Кэрри Томас - Ангел ночи

Через пару секунд черный «крайслер» сорвался с места, пронесся мимо нее и исчез за поворотом. Лора успела увидеть только, как девушка, сидящая на том месте, где последнее время так часто сидела она сама, повернулась и показала ей язык. Лора Корнби еще долго стояла на тротуаре. Мимо проходили люди, некоторые толкали ее, кто-то отпускал едкие замечания. Она ничего не понимала. Она безуспешно пыталась справиться с ощущением, что внутри нее вдруг разверзлась огромная бездонная пропасть, в которую медленно проваливаются все ее мечты и надежды… Из этой пропасти веяло могильным холодом.

Минут через пятнадцать она очнулась и обрела способность двигаться. Не поднимая головы и с трудом переставляя ноги, она бесцельно побрела дальше по улице, повернула за угол, потом еще куда-то… Пропасть внутри не исчезала, но добавилось еще одно ощущение. Теперь ей казалось, что на ее сердце откуда-то свалился очень тяжелый и горячий камень и он медленно, но неотвратимо раздавливает этот хрупкий, нежный орган. Было так больно, что она с трудом могла дышать.

Когда Лора снова очнулась, она увидела, что стоит перед дверью какого-то кафе. Она машинально зашла внутрь. Ей нужно было сесть, потому что ее не держали ноги. Заказав кофе, она села у окна и невидящим взглядом уставилась на улицу.

— Вот и все, — сказала она вслух через несколько минут.

— Мисс, вам нехорошо? Может, надо врача? Или у вас что-то случилось?

Лора подняла голову. Рядом стоял мужчина средних лет и довольно приятной наружности. Он участливо смотрел на нее.

— Я не могу вам помочь?

Ничего не понимая, она некоторое время его разглядывала, потом, молча, встала и вышла так и не выпив кофе.

Она никак не могла вспомнить, где оставила свою машину, а добираться до дому пешком не было сил. К тому же у нее появилось отвратительное ощущение, что на нее все пристально смотрят, И ей очень хотелось где-то спрятаться. Наконец Лора просто поймала такси и механическим голосом назвала адрес. Водитель тоже что-то участливо спросил у нее, но она только покачала головой, даже не разобрав вопроса. Доехав до дому, она механически расплатилась и вышла.

— Лора! Лора, ты только посмотри… — радостно сказала Энн, выходя ей навстречу с чем-то в руках. — Лора, что с тобой? — воскликнула она в ужасе, увидев лицо дочери.

— Мама, — ровным голосом произнесла Лора, закрывая за собой дверь, — свадьба отменяется. Пожалуйста, ни о чем меня не спрашивай. Если он позвонит, скажи, что меня нет и не будет. Больше ничего говорить не надо. Я пойду, лягу. Приму снотворное, так что, пожалуйста, не беспокой меня, даже если начнется ураган или атомная война.

— Лора, что произошло? — осипшим голосом спросила мать, бессильно опускаясь в кресло в коридоре.

— Мама, я же просила…

— Он чем-то обидел тебя? Но он ведь даже еще не вернулся! И только вчера все было в порядке. Ты была такая счастливая… — в голосе Энн послышались слезы.

— Он уже вернулся, и я даже успела застать его в обществе другой женщины. Ты довольна, мама? А теперь отпусти меня, я пойду, лягу. Очень прошу тебя не беспокоить меня. Поговорим завтра, — Лора медленно сняла туфли, повесила пальто на вешалку и на негнущихся ногах направилась к лестнице, ведущей в ее спальню.

— Лора! Лора! Только не смей, слышишь?! — теперь в голосе матери явно слышался страх.

Лора остановилась посреди лестницы.

— Мама, не беспокойся, я ничего с собой не сделаю. Я еще не забыла, что у меня есть дочь.

С этими словами она стала медленно подниматься дальше по ступенькам.

На следующий день Лора не пошла на работу, она просто осталась лежать в кровати. Официального предлога для отсутствия на службе у Лоры, конечно, не было, но, видимо, голос у нее был такой, что шеф сказал:

— Конечно-конечно, я совсем не против, чтобы вы сегодня отдохнули. Если хотите, можете взять отпуск на недельку или даже две.

Энн зашла к ней в комнату перед тем, как отправиться к себе в контору: видимо, она сильно беспокоилась за дочь. Во всяком случае, черные круги под глазами свидетельствовали, что если Энн и спала этой ночью, то очень мало. Женщины коротко поздоровались, после чего мать произнесла, стараясь придерживаться секретарского тона:

— Он звонил вчера в девять часов, как обычно, — по молчаливой договоренности они обе больше не называли Рея по имени, — Я сказала, что тебя нет дома. Он спросил, когда перезвонить, я ответила, что не знаю, но, видимо, придешь ты очень поздно, если придешь вообще. Он спрашивал, что случилось и где ты, я ответила, что не знаю. Судя по голосу, он сильно забеспокоился. Сказал, что позвонит сегодня. Энн украдкой бросила на Лору быстрый озабоченный взгляд.

— Спасибо, — проговорила Лора ровно. Продолжать этот разговор у нее не было ни малейшего желания. Она заснула вчера сразу и очень крепко — благодаря хорошей дозе снотворного, поэтому сегодня чувствовала себя получше, по крайней мере, все воспринимала не так остро. Больше всего на свете ей хотелось забыть, что этот человек вообще появлялся в ее жизни. Но, несмотря на то что она вчера наблюдала, Лора, к своему большому сожалению, все равно была уверена, что он просто так от нее не отвяжется, а будет со свойственной ему настойчивостью добиваться разъяснений.

Надо воспользоваться предложением шефа и взять небольшой отпуск. Уехать куда-нибудь хотя бы на несколько дней будет очень кстати. Лора не представляла, как сложится ее дальнейшая жизнь, но одно знала совершенно точно: она больше никогда и ни при каких условиях не хочет его видеть. Конечно, тяжелая обязанность объясняться с ним ляжет, таким образом, на мать, но другого выхода нет. Возможно, недели через две, когда она вернется, Реймонд успеет успокоиться и забыть о ее существовании.

А если нет, тогда она просто уволится с работы и переедет на другую квартиру. Но давать ему отчет в своих действиях, что-то спрашивать у него и, не дай Бог, плакать при нем она не собирается.

— Лора, может, принести тебе кофе?

Лора вынырнула из своих мыслей и вяло кивнула.

— Если тебя не затруднит.

Энн принесла ей чашку кофе и, постояв рядом в нерешительности, села к ней на кровать.

— Прости, что я пристаю, но я все никак не могу понять…

— Мама, я тоже многого не могу понять, но давай не будем это обсуждать. У меня нет никаких сил.

— Но я всю ночь думала… Слушай, девочка, а может ты все-таки ошиблась? Я просто не могу поверить. Вчера по телефону у него был такой голос…

— Мама я не могла ошибиться, — резко ответила Лора, ставя чашку на ночной столик. — Я никогда не страдала ни близорукостью, ни галлюцинациями. Если ты не можешь просто мне поверить и оставить меня в покое, если тебе обязательно нужна картина происшествия, пожалуйста. Вчера, когда он по официальной версии должен был быть еще в Вене, я случайно заметила на улице его машину. Потом увидела, как туда села молоденькая хорошенькая девица довольно вульгарного вида, назвавшая его «милым». Потом они несколько минут весело щебетали и целовались. Потом он увидел меня, быстро завел машину и уехал. А его девица показала мне напоследок язык с таким видом, с каким невоспитанная девушка ее возраста могла показать язык неудачливой сопернице. Тебе достаточно? Мне — да.