Пари на развод - Рина Беж

зарабатывать, но и тратил прилично. Мы поменяли квартиру на более просторную, хотя в ней сейчас не живем. Были отпуска, машины… но их позже продали. Муж решил заняться расширением производства. Однако, что и как вкладывал и переоснащал – не в курсе. Он особо не делился. Об окладе я тоже никогда не спрашивала, не было необходимости. Денег хватало, да и муж подкидывал. Кредитов на нас нет, а если есть на фирме, то меня в курс дела не вводили.

– Да, я примерно такое положение дел и предполагала, поэтому покопалась немного в открытом доступе и сделала официальные запросы в нужные инстанции…

Ирина Николаевна кладет передо мной планшет и показывает то, что успела выяснить.

– Вот смотрите. Вы говорите, что доля в ООО вашего мужа составляет сто процентов, но по данным из выписки ИФНС все иначе. Пятьдесят принадлежат вашему сыну, пятьдесят свекрови. А Сергей Борисович – лишь исполнительный директор с зарплатой в двадцать тысяч рублей. Изменения внесены в реестр два года назад. А если посмотреть глубже, то Алексей Сергеевич владеет долей уже более восьми лет.

Чего? Но как?

– Я не знала, – качаю головой, глядя в карие глаза адвоката.

Потом ко всему озвученному рассказываю про условие мужа – развод на Алешкины восемнадцать лет.

Ирина Николаевна кивает.

– Я не удивлена, даже есть мысли, почему именно такое условие. Но в любом случае нужно дождаться официальных документов. И еще. Я правильно понимаю, что брачного контракта у вас подписано не было?

– Нет.

– Отлично, – Митина только что руки от предвкушения не потирает. – Я готова взяться за ваше дело, но, во-первых, это будет дорого, так как легко и быстро поделить имущество вряд ли получится, во-вторых, я не люблю, когда коней на переправе меняют. Поэтому хочу четко знать. Вам, Олеся Игоревна, нужен просто развод с Кировым Сергеем Борисовичем, по-быстренькому, так сказать, или же вы готовы идти до конца и делить даже то, что, как я вижу, у вас уже фактически нагло отобрали?

Моментального ответа Ирина Николаевна не требует и предлагает, пока дожидаемся результатов ее запроса, хорошенько подумать.

Соглашаюсь. Думаю. И даже советуюсь.

Маргоша уверенно убеждает драть с козла три шкуры и ни в чем себе не отказывать. Он-то меня не жалел.

Зотов, с которым пересекаюсь во вторник, когда прихожу на первое пробное занятие в фитнесс-клуб, и кратко рассказываю об успехах с Митиной, оставляет решение за мной, лишь говорит, что прислушался бы к самой юристке. Если та считает, что прок есть и стоит впрячься, то почему нет?

Раздумываю еще день, а затем следую совету Романа.

– Ирина Николаевна, у нас есть шансы победить? – спрашиваю напрямую, отодвинув бумаги, в которых черным по белому написано, что моя дорогая свекровь, домохозяйка, владеет двумя квартирами в новостройках общей площадью больше двухсот квадратных метров, а также промышленными территориями, которые арендует фирма мужа.

– Конечно, есть, – кивает адвокат, сверкая темными глазами. – Скажу больше, того, с чем вашему пока мужу придется расстаться после развода, хватит не только чтобы оплатить мои услуги, но и безбедно вам с сыном жить несколько лет. И это при том, что он вполне точно попадет под прицел правоохранительных органов.

– За что?

– Сокрытие доходов, финансовые махинации. Поверьте, в случае Кирова и его сделок можно копать и копать. Было бы желание. Так что вы надумали? Желание есть?

Пару мгновений смотрю в глаза сидящей напротив меня женщины. Черпаю в них уверенность и киваю.

– Желание есть. Я хочу получить развод и всё, что причитается мне и сыну по закону.

Глава 20

ОЛЕСЯ

– Олеся Игоревна, я редко выражаю собственное мнение клиентам, чьи интересы представляю в суде. Редко даю советы. Предпочитаю оставаться в нейтральной плоскости и соблюдать рамки деловых отношений. Это часто оказывается очень полезно, поскольку некоторые мои доверители порой успевают несколько раз «переобуться» уже в ходе работы и в попытке найти виноватых… обвиняют в своих проблемах в том числе меня, своего адвоката.

– Ого…

Единственное что выдаю, когда мы с Ириной Николаевной выходим из здания суда. Пятнадцать минут назад мой адвокат инициировала бракоразводный процесс и подала все необходимые документы с перечнем имущества, на которое я вместе с сыном намерена претендовать.

– Да, – кивает Митина без улыбки, чем подтверждает, что ее слова – не шутка, а реальная практика. – Так вот к чему веду. Я рада, что сейчас вы выстояли и не передумали. Поверьте, первый шаг – один из самых сложных. Не говорю, что дальше будет легко. В вашем случае я в этом больше чем уверена. Но все же повторюсь, я рада, что вы решились.

– Потому что… – озвучиваю очевидное, так как речь шагающей рядом со мной шатенки явно предполагает продолжение.

– Знаете, когда я переехала в Питер на ПМЖ, поначалу считала его огромным-преогромным и просто необъятным. И только спустя некоторое время начала понимать суть выражения местных, что «Петербург – город маленький».

– Маленький?

– Именно. Поверьте той, кто до всего доходит только через проверенные факты. В Питере реально, выбежав в трениках и мятой футболке на пять минут в магазин за хлебом, встретить знакомых, которых последний раз видел несколько лет назад, или, к примеру, пересечься с одноклассниками, нагрянувшими в Северную столицу на пару дней, чтобы посетить Петергоф и погулять по Невскому, но случайно забредшими за водой в один с тобой магазин. К чему мое отступление? – усмехается Митина, посмотрев на меня прямо. – Все просто. Ваш город Сочи тоже маленький.

– Вы кого-то успели встретить? – делаю вывод, который сам собой напрашивается.

– Совершенно верно. Вашего мужа.

– Э-э-э, но как…

Скорость, с которой Ирина Николаевна все проворачивает и выясняет, по-хорошему обескураживает. Она как осьминожка, каждое щупальце которой никогда не отдыхает и двадцать четыре на семь занимается важным делом.

– Как его узнала? – заканчивает за меня предложение Митина. – Легко. Соцсети нам на что? Там фотографии, друзья, комментарии, геолокация.

Подмигивает.

– Логично, – киваю и жестом предлагаю ей зайти в кофейню.