Донна Стерлинг - Его забавы, ее заботы

— Всего несколько дней, — она не ответила на его вопрос. Он даже улыбки не услышал в ее голосе.

С этим он не мог согласиться:

— Я не об этом спрашивал.

Она едва слышно призналась:

— Я не возражала бы, если бы ты был здесь.

Он прикрыл глаза:

— И я был бы не против быть там.

Он испугался, что она может попрощаться. Безумие — занимать междугородную линию и ничего не говорить, но он не хотел прерывать связь, даже безмолвную.

Она кашлянула и нашла спасительное:

— На тот случай, если ты вернешься в субботу достаточно рано, считаю, что лучше сказать тебе: Хлоя устраивает вечеринку в свою честь и в честь Эвана.

— Ее и Эвана? — Это, конечно, помогло отвлечься от палящего желания.

— Ее день рождения в пятницу, а его — в субботу. — Она сказала «его». Не «ваши», Эвана и Джейка. Кажется, она забыла, что они с Эваном близнецы, — почти то же, как если бы она забыла, что он существовал и вне перевоплощения. Не спохватившись, Бриана продолжала: — Она приглашает близких друзей и хочет устроить сюрприз Эвану, — нотка облегчения прокралась в ее голос, — но раз ты приедешь слишком поздно, то по этому поводу можно не волноваться.

Джейку не понравилась ее готовность к его отсутствию.

— А ты там будешь?

— Я обещала Хлое, что буду.

— А ты не хочешь… чтобы Эван… явился на его собственный день рождения?

Она засмеялась:

— Если бы это был сам Эван… а насчет тебя я не слишком уверена.

Джейк сдержался. Он не мог позволить женщине задеть себя за живое.

— Тогда, наверно, хорошо, что меня там не будет.

Пауза была другого свойства, потом последовало сдержанное:

— Джейк? Что-нибудь не так?

— Не так? Вовсе нет, просто был длинный день, и я готов… хм… лечь спать.

— А… ну, — она помолчала, — доброй ночи.

Он холодно выдавил:

— Доброй ночи.

* * *

Джейк приземлился в субботу около семи вечера и направился в Плезантвилл. Чертова поездка. Хотя и успешная. Он почти не спал. Почти не ел. Почти, можно сказать, не пил, даже к заказанному «Джеку Дэниелсу» едва притронулся. Ничто не могло снять тяжести с его души.

Он должен отказаться от Брианы… по крайней мере до тех пор, пока не выяснит, любят ли они с Эваном друг друга. Если Эван любит, то почему нё сказал этого, когда Джейк спрашивал его о Бриане? Эван мог сердиться на нее некоторое время — ведь Бриана упоминала, что они были в ссоре. Кроме того, она писала об этой мифической «сдержанности», которая мешала их близости, — сдержанности, которой он так и не обнаружил. Может быть, поэтому Эван отказался от их отношений? А потом передумал?

Эван — полный дурак, позволяя ей уйти… если любит ее.

Да и во всем остальном Эван действовал глупо: дела вел рискованно, воровке позволил убежать с его наличными. Может, он был слишком озабочен любовными неурядицами? Хотел бы Джейк знать.

Другой вопрос терзал его даже сильнее. Любит ли Бриана Эвана? Если любит, то почему легла в постель с его братом?

В конце концов он нашел оправдания своих свиданий с Брианой, по которым он, на его взгляд, не предавал брата.

Джейк обещал ей помочь справиться с сексуальными проблемами, но трудно поверить, что она обратилась бы куда-то на сторону, чтобы разрешить проблемы их с Эваном отношений… если действительно она Эвана любит. Но когда он обнимал ее, когда ласкал, он всем нутром чувствовал, что она принадлежит ему, Джейку.

Но ведь не принадлежит. И он не мог пойти к ней, не мог снова любить ее, пока не будет уверен, что имеет на это право.

Господи, хоть бы имел!

Вскоре после восьми Джейк въехал в гараж своего городского дома. Нелегко было в этот вечер оставаться дома, когда он знал, что мог бы быть с ней на вечеринке… и потом. Он даже пытался не думать о ней.

Тоже мне большое дело — отпраздновать свой день рождения!

Он захлопнул дверцу «мерседеса», и в этот момент из тени гаража появилось светлое пятно. Женщина. На ней было черное виниловое пальто и сапоги на «шпильках».

— Эван?

Джейк убрал в карман ключи и ступил навстречу, чтобы в свете фонаря разглядеть ее лицо.

— Да?

— О, Эван! — И прежде чем ему удалось разглядеть ее, она бросилась к нему с неистовыми объятиями.

Глава десятая

Ошеломленный Джейк сверху вниз глазел на незнакомку. Она выглядела лет на двадцать, миниатюрная, с длинными темными волосами и экзотически подведенными глазами.

— Я так скучала по тебе, — прошептала она. — Просто пылала. Не думала, что когда-нибудь дождусь. — Ее ресницы опустились, и она прижалась к нему, ожидая поцелуя.

Он отпрянул в неловком смущении. Черт знает, что теперь делать. Он не мог скомпрометировать дело с маскировкой, признавшись, что он не Эван. Она открыла глаза, сбитая с толку:

— Ты сердишься на меня? Извини, я так долго не звонила. Муж был в городе несколько недель, но наконец уехал в охотничий домик. Я пыталась вчера вечером и сегодня дозвониться до тебя. — Тут ее голос понизился до нервного шепота: — Ты уже порвал с Брианой?

Джейк заморгал:

— Ты ждала меня?

— Ты сказал, что порвешь. — Она отступила, обиженно разглядывая его. — Ты ждал, чтобы сначала я сказала Майку, да? Не веришь, что для меня серьезны наши отношения?

— Ты? — отозвался он с любопытством.

— Я живу надеждой, что мы будем вместе. Но нелегко просить о разводе, даже при таком браке, как мой. — Нахмурившись, она тряхнула головой. — Если я уйду от Майка, ты… так же будешь желать меня, да?

Джейк решил, что ситуацию лучше взять под контроль, и немедленно.

— Я скажу, чего хочу. — Он наклонил голову, пристально глядя прямо в ее глаза. — Я хочу, чтобы ты пошла домой и как следует подумала, стоит ли бросать Майка.

Она удивленно подняла брови.

— Не делай этого только из-за меня, — сказал он и, обняв ее за плечи, повел в сторону припаркованной на улице машины, надеясь, что это ее. — Спроси себя вот о чем: если я завтра не появлюсь, захочется ли тебе расторгать брак?

Она открыла было рот.

Он сжал ее руку:

— Не отвечай сейчас. Иди домой и подумай. У тебя есть несколько недель, — он остановился возле машины, — и если к тому времени ты будешь чувствовать все то же, мы поговорим.

Ее губы вздрагивали, глаза влажно поблескивали. Но, забыв о жалости, Джейк повернулся и пошел прочь, с большим облегчением услышав, как хлопнула дверца и машина отъехала.

Потрясенный, он поднялся по лестнице: значит, Эван обманывал Бриану! Гнев вспыхнул в нем, когда он подумал, что было бы с Брианой, если бы она это обнаружила. А если бы Эван был здесь, он бы его придушил!