Рита Рейнвилл - Вдвоем все же лучше

Так. А какие еще возможны счастливые повороты? Ну, скажем, для Лайзы. Может быть, она встретит прекрасного принца и заживет верной женой в каком-нибудь очаровательном пригородном домике. А может, изумит всех и добьется успеха в предпринимательской деятельности, где женщины начинают сейчас завоевывать многие позиции. Хмыкнув от этой мысли, она повеселела и безмятежно отдалась игре воображения.

Кевин. Что было бы для него счастливым концом? Мелькает ли силуэт женщины в тумане его будущего? Если отбросить все романтические шаблоны и трезво взглянуть на вещи, то возникает вопрос: а нужна ли ему подруга? Хочет ли он ее иметь? Или он абсолютно самодостаточен?

А Джад? Что ему нужно для счастья?

Нет, резко меняя положение и вскакивая, призналась Кэти. Думать о Джаде я не хочу. Не буду думать о его будущем. И о своем тоже не буду.

Когда появился Драч, желавший узнать, что осталось от ланча – сегодня это был жареный цыпленок, – Кэти взглянула на него неприветливо.

– Да, Драч, я не хочу сейчас о нем думать. В этом нет никакого смысла. Дело в том…

Да, в чем дело? А в том, что мысли о Джаде всегда сплетаются с мыслями о своем к нему отношении. Пока оно трудноопределимо, но, раньше ли, позже ли, какое-то решение нужно будет принять. А это вызовет к жизни другие вопросы. Такие же важные и такие же трудные. О работе, о доме, о будущем.

Как бы ища поддержки, она взглянула на своего взъерошенного собеседника.

– Видишь, как все сложно. Но теперь у меня есть козырь. Я правильно поступила, обменяв Кэти Донован на женщину совсем другого склада. Ведь я же рассказывала тебе, какова эта Кэти Донован. Из-за мягкосердечия она то и дело попадала в сложнейшие ситуации. Общаясь с теми, кому нужна помощь, она превращалась в какую-то манную кашу. Всегда слушалась в первую очередь сердца: разум включался, когда в основном дело было уже сделано.

Но, к счастью, теперь все возьмет в свои руки Кэтрин Донован, – торжествующе заявила она и сунула ноги в туфли. – Кэтрин умеет быть рассудительной. И, надеюсь, ей хватит ума оставить в «Доме милосердия» тревоги, напряжение и фантастические мечты, а самой тихо заняться чем-то приятно-полезным, вроде компьютеров.

Драч, явно не слушая, деловито подолбил твердым клювом кусочки мяса, проглотил их и, круто повернувшись, решительно направился прочь.

Кэти с восторженным изумлением смотрела на эту четкую и жесткую целеустремленность. Да, пожалуй, и Кэтрин есть чему поучиться у Драча. Этой птице явно неведомы ни сомнения, ни угрызения совести. Он берет то, что ему приглянулось, остального он как бы не видит. И жизнь для него проста и легка.

Пройдя по тропинке к пляжу, Кэти подошла к самой кромке воды и, сбросив туфли, вступила в пену прибоя. Нагнувшись, подняла золотисто-коричневую ракушку и улыбнулась, вспомнив слова Джада о смертельных порезах. Потом, бросив ракушку в волны, нахмурилась.

Она живет на острове вот уже две недели. Две недели блаженства. Две недели в убежище. Две недели игры в бегство от жизни.

Две недели отрыва от связей и обязательств.

Триста тридцать шесть часов затворничества и попыток забыть о нескончаемом диалоге Кэти Донован с Кэтрин. В какие-то часы это удавалось лучше, в какие-то – хуже. Кэти, неугомонная душа, то и дело пыталась представить себе, как они там, в «Доме милосердия». Кэтрин логично напоминала, что незаменимых людей нет, что свято место пусто не бывает и кто-то всегда делает то, что должно быть сделано. А также – что нет человека, способного взвалить себе на плечи все тяготы мира.

Философия Кэтрин была стройной. И страшноватой. Все, хватит думать об этом, приказала себе Кэти, поглаживая затылок в попытках унять надвигающуюся головную боль, и ускорила шаг, как бы стараясь уйти от наваливающихся на нее непосильных проблем.

Маршрут ее шел вокруг острова. Подходя к дому, она уже просто бежала.

– Кэти?

Мягкий, с ленцой голос Джада невольно вызвал улыбку. Придерживая трубку подбородком, она, заканчивая покрывать ногти на ногах розовым лаком, принялась весело отчитываться:

– Привет. Я в полном порядке. Порезы и переломы костей отсутствуют. Замороженных завтраков и обедов еще целая куча. Есть новость: я покрылась чудесным загаром.

– Где?

– Что «где»? – спросила она, изгибаясь, чтобы лучше рассмотреть лак на ногтях.

– Где загар?

– На мне, естественно.

– Где? Всюду?

– Ох, Джад! – Откровенный мужской интерес, неприкрыто звучавший в вопросе, заставил ее залиться краской, не имеющей ничего общего с действием солнечных лучей. Сильная теплая волна прошла по телу. – Должна тебя разочаровать, – сказала она сухим голосом. – Ничего любопытного не происходит. Я так старомодна, что всегда загораю в купальнике.

– Это прекрасно. – Его голос был полон странного удовлетворения.

Прикинув, что разделяющее их расстояние гарантирует ей полную безопасность, Кэти, немного поколебавшись, спросила:

– А почему, собственно, это тебя так радует?

– Видишь ли, – принялся обстоятельно разъяснять Джад, – меня то и дело посещает навязчивое видение. Я вижу, что мы одни; я тебя медленно раздеваю, снимаю предмет за предметом одежду и наслаждаюсь, видя, что нежная светлая кожа приобрела медовый оттенок, созвучный оттенку твоих глаз.

Чувствуя, что она не способна выдавить из себя ни звука, Кэти схватила лежащий рядом раскрытый роман и стала судорожно обмахиваться им, как веером. Но Джад и не ждал ответа.

– А у нас тут крупные новости, – непринужденно заговорил он совсем о другом.

– Какие? – спросила Кэти, поморщившись от хрипотцы, неожиданно прозвучавшей у нее в голосе.

– Сегодня Агата пришла на работу в красном костюме.

– В красном? Просто не верится! Что это на нее нашло?

– Не «что», а «кто». Гордон, естественно.

– Ты хочешь сказать, что она отправилась по магазинам…

– Нет, по магазинам шастает Гордон. Еще до твоего отъезда он подарил ей шарф и блузку. Но то были мелочи. Теперь же, получив первый чек, он отправился в город и вернулся обвешанный пакетами. Заявил, что больше ни дня не хочет терпеть на Агате эти ее ужасные бурые тряпки.

– И что же Агата?

– Расплакалась.

– Ой! – Кэти просто задохнулась. – Но, я надеюсь, плакала она на плече Гордона?

– Поскольку Гордон парень не промах, в конце концов – да.

– А значит ли это, что они поселятся в одном доме?

– Возможно. – По интонации было ясно, что он пожимает плечами. – Агата – крепкий орешек. Кто знает, что она еще выкинет?

– А как она… вообще?

– Великолепно. Гордона держит в ежовых рукавицах.

– Я рада, – машинально ответила Кэти. – Но… я хотела спросить… как у нее с делами?