Инид Джохансон - Взаимный интерес

Неужели с этой встречей нельзя было немного подождать? Опершись на локоть, Лив внимательно вгляделась в лицо любимого. Глаза его были закрыты. Он не обманывал ее — она по голосу слышала, до чего же ему не хочется уезжать, не хочется нарушать эту сельскую идиллию.

— А что за дело?

Может, он пытается что-нибудь предпринять, чтобы обеспечить их будущее? Возобновил контакт с какими-нибудь старыми университетскими знакомыми? Или встреча — лишь предлог?

Пожалуй, последняя догадка была ближе всего к истине. Во всяком случае, именно так решила Лив, когда Грегори отделался уклончивым ответом:

— Потом скажу, когда все улажу.

Конечно, думал он, можно было бы рассказать и сейчас. Только вот с чего начать? Позабавит ли ее вся эта история? Поймет ли Лив, отчего он скрыл от нее, кто он такой на самом деле? Или решит, что все это — гнусный обман от начала и до конца? Не перестанет ли доверять ему?

Все эти вопросы одолевали Грегори, но Лив заставила позабыть о них. Обняв любимого, она уютно устроилась, положив голову ему на плечо.

— Тут в миллион раз лучше, чем у меня в постели. Но по правде-то говоря, пока мы вместе, все остальное мне безразлично.

Теперь она не сомневалась: звонил друг Грегори, просил уехать. За дни, проведенные вместе, Лив успела уже узнать и оценить врожденное чувство собственного достоинства мужа и понимала, как огорчен он тем, что вынужден лишить их последних дней медового месяца. Но Грегори был не в том положении, чтобы спорить.

Бедняга, наверное, чувствует себя бесконечно униженным. Просто невыносимо! Когда-нибудь, уверенно подумала Лив, Грегори еще докажет всему миру, на что способен. Она нашла губами сосок на груди мужа и игриво потянула за него. Пальцы скользнули по стальным мышцам живота вниз, к бедрам. Со сдавленным стоном Грегори повернулся к жене и притянул ее к себе.

— Ну что, едем?

Грегори поднял чемоданчик Лив и понес его к грузовичку. С отъездом они затянули. Он хотел дать Лив выспаться, пока сделает пару деловых звонков, закроет во всем доме окна, сварит кофе и приготовит тосты на завтрак. Но ей непременно нужно было навести чистоту в кухне и комнатах.

— Нельзя же оставлять тут сплошной беспорядок. И как насчет того, чтобы возместить продукты, которые мы съели?

Но Грегори поначалу не проявил к этому никакого интереса, а потом подосадовал: после этого, надо полагать, Лив уверится, что вышла замуж за неблагодарного сноба.

Когда же он просто-напросто оставил грузовичок на стоянке возле вокзала, она озабоченно спросила:

— А его можно вот так бросать? Не украдут?

— Украдут — туда ему и дорога. Не придется везти на свалку, — отозвался Грегори.

Но попытка пошутить не удалась — они так опаздывали на поезд, что ему пришлось чуть ли не бегом волочить Лив за руку к кассе.

Теперь она решит, что он еще и безответственный разгильдяй. Хотя на самом-то деле Грегори еще с утра позвонил Ларри и объяснил, где оставит машину. Пусть продаст, если хочет. Хотя много ли за нее выручишь?

Он купил два билета по кредитной карточке. Когда молодожены влетели в вагон — буквально за секунду до отправления, — Лив дернула мужа за рукав.

— Эй, мы не туда попали! Это же первый класс!

Она выглядела на диво прелестной — раскрасневшаяся, взволнованная, в белых льняных брючках и лимонного цвета блузке без рукавов. Веснушек на носу у нее стало заметно больше. Интересно, гадал Грегори, много ли времени уйдет на то, чтобы всех их пересчитать.

— Успокойся, — улыбнулся он. — Я и купил билеты первого класса.

— А ты хоть представляешь, сколько они стоят!

— Представляю, — сухо отозвался Грегори.

Чудесно, просто чудесно! Теперь она будет думать, что вышла за легкомысленного мота и транжиру. Лив послушно опустилась на сиденье, а Грегори подавил тяжелый вздох. Нет, пора объясниться. Сегодня же вечером.

Сев рядом с женой, он взял ее за руку и принялся рассеянно вертеть дешевенькое обручальное кольцо. Он непременно купит ей другое, гораздо лучше.

— Послушай, — шепнул он тихонько. — Мне хочется, чтобы у тебя было все самое лучшее. А поскольку сегодня — последний день нашего медового месяца, я отвезу тебя вечером в ресторан и буду всю дорогу баловать.

Он знал подходящее место. Потрясающий отель — непревзойденная элегантность, самые изысканные блюда, старинные вина, уединенные столики, свечи… и номер для новобрачных с кроватью под балдахином. Его секретарь, Фрэнк Дезерт, лично отвезет их туда. Лучшего места для откровенного разговора не придумаешь.

— Меня вовсе не надо баловать, но куда-нибудь сходить с тобой я всегда рада. — Лив нежно ответила на пожатие мужа и задумчиво отвернулась к окну.

Если ему так уж хочется, пусть немножко посорит деньгами. Она спорить не станет. Но вообще-то в будущем обоим им придется привыкать к экономии.

Они ведь столько раз занимались любовью — и не сосчитаешь. При одной мысли об этом на щеках Лив вспыхнул румянец. И ни разу не предохранялись. Да и с какой бы стати, ведь оба мечтали о детях. Возможно, уже сейчас она носит в себе его ребенка.

Лив невольно ахнула от волнения и восторга.

— О чем ты думаешь? — негромко спросил Грегори.

Она повернулась к мужу. Сегодня волосы ее были распущены и свободной волной падали на плечи, обрамляя лицо золотым сиянием.

— О том, как сильно я тебя люблю.

У Лив даже сердце сжалось — столько правды было в этих словах. Грегори был необычайно красив и обаятелен даже в дешевом, плохо пошитом костюме — том самом, что купил на свадьбу. Отвороты этого нелепого приобретения упорно отказывались лежать гладко, а галстук выглядел таким пожеванным и старомодным, как будто Грегори позаимствовал его у дедушки.

Милый! Он так старался выглядеть получше — и все ради нее. Хотя уж лучше бы остался в обычных своих джинсах и футболке. Но ей было безразлично, какую одежду он носит. Не платье красит человека! Лив просто не верилось, что можно любить кого-нибудь сильнее, чем она любит мужа!

На то, чтобы показать ему маленькую, спартански обставленную квартирку, хватило пары минут.

— Прости, но кровать у меня односпальная, — поторопилась предупредить Лив, когда Грегори внес чемоданы в спальню. — Придется потесниться, пока я не закажу ложе пошире. — Она бросила на мужа виноватый взор. — Знаешь, я никогда не пыталась наводить тут уют, так что придется нам теперь с тобой вдвоем поломать головы.

— Не переживай, — равнодушно отозвался Грегори. — И не спеши распаковывать мои вещи — я потом сам займусь. — Он бросил взгляд на часы и легонько чмокнул жену в кончик носа. — Кажется, мне пора. Заеду за тобой около семи. Смотри, надень что-нибудь понаряднее.