Хелен Бьянчин - Роковая ночь

Был здесь и Костас. Он делал фотографии, но, судя по внимательным взглядам, которые он периодически бросал по сторонам, помимо прочих он выполнял и функции телохранителя. Что ж, папарацци вряд ли удастся чем-нибудь поживиться.

Мии все происходящее казалось чем-то нереальным, и ее рука невольно задрожала, когда Николас надевал ей на палец широкое обручальное кольцо. Не смогла она справиться и со слезами, подкатившими в этот момент к глазам. К огромному ее удивлению, Николас склонился к ней и запечатлел на ее приоткрывшихся губах медленный нежный поцелуй, заставив ее покраснеть.

— По-моему, тебе еще не давали команду делать это? — шепотом заметила Миа.

— Разве?

От скрытой чувственности в его голосе по телу Мии разлилось привычное тепло.

Когда она надела ему кольцо на палец, священник объявил их мужем и женой, и Николас теперь уже на законных основаниях поцеловал невесту… Настало время поздравлений и пожеланий.

— Кажется, я сейчас расплачусь, — сказала Элис, обнимая сестру.

— Даже не думай. — Голос Мии дрогнул. — А я-то думала, ты счастлива за меня.

— Я очень счастлива за тебя. И выглядишь ты просто потрясающе.

— Эй, кто-нибудь! Сейчас начнутся слезы, — предупредил Мэтт.

— Шампанское и закуски поданы в гостиной, — объявила София и положила руку на плечо Мэтта. — Ничего, дорогой. Это слезы счастья.

— Пойдем выпьем шампанского. — Миа взяла сестру под руку.

Гости потянулись в дом. Николас шел рядом с Мэттом, как вдруг мальчик остановился.

— Вы ведь позаботитесь о ней, да? — Мальчишка был трогательно-серьезен, и Николас присел на корточки, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Миа особенная, — настойчиво продолжал Мэтт.

— Очень особенная, — мягко согласился Николас. — И я очень сильно люблю ее.

— Тогда ладно, — кивнул успокоенный Мэтт. Николас выпрямился и обнял мальчика за плечи.

— Давай присоединимся к остальным?

Миа смотрела, как мужчина и мальчик входят в гостиную, как Николас направляется к ней.

— Мужской разговор? — шутливо спросила она и тут же почувствовала, как перехватило дыхание, стоило Николасу нежно погладить ее по щеке.

Непостижимым образом он всегда заставлял ее чувствовать себя единственной женщиной на Земле. Любимой, желанной, бесценной…

— Я уже говорил тебе, как ты красива?

Миа подняла голову, посмотрела ему в глаза и улыбнулась пленительной улыбкой.

— Это все платье. Стоит снять все это убранство…

Он склонился к самому ее уху, и от его хрипловатого смешка дрожь предвкушения пробежала по ее позвоночнику.

— Снять его доставит мне огромное удовольствие.

Миа подняла руку и прижала ладонь к его щеке.

— Только помни, что я отвечу тем же, — с соблазнительной улыбкой пригрозила она.

Изысканный обед был подан в столовой. Когда все уже перешли к десерту, Мию буквально сразили слова Анджелины:

— Ты все сделала правильно, деточка. Николас выглядит очень счастливым.

Оказывается, Николас сказал правду — у прямолинейной и резковатой Анджелины доброе сердце. Миа сжала руку, уже тронутую артритом, и сердечно поблагодарила пожилую леди.

Свадебный торт был настоящим произведением кулинарного искусства, от которого каждому гостю досталось по кусочку, украшенному миниатюрными фигурками жениха и невесты. Под хрустальный звон бокалов с шампанским то и дело произносились тосты в честь жениха и невесты. В конце обеда подали кофе.

Как только был допит последний глоток, Николас многозначительно сжал руку Мии. Она и сама уже не могла дождаться отъезда. Впрочем, из-за скорого Рождества они решили не уезжать из Сиднея, и ехать им предстояло всего лишь домой. Медовый месяц они перенесли на середину января, собираясь провести его в Греции.

— Счастлива, любовь моя? — спросил Николас, как только они вошли в квартиру.

— Так, что не передать словами, — честно ответила Миа, входя в его объятия.

— Я люблю тебя. Люблю больше жизни.

От глубокой проникновенности, с которой были произнесены эти слова, Миа едва не расплакалась.

— Ты для меня — все, — ответила она, и голос ее все-таки дрогнул.

Николас снял с головы Мии фату.

Она сбросила туфли и потянулась к молнии платья.

С дразнящей медлительностью они снимали одну вещь за другой, прерываясь на то, чтобы обменяться долгим поцелуем…

Прикосновение рук, губ, растущее нетерпение, предвкушение, жар, затопляющий тела, вспышка…

И так между ними будет всегда.

Потому что это — любовь.

ЭПИЛОГ

Тайлер Янис Каредас появился на свет на неделю раньше, чем ожидалось, тут же став предметом всеобщего поклонения. Бабушка и прабабушка беззастенчиво использовали любой предлог, чтобы приехать повидать внука и подержать его на руках.

На семейном торжестве по случаю крестин, состоявшемся три месяца спустя, его крестными были названы Элис, Крис и Мэтт. Единственным гостем, не являющимся членом семьи, был Крейг Митчелл.

После церемонии Анджелина, София и Элис передавали малыша из рук в руки, восторженно умиляясь каждой улыбке, каждому гуканью.

— Наш сын определенно наслаждается всеобщим вниманием, — тихо сказала Миа мужу, с улыбкой наблюдая за этой сценой в гостиной своего дома.

— Уже очаровывает женщин, в его-то возрасте, — шутливо посетовал Николас, обнимая жену.

— Что ему нужно, так это братик или сестричка, чтобы не рос таким избалованным.

— Миа…

— Как ты думаешь, после того, как я сдам выпускные экзамены, — промурлыкала она, — подходящее время для этого?

Тонкий аромат ее духов будоражил его воображение, и руки невольно крепче прижали к себе ее хрупкое тело. Она была не просто дорога ему, она была часть его самого. Его жизнью, его душой.

— Не слишком скоро?

— Ты возражаешь?

Разве может он? Он вместе с ней переживал все этапы беременности, восторгаясь переменами, происходившими с ее телом, но ничто не сравнится с тем чувством, которое он испытал, впервые держа на руках новорожденного сына.

— Я беспокоюсь о тебе.

Глаза Мии сделались мечтательными.

— Может быть, на этот раз получится девочка…

В конце года Миа сдала экзамены и получила ученую степень. Николас решил подарить ей аптеку, заранее присмотрев место в новом торговом комплексе. Он также нанял команду декораторов и отобрал несколько резюме тех, кто мог бы занять должности заведующего, провизора и продавцов. Это позволило бы Мии заниматься любимым делом и уделять достаточно времени ребенку, несмотря на помощь няни. Николас хотел, чтобы все это вместе стало подарком на первую годовщину их свадьбы.