Айрин Мур - Солнце, море и твои глаза...

— И этой девушке я плачу полмиллиона за три месяца занятий английским с моим сыном.

— Боже, как здесь здорово! Рауль, прошу, остановите где-нибудь, я просто не могу проехать мимо этих мест.

Ники вышла из машины и полной грудью вдохнула чудесный воздух. Причем сделала это так явно, что Рауль невольно на мгновение задержал взгляд на ее груди.

— Какой здесь воздух! — воскликнула девушка и пошла к краю обрыва.

Внизу простиралась долина, место было просто сказочное.

— Ники, осторожнее, не подходите к краю! — предупредил Рауль.

— Не будьте занудой, граф, — ответила Ники и сразу же почувствовала какое-то странное шевеление под ногами.

Она даже не успела понять, что происходит, как земля ушла у нее из-под ног, а Ники автоматически, повинуясь инстинкту самосохранения, умудрилась зацепиться за какую-то корягу, которая явно оказалась тут не случайно, а лишь для того, чтобы спасти жизнь обычно благоразумной Ники. В мгновение ока Рауль уже лежал на краю обрыва и протягивал руку девушке.

— Держи меня, Рауль, держи же! — кричала Ники.

— Да держу я, — сквозь зубы процедил он.

— Тяни же меня, Рауль, тяни! — продолжала в панике кричать Ники.

— Да тяну я, тяну!

— Ну что же ты не…

— Ники, заткнись наконец!

Оказавшись на безопасном расстоянии от обрыва, Ники осмотрела себя и, только увидев довольно-таки значительные царапины, почувствовала боль.

— А ты был прав, я этот день не скоро забуду.

— Ники, ты когда-нибудь кого-нибудь слушаешь? Или делаешь все назло? А если бы я сказал тебе, что не стоит прыгать с этого обрыва, ты бы прыгнула? — едва отдышавшись, спросил Рауль.

— А ты сомневаешься?

— Теперь понятно, почему ты не замужем.

— Тогда поделись со мной, потому что я этого не знаю. — Ники спорила по инерции, несмотря на то что сил на это не было.

— Не нашелся еще человек, который сможет тебя выносить.

— Тогда и мне становится понятно, почему ты до сих пор не женат.

— А вот я не женат совсем по другой причине. Просто слишком много девушек готовы пойти со мной на край света, а я никак не могу выбрать одну из них.

— Ну так выбери ту, у которой ноги сильнее.

Рауль вопросительно посмотрел на Ники.

— Ну чтобы она дошла до конца света и не осталась лежать бездыханной где-то на полпути, — деловито пояснила Ники.

— Думаю, я выберу ту, с которой мне будет нескучно отправиться в такое дальнее путешествие, — сказал Рауль и пристально посмотрел Ники в глаза.

Она тут же отвела взгляд и сделала вид, что вообще не услышала его слов.

— Ники, нужно поехать в ближайшую больницу, обработать раны, — сказал Рауль не терпящим возражений тоном, и Ники решила не спорить.

Она тут же поднялась и пошла к машине. Рауль, приготовившийся столкнуться с ожесточенным сопротивлением, проводил ее удивленным взглядом.

Уже подъезжая к больнице, у Ники зазвонил телефон. Это была Мэгги. Та самая Мэгги, которая нутром чувствовала, когда где-то что-то происходило без нее.

— Ники, ты где?

Ники даже не думала скрывать правду, потому что многолетний опыт подсказывал ей, что это абсолютно бесполезно. Поэтому она без промедления выложила все, что с ней произошло.

— Рауль, засекай время, максимум через двадцать минут она будет здесь.

Через пятнадцать минут Мэгги была в больнице. Рауль только лишь удивленно приподнял бровь и ухмыльнулся.

Дежурный врач оказался очень красивым и молодым.

— Ники, я зайду с тобой, — сказала Мэгги, отодвинув Рауля в сторону.

— Мэгги, ты же боишься крови.

— Кто тебе сказал такую глупость?

Врач, обрабатывая раны Ники, ни разу не взглянул на нее, так как просто физически не мог отвести взгляд от точеной фигурки Мэгги, которая, поддерживая с ним светскую беседу, еще и изучала его инструментарий и прочее.

Ники вышла из кабинета незамеченной, врач даже голову не повернул в ее сторону.

Рауль, увидев Ники, усмехнулся:

— Да, моему другу Пауло придется потрудиться, чтобы приручить эту рыжеволосую бестию. Ну что, продолжим прогулку?

Ники осмотрела свой костюм, порванный чуть ли не в клочья — она словно побывала в когтях у дикого зверя.

— В таком виде?

В дверях кабинета появилась голова Мэгги.

— Нам просто необходимо поездить по модным магазинам и приодеться, не можем же мы продолжать прогулку в лохмотьях!

Ники с Раулем переглянулись и рассмеялись.

У Ники заняло десять минут, чтобы выбрать стильное короткое платье бирюзового цвета, белый платок на голову, босоножки и сумочку. Ее наметанный глаз позволял ей принимать решения, на которые у других женщин могли уйти часы и даже дни. Зато гораздо больше времени Ники потребовалось, чтобы привлечь внимание продавщиц, которые облепили Рауля, как мухи банку варенья.

Увидев безуспешные попытки подруги, Мэгги крикнула из примерочной: «Бомба!»

Продавщицы напрочь забыли о Рауле и только и смогли, что расширить глаза от ужаса, но рвануть к дверям не успели, потому что Мэгги тут же добавила: «Это платье просто бомба!»

— Спасибо, Мэгги! Нам тебя ждать?! — крикнула Ники в сторону примерочной.

— Да, сходите в ресторанчик напротив, а я скоро буду.

Ники печально вздохнула. «Скоро» означало как минимум через три часа. Хотя перспектива провести это время с Раулем и не была столь тягостной, все же Ники чувствовала себя не в своей тарелке.

Выходя из магазина, она с жалостью окинула взглядом продавщиц, их ждало нелегкое испытание — выдержать Мэгги.

Ресторанчик оказался очень милым, обстановка в нем была довольно-таки интимная, в зале царили полумрак и прохлада, несмотря на то что на улице было настоящее пекло.

Меню было на французском. Ники решила сделать вид, что знает французский, она и правда знала несколько слов, достаточных для того, чтобы полюбезничать с официантом, но явно недостаточных для того, чтобы выбрать блюдо. Это девушка поняла, когда принесли заказ.

Рауль, скрывая улыбку, спросил:

— Все в порядке?

Ники еле сдержалась. Он-то заказал себе какую-то вкуснятину, а ей принесли мерзких улиток. Не может быть, чтобы природа создала их для еды! Может, для красоты. Хотя они такие мерзкие. Может, для контраста, чтобы красота больше ценилась?

— Ники, ты могла честно признаться, что не знаешь французского. В этом нет ничего зазорного. Лично я ценю в женщинах вовсе не знание языков, поверь мне.

— Меня сейчас волнует не то, что ты ценишь в женщинах, а то, что я ценю в еде. А ценю я в первую очередь съедобность. Ну неужели на земле исчерпаны запасы нормальной еды, что приходится есть всякую гадость?