принадлежал Коре.

— Простите? — переспросила Элен, решив, что ослышалась.

— Ты все прекрасно поняла,— ответила Кора, игнорируя вежливость.— Предупреждаю!

— Но я его жена,— напомнила Элен тихо, но твердо.

— Разве? — Девушка пытливо посмотрела на соперницу и вдруг изобразила на лице одну из своих самых соблазнительных улыбок.— По твоему поведению не скажешь, что ты замужем. Николас тоже не выглядит счастливым. Он устал, раздражен, а ты даже не подошла к нему ни разу за вечер.

— Я его жена,— повторила Элен, стараясь придать голосу как можно больше уверенности, но руки ее дрожали.

Фиалковые глаза вдруг стали злыми и неприятными.

— Да... он на тебе женился, но знаешь почему? Только из-за дочери. Чтобы никто не смог его упрекнуть в том, что у него незаконнорожденный ребенок. Но не надейся, малышкой ты его не привяжешь. Сама понимаешь, какие чувства может питать отец к дочери, которую видит урывками. Запомни мои слова: очень скоро существование твое станет таким жалким, что ты готова будешь бежать на край света. И вот тогда — суд, развод, а потом он придет ко мне,— закончила девица, почти шипя.

Элен выдержала паузу, чтобы ее исчезновение не выглядело бегством. Затем весьма выразительно повернувшись к Коре спиной, ушла в глубь сада, надев на лицо улыбку и боясь останавливаться, чтобы не упасть и не доставить тем самым удовольствие охотнице за чужими мужьями.

***

Остановившись возле увитой розами ограды, Элен наклонила голову, ожидая, когда пройдет тошнота и успокоится сердце. Тогда она сможет разобраться в сумбуре мыслей, навести в них порядок.

Отсюда Элен могла наблюдать, как Кора подошла к той группе, где был Николас, и сразу включилась в разговор, звонко смеясь какой-то шутке. Дальше игнорировать ситуацию было нельзя. Элен понимала: надо действовать.

Отношения между ней и Николасом вскоре станут совершенно невыносимыми. Ее муж с самого начала перестал соблюдать правила игры, а брак, лишенный физической близости, заставит его искать удовлетворение на стороне. Но разве сможет она и дальше выносить это? Никогда!

Она любила его. Любила всегда. Никого, кроме него, она не любила и понимала, что не полюбит. Но он, Николас, что чувствовал к ней он? Казалось, когда ему не хотелось ее тела, он просто презирал ее. Однако...