Джун Боултон - Наяву как во сне

— Нет, — сказала Стефани. — Эмма вручила мне бумажку, я отдала ее Кристиану, совсем не подумав на всякий случай переписать адрес и телефон. Надо позвонить Эмме…

— Обойдемся без Эммы, — не терпящим возражения тоном заявил Мэтью. — В крайнем случае обратимся в справку. — Ему вдруг пришла в голову неплохая мысль. — Может, поискать на чердаке твои старые записные? Ты ведь однажды ездила к Бенджамину с Кристианом.

— Точно! — воскликнула Стефани. — В одной из старых книжек у меня есть его адрес. По-моему, в зеленой. Помнишь такую?

Мэтью напряг память.

— Нет, но поищу.

— Я не выбросила ее, точно знаю.

— Чудесно.

Стефани замялась и робко выдала:

— Скажи девочке, что я всем сердцем желаю ей удачи. И счастлива, безумно счастлива, что все заканчивается именно так. Я ведь тоже эти две недели сама не своя была. Не ем, почти не сплю, об отдыхе и думать не думаю, совсем измучилась… Может, Сандра не поверит… и ты тоже… Но это правда, — добавила она исполненным раскаяния голосом.

— Поверим, — твердо сказал Мэтью.

— Спасибо, — выдохнула Стефани.

Несколько минут спустя Мэтью и Сандра поднялись на чердак. Сандра встала с кровати весьма бодро, как будто и не падала сегодня в обморок, словно изнурение и душевную боль с нее вдруг как рукой сняло.

Вот умница девочка, отметил про себя восхищенный Мэтью. Стойкая, выносливая, а как верна своей любви! Радоваться за Кристиана надо, а не козни им чинить! Слава богу, все выяснилось! И Стефани образумилась. Теперь все пойдет по-новому. Надо быть внимательнее друг к другу, добрее. Меня это тоже касается, еще и как…

— Старье хранится у нас вот тут, — сообщил он, указывая на покосившийся от времени шкаф и направляясь к нему. — Стефани сказала, зеленая. Сейчас посмотрим. — Он раскрыл дверцы и принялся искать среди разложенных по стопкам записных книжек и тетрадок ту самую, в которой был адрес Бенджамина. — Сейчас найдем. Раз Стефани уверена, что не выбросила ее, значит, так оно и есть.

Сандра некоторое время наблюдала за ним молча, потом отвернулась к небольшому оконцу и неожиданно спросила:

— А почему Стефани все это устроила? Чем я настолько сильно ей не угодила? Что такого сделала? Не понимаю…

Мэтью медленно повернул голову, окинул продолжительным взглядом стройную девичью фигурку — гордо расправленные худенькие плечи, тонкие руки, обтянутые шерстяной тканью кофточки, длинные ноги в синем дениме. И классически правильный профиль нежного лица.

— Видишь ли… — пробормотал он, не зная, какими словами объяснить этому чистому, не по годам взрослому и мужественному созданию, в чем дело. — Кристиан у нас единственный сын. Для Стефани совсем еще ребенок, которого надо окружать заботой и лаской, обеспечивать, оберегать от трудностей… — Он заметил, как дрогнули крылья ее носа, как сжались губы. И, вспомнив, что за ней ухаживать некому, выругал себя за непредусмотрительность. — Прости… Тебе, наверное, больно слышать такие слова. Я знаю о твоей трагедии…

— Ничего, — ответила Сандра, не отрывая глаз от окна. — Я привыкла. Пожалуйста, продолжайте.

— В общем, Стефани вбила себе в голову, что Кристиан слишком еще молодой для постоянной связи с девушкой, испугалась, что вы надумаете пожениться, едва окончите школу…

— Это настолько страшно? — ровным голосом поинтересовалась Сандра. — Кристиан уже самостоятельно зарабатывает деньги, и, бывает, неплохие. Я в силу печальных обстоятельств очень рано повзрослела. Мы любим друг друга. Более того, понимаем, умеем поддержать. Разве этого недостаточно, чтобы жить вместе? — Она резко повернулась и устремила на Мэтью вопросительный взгляд на редкость честных серьезных глаз.

Тот даже немного растерялся. Но несколько секунд спустя покачал головой.

— По-моему, достаточно. Лично я даже обрадовался, когда узнал, что у моего сына роман с порядочной и умной девушкой, не какой-нибудь там ветреницей.

— Порядочной и умной? — Сандра немного склонила голову набок. — Откуда вы могли знать, какая я? Мы до сегодняшнего дня не были знакомы.

Мэтью улыбнулся. Наверное, впервые за последние три часа.

— Я видел твои фотографии. У лживых и глупых не бывает таких глаз.

Сандра тоже улыбнулась. И ее лицо сделалось вдруг настолько прекрасным, что в голове Мэтью мелькнула мысль: я в такую на месте Кристиана тоже без памяти влюбился бы.

— Одним словом, Стефани столько себе навыдумала, что, по-видимому, задалась идеей вас разлучить, — произнес он более уверенно. — Она и меня попыталась убедить в том, что пора бить тревогу, но я ее не поддержал, и ей пришлось обратиться к этой ведьме — одной нашей родственнице, любительнице провернуть какую-нибудь аферу. Она-то и организовала все, что последовало. — Он вдруг испугался, что Сандра скажет сейчас что-нибудь резкое, заявит, что знать больше Стефани не желает, но она не выразила ничего подобного ни жестом, ни взглядом. — Стефани искренне теперь раскаивается, — пробормотал Мэтью с виноватым видом. — Глубоко страдает, все сто раз взвесила, пересмотрела, обдумала. И поняла, насколько чудесный ты человечек и какой непростительный проступок она совершила… Поверь, я ведь знаю ее как свои пять пальцев. Поверь и не обижайся…

Сандра опять улыбнулась. Настолько открытой и дружелюбной улыбкой, что Мэтью охватило желание прижать ее к груди и по-отечески крепко обнять.

— А знаешь, — вдруг сказал он, удивляясь собственной откровенности. — Я всегда мечтал, чтобы у нас со Стефани была еще и дочь. Увы! В свое время Бог нам такого счастья не дал. — Он вдруг жутко смутился, даже потупил голову, но все-таки сказал все, что задумал: — Если ты станешь для меня однажды дочерью, я почувствую себя баловнем судьбы.

Сандра в порыве признательности сама подошла к нему и обняла. Мэтью на миг замер, удерживая ее возле себя, и прослезился от наплыва чувств. Совсем немного. Так, что Сандра ничего, наверное, и не заметила. Или, может, заметила, но, конечно, не осудила. Слишком уж доброй и хорошей она была.

До автостанции Мэтью довез Сандру на машине. Предварительно заехали к ней домой, он лично объяснился с Сильвией, которая выслушала его внимательно, без лишних эмоций и в то же время весьма доброжелательно, после чего без раздумий дала согласие.

— Стефани просила передать, что всем сердцем желает тебе удачи, — сказал Мэтью, проводив Сандру до готовившегося отправиться в путь автобуса. — Она все эти полмесяца безумно мучилась и счастлива, что все заканчивается именно так.

Сандра кивнула.

— Я тоже счастлива.

— Береги себя. — Мэтью чувствовал, что уже переживает за нее, как за родную дочь.