Одри Остин - Жаркое лето любви

Марчелло пожал плечами.

— Извини, дружище, — сказал он более спокойно, — придется от тебя избавиться. Я ненавижу предателей. Нож в спину — то, что ты сделал. Спрашиваю в последний раз: где они?!

— Марч, прости, я не хотел, — заскулил Блейк, оценивший наконец-то всю силу опасности. — Не знаю, клянусь, они испарились.

— Испаришься у меня ты, — хмуро сказал Марчелло и кивнул своему охраннику.

Тот выбросил Блейка, как ненужный хлам, на берег. Блейк, истекающий кровью, потерял сознание.

К этому моменту в руках Макса уже было оружие. Марчелло медленно повернул голову в его сторону и ошеломленно уставился на Макса, уверенно стоящего на ногах и смотрящего на него без страха.

— Гринберг, дружище. — Загорелое лицо бандита перекосило улыбкой, похожей больше на оскал. — Ты что задумал? Наша сделка в силе. Мы договорились с твоим Эндрю, он скоро будет здесь. Ты уедешь вместе с ним и девчонкой. А где она? Надеюсь, с ней не случилось ничего непоправимого? Этот болван Блейк способен на дикие выходки.

— Не волнуйся, Марч, с ней все в порядке, — хмыкнул Макс. — Скажи своему подручному, чтобы принес веревки.

— Максимилиан! Зачем так категорично, мы еще можем договориться.

— Не забывай, Марч, ты у меня на мушке.

— Я не забуду этого никогда, — зло прищурившись, пообещал тот.

— Делай что я сказал!

Охранник медленно перевел глаза на Марчелло, тот вяло кивнул, и он попятился.

— Если вздумаешь стрелять, — предупредил его Макс, — учти, я убью твоего босса первым.

— Ну что ты, Макс, — осклабился Марчелло. — Не пугай парня, он совершенно безобидный, как и я. Эх, годы берут свое, а то бы я давно уже прыгнул на тебя как барс и разорвал на мелкие части. Но я стал старым и добрым. Эх, доброта хуже воровства. Вспомни, Макс, я ведь был добр к тебе и девчонке.

— К моей девушке, — поправил его Макс, не опуская руки с пистолетом.

— Ох, какие страсти. Я сразу это понял по вашим глазам. Ладно, парень, мы расстанемся по-хорошему. Дай мне время, я включу мотор и уеду. И даже пришлю за тобой помощь.

— Ага, — хмыкнул Макс, — попросишь береговую охрану.

— А что? Попрошу. Ради хорошего-то человека.

Вернулся охранник с веревками.

— Давай, — поманил Макса рукой Марчелло, — подходи к нам, связывай.

— Сами этим займетесь, а я…

Макс не договорил — рядом с ним просвистела пуля, затем вторая. Он отпрыгнул в сторону. Марчелло тут же понял, что ему больше ничто не угрожает, и спрятался за борт, кивнул охраннику. Тот достал пистолет и побежал на Макса. Все произошло за считаные секунды. Бегущего парня подножкой остановил раненый Блейк, тот свалился на песок, теряя равновесие и мишень. Рука дрогнула, прогремел выстрел, пуля угодила в борт катера, и там громко взвыл Марчелло. Макс воспользовался секундным замешательством, чтобы разглядеть несшийся к острову катер, из которого стреляли. Он убедился, что это была не береговая охрана, более того, он был уверен, что на борту этого катера-убийцы его бывший лучший друг и партнер по бизнесу Эндрю. Рисковать своей шкурой он больше не мог. Один против скольких? Макс отступил за бунгало.

— Ха! — заорал, вставая и придерживая окровавленное плечо, Марчелло. — Твои родственники, проклятый Гринберг! С выкупом. Суки, кругом суки, ни одного нормального парня.

Он суетливо на коленях заметался по днищу, пытаясь освободить его от мешков с наркотиками. Внезапно с другой стороны показался третий катер. На этот раз достаточно большой, чтобы разглядеть на нем людей в форме.

— Помощь, — сухими губами прошептал Макс.

На катере Эндрю, откуда успели раздаться еще несколько выстрелов, тоже заметили береговую охрану, и принялись совершать резкий маневр. Судно на скорости развернулось, чуть ли не вокруг своей оси, разогналось еще больше и со всего маху врезалось в выступающий из воды риф. Его разорвало пополам, и тут же загорелся бак с горючим. Макс обомлел.

— Эндрю! Какой же ты дурак, Эндрю! Что ты делаешь?!

Ответом ему был взрыв. Небо окрасилось в багровые тона. Макс почувствовал сильную боль в ключице и подступающую к горлу тошноту. Сознание медленно возвратило его на грешную землю.

— А! Попал, попал! Босс, я его ранил!

— Добей! Он свидетель. Все равно выкупа не будет.

— Босс! Вы куда?! А как же я?!

Катер Марчелло отплывал с ним одним, а по берегу метался выстреливший в Макса человек. Макс с трудом перевел взгляд на приближающееся судно береговой охраны. Ему показалось, что он увидел на корме своего секретаря Челси.

— Не может быть… — прошептал он и потерял сознание.

9

Эллис не стала отсиживаться в пещере и вышла почти сразу за Максом. Она видела, как мужчины стреляли друг в друга, видела, как Макс упал, и кинулась ему на помощь. Она корила себя, что не побежала за ним сразу, ведь могла же заслонить, защитить, уберечь. Но ничего этого не потребовалось. Когда она подбежала к распростертому на берегу Максу, возле него уже собирались прибывшие на катере береговой охраны люди. Эллис тут же схватили и поставили рядом с охранником Марчелло, она заметила на нем наручники.

— Она жертва, — прохрипел Макс, еле открывая глаза.

К ней в это время шел мужчина с такими же наручниками и что-то говорил. Эллис ничего не слышала, только видела бледное лицо Макса и не смела подойти. Все изменилось в один миг.

— Это сам Максимилиан Гринберг, — многозначительно изрекла возвышающаяся над ним сухопарая дама с чисто английской внешностью.

Эллис видела таких в детективах, старые леди были бесконечно сухими в выражении чувств и эмоций, зато без промаха стреляли в преступников.

— Эту девушку я не знаю, — отчеканила дама, мельком бросив взгляд на Эллис. — Видимо, кто-то из обслуги. Пассажиров было трое, двое из них благополучно добрались до берега.

Добрались до берега. Эллис горько усмехнулась. Она поняла, кто был на том разбившемся о риф катере. Но какой смысл об этом говорить? Они сами разберутся. Сказка завершилась, вот он, печальный финал. Она больше не Золушка, а ее принца уносят в отдельную каюту. И загораживают ей дорогу.

— К мистеру Гринбергу нельзя.

— Что? — ошеломленно спросила Эллис, не понимая, каким образом она уже очутилась на катере, и он, рассекая волны, стремится к материку.

— Мэм, вернитесь к себе! У полицейских еще остались вопросы.

Эллис пожала плечами, бросая тоскливый взгляд на ту дверь, которая скрывала от нее любимого мужчину, и ушла. Она поднялась на палубу и села, предпочитая смотреть на волны, а не на то, что ее сейчас окружает.

Эллис сидела и плакала. Нет, она не осознавала, что плачет, просто слезы сами лились из глаз, оплакивая то, что между нею и Максом так и не случилось. Этот мир стал для них абсолютно другим миром, где правила сухопарая англичанка, говорившая о ней как о прислуге.