Жаклин Топаз - Декабрьская оттепель

Мерри задрожала. Прием стоит тысячи и тысячи долларов. Она дала себе зарок возместить Сейре Эндерс ее затраты, когда со Стеффи все утрясется. Это будет болезненный урон для ее бюджета, но чистая совесть важнее.

Они подошли к Кипу, тот постучал вилкой о бокал, призывая собравшихся к тишине.

— Я хочу поднять тост за самого верного друга, какого не всякому суждено встретить, — Дейва Эндерса и его прекрасную невесту Мерри Макгрегор!

— За Дейва и Мерри! — вторил многоголосый зал.

Потом на место Кипа встал Дейв.

— А я хотел бы, чтобы мы все подняли бокалы за маленькую обезьянку Бритчиз, без помощи которой Мерри и я никогда бы не познакомились.

По залу прокатилась волна многозначительных ухмылок, но тост был поддержан. Мерри пригубила шампанское, радуясь, что церемония окончена. Однако не тут-то было. Дейв поднял руку, прося тишины.

— Еще минутку, друзья. Я хотел бы своей будущей жене преподнести подарок в знак глубочайшей любви и уважения.

Мерри не верила своим глазам: Кип протянул ему ларчик. Дейв поднял крышку и достал кольцо, которое ослепительно сверкало, притягивая к себе лучи света. Толпа зашумела в восторге.

«Я не могу принять это». Слова застревали в горле. Конечно, позже кольцо можно вернуть, но зачем все это понадобилось Дейву?

Внезапно ее охватил гнев. Дейв заманил ее в западню. Неужели он думает, что ее можно путем подобных трюков заставить выйти за него замуж? Брак требует тщательного обдумывания, нельзя бросаться в него, как в омут.

Мерри чуть было не сказала Дейву какую-нибудь резкость. Но в этот миг она услышала донесшийся со второго этажа лай Забияки. Это Стеффи играла с псом. Счастье маленькой девочки находилось в руках Мерри, и она поняла, что нельзя сейчас выпускать пар из котла.

— Какая красота! — Мерри надеялась, что ее сдавленный голос объяснят радостным волнением. — Я… Приятная неожиданность…

— Это не простое кольцо, — пояснила Сейра Эндерс. — В него вставлены бриллианты из ожерелья моей бабушки, которое передавалось по наследству.

К счастью, внимание гостей привлекли к себе Лайза и Драм, пробиравшиеся к ним сквозь толпу.

Миссис Эндерс снова взяла слово.

— Мы должны сделать сегодня еще одно объявление для тех, кто еще не познакомился с этой парой. Перед вами сестра нашей Мерри — Лайза и ее жених Драммонд Хеймс Третий.

Лайза поспешила к ней и повернулась лицом к зрителям. Высокая, яркая, одетая в розовое, она так и светилась счастьем.

— Дорогие друзья! — громко провозгласила она. — Драм и я решили сыграть свадьбу через две недели в новом отеле Хеймса в Нашвилле, и мы хотели бы видеть на ней всех присутствующих здесь. В час дня в Бальном зале. Понимаю, что объявить надо было бы раньше, но наша мама прилетела специально из Франции, и мы не хотели заставлять ее пересекать океан в короткий срок дважды.

Новость была встречена аплодисментами. Мерри обняла сестру. Ее настроение сразу поднялось, ибо она поняла, что это означает для судьбы маленькой девочки.

— После нашей свадьбы, если ты не будешь против, можно Стеффи пожить с тобой? Ты не передумала?

— Это будет восхитительно!

Когда закончился прием, голова у Мерри была словно в тумане. Гнев на Дейва не проходил, хотя ее поддерживала радость от того, что Стеффи теперь будет жить с ней. Казалось, прошли часы, прежде чем все разошлись. Наконец Мерри, Дейв и его мать остались одни.

— Моя дорогая, — Сейра положила ладонь на руку Мерри, — должна признаться: сначала меня насторожило то, что я лишь случайно услышала о вашей помолвке. Но теперь, когда я узнала тебя, я так рада, что именно ты станешь женой моего сына.

Неожиданный комплимент заставил Мерри покраснеть от стыда. Я не могу и впредь лгать ей, подумала она.

— Миссис Эндерс, вы очень, очень добры. Но есть одно обстоятельство, которое мы, по-моему, должны обсудить.

На слова Мерри мгновенно откликнулся Дейв:

— Я думаю, дорогие дамы, с вашими взаимными сердечными излияниями можно и подождать.

— Нет, нельзя, — заявила Мерри.

Пожилая леди изучала лица обоих. Она, несомненно, уловила некоторое ожесточение в их голосах.

— Думаю, вы нуждаетесь в разговоре один на один. Милая Мерри, у нас будет еще очень много времени, чтобы углубить знакомство. Я прослежу здесь за наведением порядка. Дейв, почему бы тебе не отвезти Мерри домой?..

И вот она уже сидит в его сером «мерседесе». На душе холод, хуже, чем на городских улицах в феврале. Она молчит, боясь, что последует взрыв. В молчании они приехали к ней домой, вошли в гостиную. Мерри была в таком бешенстве, что ее трясло. Однако первым заговорил Дейв.

— Ты должна благодарить меня за то, что я спас тебя от твоей собственной неосторожности. Ты знаешь, что могло бы случиться, если бы ты выложила все моей матери?

— Именно ради этого…

— Сейчас, когда до свадьбы Лайзы осталось две недели, тебе захотелось все испортить? Куда делось твое беспокойство о будущем Стеффи?

— Лайза уже согласилась оставить ее у меня! Ну, хорошо, может быть, сейчас не лучший момент рассказывать правду твоей матери. Но я презираю сама себя за то, что вожу ее за нос! А твой трюк с кольцом просто непростителен!

— Оно прекрасно, тебе не кажется? Мерри, неужели ты не понимаешь, что означает это кольцо? В отличие от семьи Драма, куда входит Лайза, моя семья приняла мою невесту безоговорочно.

— Но не забываешь ли ты кое-что? Ведь наша история — сплошное жульничество. На самом-то деле мы не собираемся вступать в брак.

— Почему же нет? — Дейв уселся напротив Мерри. — Ты ведь любишь меня, верно? По крайней мере, такое впечатление ты мне внушила. — Он погладил ее щеку, и Мерри отпрянула.

— Ты — невероятный эгоист! — Она не даст увести в сторону важнейший для нее разговор, даже если у нее от его прикосновения по коже идут мурашки. — Ты поступил нагло, вручив мне кольцо и не узнав предварительно моего мнения!

— Это было импульсивное решение. Я заглажу проступок, если извинюсь? Тогда мы сможем прекратить бессмысленную перепалку и обсудить детали нашей предстоящей свадьбы.

— Никакой свадьбы не будет! Неужели ты сам не видишь, что мы не подходим друг другу. Взять сегодняшний прием… Этот мир мне чужд.

— Познай его сначала. — Он нетерпеливо отверг ее суждение. — По-моему, в действительности тебе не дает покоя нечто другое — твоя гордость. Ты боишься, что люди примут тебя за человека, карабкающегося любой ценой наверх. Но ведь каждый, кто тебя знает, только рассмеется в ответ на такую глупость.

— Дейв, я знаю, что не могу найти верных слов, чтобы объяснить то, что чувствую. Но посмотри на мой дом. Конечно, ты с удовольствием приходишь сюда, однако стал бы ты жить в нем?