Карен Брукс - Неповторимая весна

— Эдди! Эдди! — метнулась к нему Дороти, ладонями обхватила его лицо, виновато заглянула в глаза, стараясь побороть его каменную безучастность. — Прости меня. Я тупая, безмозглая дурочка, — захлебываясь, говорила она, перемежая слова поцелуями. — Прости, если иногда я казалась высокомерной, заносчивой снобкой. Это не потому, что слишком высокого мнения о себе, скорее рефлекторная защита. Я… я боюсь поверить… в любовь.

— Тебя никогда еще по-настоящему не любили — вот в чем дело! — произнес Эдди, избегая глаз Дороти. — И ты по-настоящему еще не любила тоже! То, что было между тобой и мужем, вряд ли можно назвать подлинным чувством, иначе вы не расстались бы.

— Я просто не переживу, если мы… с тобой расстанемся… Я чуть не умерла от ревности, когда в твоей записной книжке обнаружила кучу женских имен.

— Три. От силы четыре. И одно из них, между прочим, — моей сестры.

— Откуда я знала?.. Мне казалось, что ты ужасный…

— Ужасный кто?

— Не знаю, как сказать.

Эдди неожиданно рассмеялся.

— Не бойся, говори уж как есть.

— А ты опять не обидишься?

Он обнял ее за плечи, чуть притянул к себе, ласково отвел волосы, растрепавшиеся надо лбом, отчего она немного повеселела.

— Я подумала… ты обычный ловелас.

— Ловелас?! По-моему, это слово вышло из употребления еще сто лет назад!

— Ну, тогда плейбой. Словом, мужчина, который коллекционирует женщин.

— А теперь ты тоже так думаешь? — усмехаясь, сказал Эдди, целуя ее в шею, где пульсировала проступившая сквозь нежную кожу голубоватая жилка.

— Сейчас меня это не волнует, — прерывисто призналась она. — Когда мы вместе — другое больше не существует и не имеет значения… Я чувствую только, как ликует и поет моя душа и сердце обливается нежностью к тебе.

— Дороти, любовь моя. Ты отдаешь себе отчет, о чем говоришь? — взволнованно прошептал Эдди. — Наконец-то и ты понимаешь, какое счастье найти друг друга. Такое редко бывает.

— Значит, нам повезло.

— Еще как! Еще как!

Эдди закружил ее по каюте, целуя как безумный в оголенные плечи, в грудь, скрытую мешавшим ему платьем. В страстном порыве он опрокинул Дороти на диван, оголил бедра, обжег их горячими губами.

— Сюда может войти стюард, — стыдливо прошептала она.

— Он не войдет, — сказал Эдди, торопливо стягивая с нее кружевные белые трусики. — Ему нечего делать в салоне, пока его не позовут. А я не позову до утра… Я счастлив, что к нашей с тобой коллекции прибавится еще одна ночь.

В понедельник они первым рейсом вылетели из Майами. Брасс довез Дороти до ее офиса, пообещав позвонить, как только приедет к себе на Кейп-Код. Она еще поднималась в лифте, а уже с нетерпением думала о предстоящем звонке.

Тина уже ждала ее с горячим кофе наготове.

— Ну как? — спросила секретарша, сгорая от любопытства, однако стараясь быть деликатной.

— Неплохо, — призналась Дороти.

Тина улыбнулась: не в характере мадам особо распространяться, хотя и по лицу можно кое-что прочесть.

— Где же вы были?

— В Майами.

— Боже, какая прелесть! Всю жизнь мечтала посмотреть.

— В субботу гуляли по городу, в воскресенье купались, загорали, потом катались на воздушном шаре.

Не говоря уже о том, про себя добавила Дороти, что занимались любовью на яхте, в саду на траве и даже… под душем.

— А как здесь дела? — поинтересовалась она, возвращаясь с небес на землю. — Твое субботнее дежурство прошло без эксцессов?

— Ничего особенного. По твоей заявке поступил полицейский отчет, касающийся нашего клиента, попавшего в дорожно-транспортное происшествие; миссис Макброк желает переписать завещание — снова поссорилась с родней… Из коллегии адвокатов пришла очередная просьба принять опекунское дело — срочно свяжись, а то обидятся… Кроме того, не забудь, что сегодня провожают на пенсию Томпсона.

— Я действительно забыла об этом, — кивнула Дороти. — И у меня не будет времени заехать домой, чтобы переодеться. А в сумке все помялось.

— Не беда. Достань что-нибудь, во время ланча я найду, где погладить… Ой, совсем вылетело из головы! Звонил Боб Клифорд. Сказал, хочет сообщить тебе нечто очень важное.

Если бы Дороти находилась в своем обычном рабочем состоянии, то непременно почуяла бы неладное, — тот никогда не звонил просто так, но ее все еще переполняли волнующие впечатления прошедших дней и она не могла сосредоточиться.

Клифорд позвонил после полудня, и первая же его фраза сразу насторожила.

— А что, Дороти, — лениво протянул старый адвокат, — твоя клиентка — как ее… Сюзан Хемлон, так и не надумала снять свои обвинения или хотя бы изменить в них кое-какие показания?

— Сьюзи Хедлоу, — поправила она, ни секунды не сомневаясь, что Клифорд нарочно переврал имя. — Если тебя интересует, не собирается ли она забрать иск о похищении ребенка, то могу сообщить: таких намерений у нее нет.

В трубке прозвучал злорадный смешок. Дороти мгновенно поняла, что хороших известий ожидать не следует.

— Знаешь, я бы искренне хотел, чтобы это дело вела не Дороти Ламбер, а любой другой адвокат.

— Вот как? Почему же, Боб?

— Потому что я уважаю тебя, дорогая, и не хотел бы видеть, как опытный адвокат в судебном процессе превращается в жалкое посмешище.

У Дороти по спине побежал холодок.

— Не волнуйся, Боб. Я не позволю сделать это даже тебе.

— Что ты, детка? Я и мысли не допускаю.

— Тогда от кого прикажешь ждать неприятностей? Говори уж, что таишь за пазухой?

Клифорд сокрушенно вздохнул.

— Крепись, Дороти. Мне не очень по душе сообщать коллеге вроде тебя новости, в корне меняющие…

— Да в чем дело, Боб? Скажи же наконец!

— Тогда слушай. Мне принесли отчет частного детектива, где приводятся доказательства, что в прошедший уик-энд твоя клиентка имела встречу с одной средних лет бездетной парой. Стороны заключили договор, согласно которому Сьюзи Хедлоу передает вышеупомянутой паре все права на своего ребенка в обмен… на финансовое вознаграждение.

— Что?!

— Сьюзи не такая любящая мать, какой прикидывается. Если все пройдет, как она задумала, сам факт купли-продажи состоится на следующей неделе.

У Дороти потемнело в глазах.

— Я тебе не верю! Здесь нет никакой логики! Ведь Клод Эшби, настаивающий на своих отцовских правах, с радостью освободил бы ее от материнских обязанностей, если они ей в тягость…

— Да, но ты забываешь в данном случае о деньгах, дорогая. С настоящего отца ведь не потребуешь выкуп! А бездетные пары, годами ждущие возможность исправить ошибку природы хоть таким образом, готовы без колебаний выложить требуемую и немалую притом сумму. Для мисс Хедлоу это настоящая удача. Не сомневаюсь, она все очень тщательно взвесила. Более того, готов дать голову на отсечение, этот план у нее созрел уже в тот момент, когда наша особа подзалетела с беременностью.