Дорис Смит - Спой мне о любви

— Как ты там сказала про коттедж? Дело прошлого? Так вот, я хочу, чтобы ты знала, как много всего мне пришлось пережить и передумать за последние недели.

В этот момент потребовалось все мое мужество, чтобы удержать себя от неверного шага. Когда возникала такая необходимость, во мне все стремилось помочь и утешить, и я забывала о своих чувствах, но сейчас я испугалась и не стала продолжать этот разговор.

Всю дорогу машину вел Адам, но я почему-то ощущала себя такой же измученной, как и близнецы, когда помогала им улечься в кровати.

— Вы выглядите совершенно измотанной, — весело заметила Магда.

— Боюсь, это была не такая хорошая идея — привезти Йена и Рут на концерт, — вздохнула я. — Колин совсем не был рад видеть их там.

Магда удивленно уставилась на меня:

— Вы же не хотите сказать, что сделали ему сюрприз? — На мгновение она показалась мне обеспокоенной. — О боже, если бы я знала, никогда бы вам не позволила. Он был очень огорчен?

— Скорее рассержен, — призналась я. — И я никак не могу понять почему.

— Эта история касается только его и Дон Кихота, поэтому я ничего не могу вам сказать, — развела руками Магда. — Но не переживайте так. Это все равно нужно было сделать, рано или поздно. Он и сам это поймет.

Я понятия не имела, при чем здесь Дон Кихот, но меня этот разговор слегка утешил. Я посидела немного с Магдой и Адамом в баре и ушла спать, оставив их там.

Глава 9

Это случилось после полуночи, когда я выключила лампу и только начала засыпать. Подкравшийся на цыпочках сон вспугнули неприятные лязгающие звуки, переходящие в душераздирающий вой. Поначалу я не поняла, что это, и, замерев от страха, несколько секунд таращилась в темноту. Что происходит? О чем думает Роджер Росс? Почему…

Внезапно я села. Это же воет сирена… Пожарная тревога!

Мои руки нелепо дрожали, когда я накидывала пальто и надевала туфли. Что еще? Ах да, закрыть окно. Выглянув на улицу, я увидела, что во дворе уже собрались постояльцы отеля. А где мама? Магда и близнецы? Я не смогла их разглядеть в толпе и, чувствуя тошнотворную слабость, побежала по коридору вместе с соседями по этажу, поспешно покидавшими номера. Все вокруг выглядело как обычно, дымом не пахло, и спуститься по главной лестнице не составило никакого труда. Мы вышли в холодный ночной воздух. И вот тогда я увидела огонь. Он был вовсе не в главном блоке отеля, а в левом крыле, где находились кухни и помещения для персонала. Облака плотного дыма поднимались вверх, и языки пламени жадно лизали стены.

«Мама!» — подумала я и по-детски зажмурилась от страха. И в этот момент она сама бросилась ко мне, вцепилась в меня, как ребенок, и я вдруг обнаружила, что прижалась к ней и не в силах оторваться.

— Где же пожарные? — рыдала она. — Роджер один не справится!

Сухая жаркая погода способствовала распространению огня, и теперь всем было ясно, что, вопреки героическим усилиям Роджера Росса и его помощников, кухонное крыло будет полностью уничтожено. Но главное здание и новую пристройку еще можно спасти. У меня сердце разрывалось при мысли, что и они сгорят, — я уже успела полюбить величественные лестницы и тихие коридорчики отеля. Что бы ни случилось за последние несколько недель — порой это были нелегкие для меня времена, — здесь всегда царили тепло, уют и забота.

Мама побежала помогать остальным сотрудникам. Я наконец увидела Магду и подошла к ней. Близнецы с округлившимися глазами стояли рядом.

— Пожарная машина уже едет, — проинформировал меня Йен. — Это ее колокольчики звенят, Дебора? Это они? Вот здорово!

— Папа нас заберет? — пискнула Рут. — Я хочу к нему, Дебора. Мне не нравятся… люди. — Она бросила неодобрительный взгляд на пестрое сборище в пижамах, халатах и бигуди, и я чуть не расхохоталась. Но следующая ее ремарка напрочь отбила у меня охоту смеяться. — Хани! — закричала девочка, и ее глаза стали еще огромнее. — Вы не взяли мою Хани! Она на кровати! Я спасу ее!

И в ту же секунду я увидела, как Рут зигзагами мчится по траве, огибая группы людей на своем пути. Это меня не слишком обеспокоило: девочка непременно остановится, когда подойдет поближе к ревущему пламени. Я и не подумала окликнуть ее и остановить — просто медленно двинулась за ней, размышляя, где купить новую Хани и как обеспечить ее одеждой, прежде чем я отсюда уеду. Но я не приняла во внимание того, что Создатель забыл наделить Рут хоть капелькой страха. Вопреки моим ожиданиям, она не остановилась у двери, и никто, видимо, не заметил ее. Упрямо наклонив голову, девочка ринулась прямо в облако дыма.

Едва придя в себя, я бросилась за ней:

— Рут!

Удушливая гарь тут же заполнила мои легкие. Я нащупала перила и побежала вверх по ступенькам. В этот момент чья-то рука, крепкая и решительная, схватила меня за локоть.

— Стой! — резанул ухо голос Адама.

То, что он находится здесь, а не в трех милях отсюда, в своей квартире, почему-то не удивило меня.

— Рут… — выдохнула я. — Где-то наверху…

— Боже милосердный! — прошептал он, отпуская мою руку и протискиваясь мимо, наверх.

Я повернулась, чтобы спуститься, споткнулась и потеряла равновесие. Падая, попыталась ухватиться за перила лестницы. Последнее, что я запомнила, было низвержение в темноту…

Темнота поглотила меня не полностью. Время от времени я выныривала из нее и смутно слышала голоса, вой сирены. Затем мне показалось, что кто-то держит меня за руку, и я даже попыталась поговорить с ним.

— А… Ад-да-ам…

— Все в порядке, — прозвучал в ответ ласковый мужской голос. — Теперь все хорошо.

Голос был мне знаком, и я почему-то сразу же почувствовала, что все действительно хорошо, и перестала вырываться.

Вскоре темнота совсем исчезла, в голове прояснилось. Я открыла глаза, и голос, прозвучавший на этот раз, оказался совершенно незнакомым:

— Проснулась, милая? Я позову сестру.

Сестру? Где я? Кто говорит? Моргая, я сфокусировала взгляд… Утренний свет, бледно-голубая стена, алюминиевая решетка кровати, пожилая женщина в халате рядом со мной. Раздались шаги, и надо мной склонилась девушка в белой униформе медсестры.

— Ну, мисс Белл, как вы себя чувствуете?

— Только что пришла в себя, сестричка, — сообщила ей пожилая дама, очевидно, моя соседка по палате. Поправив мое полосатое одеяло, она улыбнулась: — Увидимся, милая, — и ушла.

«Это больница», — пришла мне на ум блестящая мысль, и сразу же все встало на свои места. Отель в пламени, мое падение с лестницы… и Рут…

— Рут! — Я попыталась сесть. — Она…

— С ней все в полном порядке, — заверила медсестра. — Отец только что забрал ее домой. Девочка родилась под счастливой звездой.