Зена Валентайн - Меня зовут Бренда Джейн

Хэмиш слышал голоса девочек и Бренды, доносившиеся из кухни, разговор перемежался смехом. Какое-то время он слушал, прислонившись к стене и закрыв глаза, чтобы лучше представить себе девушку. Когда она говорит, ее зеленоватые глаза горят огнем, мягкие каштановые волосы взлетают при каждом повороте головы, а улыбка могла бы украсить обложку модного журнала. Одно слово – красавица.

– Я – ангел! – прокричала Энни, перекрывая голоса других.

– В прошлом году Майкл был одет как настоящий пастух, – возбужденно говорила Эми, – на нем была настоящая жилетка, без рукавов и такая… рваная внизу. И еще свитер наизнанку, а вокруг пояса веревка.

– Как ты думаешь, он одолжит тебе свой костюм? – спросила Бренда.

Хэмиш поморщился, зная ответ.

– Да нет, нет! – закричала Эми. – Я хочу быть в своем. Каждый сам делает себе костюм.

– Понимаю. А кем будет Майкл в этом году?

– Хозяином гостиницы. А в следующем, если будет хорошо себя вести, его назначат Главным волхвом.

– Я – ангел! – напомнила Энни.

– А что носят ангелы? – спросила Бренда.

– Лозовое! – закричала Энни.

Прозвучавший в ответ тихий смех Бренды поразил Хэмиша в самое сердце. Такие теплые, глубокие звуки… Захотелось взять ее голову в ладони и поцеловать в губы, взасос.

– А я слышала, что ангелы всегда в белом, – сказала она.

– Конечно, в белом, – согласилась Эми.

– Лозовое! – настаивала Энни.

– Может, разрешим ей быть в розовом?

Эми ответила не сразу, и Хэмиш ясно представил себе, как она думает, прищурив большие карие глаза. Потом услышал:

– Наверное, можно в розовом. Все делают себе костюмы, как им нравится.

– А другие ангелы были в белом или в чем-то другом?

– Не-е-е помню, – неуверенно протянула Эми.

– Ну что ж, я думаю, белокурый ангел в розовом одеянии – это очень красиво, – заключила Бренда. – Энни, ты введешь новую моду.

– Лозовый ангел! – восторженно вскричала Энни.

– Ну, так вот, розовый ангел и оборванец пастух, доедайте скорее кашу и будем жить дальше.

Хэмиш выбрал как раз этот момент, чтобы войти в кухню и налить себе чашку кофе.

– Привет всем, – сказал он, взглянув на Бренду в ожидании ее реакции.

– И вам привет, – ответила девушка, и он вздохнул с облегчением.

С чашкой кофе Хэмиш сел за стол, и глаза их встретились. Улыбка, подаренная ему Брендой, вооружила его энергией на весь предстоящий день.

– Сегодня мы будем рыскать повсюду, – указала девушка, – нам нужно найти материал для идеального ангельского костюма. Причем розового.

– Никогда не слыхал про розовых ангелов, – сказал Хэмиш, обращаясь к Энни.

– У вас пробел в образовании, – заявила Бренда, а Эми хихикнула.

– А когда будете одевать пастуха? – спросил Хэмиш, наполняя тарелку кашей.

– В субботу, – ответила Бренда, – когда «пастух» не учится, и мы сможем заняться поисками.

Эми снова хихикнула.

– Поисками по магазинам? – Хэмиш налил в кашу горячее молоко.

– Нет. – Она заулыбалась при виде удивленного лица Хэмиша. – Пойти в магазин и купить – это неинтересно, это умеет любой. Наша задача – перерыть сундуки, ящики комодов, шкафы и коробки и найти то, что нужно. Может, даже покопаться на чердаке или в той комнатке в церкви, где лежат даренные прихожанами вещи.

– Дареные вещи? – Хэмиш уронил ложку. – Хотите сказать, из сундука для бедных?

– Ужасное название, – возмутилась Бренда. – Следовало бы назвать этот сундук… ну, скажем… – она призадумалась, – «Всё для желающих»!

– Но мы не можем отбирать вещи у бедных, – робко возразила Эми.

– Название традиционное, – пояснил отец. – Со времен средневековья в каждой церкви есть такой сундук. Но я думаю, Эми, каждый может брать из него, что хочет, потому что люди складывают туда ненужные вещи.

Эми кивнула. Карие глаза сощурились от интенсивной работы мозга. Потом девочка обернулась к Бренде:

– Может, так и назовем сундук – «Всё для желающих»?

Хэмиш встал и вышел. На этот день он запланировал массу всяких дел: казначей Эдсон Форда достает с разными проблемами, нужно еще продумать воскресную проповедь, а корзинка с письмами, требующими ответа, уже переполнена.

Работая в своем кабинете в церкви, Хэмиш иногда видел Бренду с Эми. Они тихонько шныряли по комнатам, вполголоса беседуя то с тем, то с другим. Заходили и к секретарю церковного комитета. В какой-то момент, проходя по главному залу, Хэмиш увидел, как Бренда разглядывает кусок прозрачной белой занавески, а рядом стоит Энни с недовольной миной.

– Скажу вам прямо: эта дамочка изменит курс вашей жизни, такой праведной до сих пор, – сказала миссис Дитон, подойдя к нему сзади. И указала перстом в спину Бренды.

Хэмиш хотел уж было согласиться, улыбаясь как всегда, но вдруг понял: Бренда изменила курс не только его жизни, но и направление мыслей всего прихода. Разве она не заставила всех смириться с тем, что перед его домом красуется дорогая спортивная машина? А с тем, что игнорирует воскресную проповедь, которую посетила лишь однажды? С тем, что по-прежнему живет у Чандлеров, хотя уже давно ходит на костылях и не нуждается в их помощи?

Самый резкий поворот курса произошел, разумеется, в его сердце: теперь оно заполнено Брендой.

Невероятно, но священник не смог ответить миссис Дитон какой-нибудь шуткой. Слова не шли на ум; Бренда, в самом деле, слегка свернула его с проторенной дорожки. Беда в том, что она-то по ней не пойдет.

Когда они все дома, как одна дружная семья, когда Бренда, дети и миссис Би играют, смеются над чем-то, или ссорятся, или замышляют какие-то проказы, он борется с желанием схватить ее в объятия и уложить в постель.

О, Бренда! Она, в самом деле, изменила его жизнь, сдвинула ее с оси, уже начинающей ржаветь. Он любит наблюдать за тем, как она это делает. Действительно, их закоснелый образ жизни требовал обновления. А у нее свежий взгляд на вещи и мужественный, независимый характер.

Внезапно миссис Дитон схватила священника за руку, заставив резко к ней обернуться. На лице ее было такое глубокое понимание происходящего у него в душе, что он смутился.

– Жду вас в вашем кабинете, поговорим о делах комитета, – категорически заявила она и быстрым шагом удалилась.

Неужели чувства к Бренде так явственно отражаются на моем лице? – подумал он. Это скверно.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Бренда очень быстро целиком отдалась организации рождественского представления: во-первых, потому что это было интересно Эми и Энни, во-вторых, доставляло удовольствие ей самой, а главное – Хэмиш всегда оказывался где-то рядом, помогал и поддерживал; кажется, ему даже нравилось все, что она делала.