Флора Поллинг - Линия любви

— Малышка, то есть я хочу сказать, Сью, а почему, собственно, не к тебе? — продолжал настаивать Альдо. — К тебе ближе, чем ко мне.

— Нет, — решительно сказала Джоди и Альдо, и своим страхам. — Нет, нет и нет.

Она не пустит Альдо к себе, она не вернется к прежней Джоди.

После неловкой паузы Альдо попросил Хартли:

— Тогда выбрось меня здесь.

Выйдя из машины, Альдо помахал Сью рукой. Сью же не обратила на его прощальный жест никакого внимания.

Джоди знала, что она прежняя обязательно проявила бы в этом случае крайнюю любезность, но теперь с еще большей решимостью вознамерилась стать новой Джоди. А новая Джоди не хочет все время угождать мужчинам, с трепетом прислушиваться к их словам и спасать их жизни.

Несколько минут езды по улицам ночного Сиднея, и Хартли остановил машину у дома Сью.

— Я провожу тебя до двери, — предложил он.

— Не трудись. — Джоди боролась с ремнем безопасности, который никак не хотел отпускать ее.

Хартли протянул руку и, почти не коснувшись своей спутницы, освободил ее из плена. Джоди вышла и захлопнула дверцу. Она быстрым шагом направилась к дому, но все же не смогла опередить Хартли, который выскочил из машины, исполненный решимости во что бы то ни стало — пусть хоть небо рухнет на землю! — проводить эту леди до двери.

У двери Джоди замешкалась, отыскивая в сумочке ключи.

— А дверь выглядит вполне прилично, — проронил Хартли и подергал ручку.

Воспоминания о том, как, пробиваясь к ней, Хартли сломал дверь, что-то растопило в Джоди. К тому же он стоял так близко, что жар его тела, казалось, перетекал в нее. Он впитывался в ее одежду, воспламенял кожу…

Джоди взглянула на Хартли. Их взгляды встретились и будто высекли искру. Она быстро опустила голову и извлекла из сумочки связку ключей. Руки у нее дрожали. С огромным трудом ей удалось найти нужный ключ и вставить его в замочную скважину. Когда замок щелкнул, Хартли сказал:

— Не знал, что ты «бомбила».

Она вытащила из замочной скважины ключ, медленно повернулась и взглянула Хартли в глаза.

— Как ты смеешь так говорить?

— Как я смею? — удивился Хартли.

— Ты хотел этого так же сильно, как я.

Хартли оторопел.

— Хотел — чего? — переспросил он.

— Того, ради чего ты вломился в дом. — И она громко захлопнула за собой дверь.

Возможно, подумал Хартли, не следовало напрямую обвинять ее в краже машин у доверчивых водителей, но мне необходимо было спросить об этом, и лучше — застав врасплох, чтобы видеть ее реакцию.

— И ты ее увидел, — пробормотал он. — Но почему она сказала: «Ты хотел этого так же сильно, как я»? Что это значит?

Какое-то время Хартли размышлял над загадкой, толкуя ответ Сью так и этак, мысленно подстраивая под свой вопрос возможные варианты ответа. Ерунда какая-то. Никакой логики. Ее ответ приобретал какой-то смысл только в одном случае: если она не знала этого выражения. Или… если она очень, очень искусная лгунья.

Хартли неторопливо зашагал к машине, надеясь, что ночной ветерок охладит его голову и поможет решить мистическую загадку. Была ли Сью искусной лгуньей? Хартли перевидал немало обманщиц, и большинство из них были хладнокровны и сдержанны, потому что гнев или случайное слово могли обрушить тщательно возведенное ими здание лжи. С другой стороны, говорящий правду зачастую кипел и возмущался, потому что ему нечего скрывать и он не боялся проговориться. Его чувства были непосредственными и откровенными.

Как у Сью прошлой ночью.

Сев в машину, Хартли вставил ключ в зажигание и тут его осенило. Этот тип из Балларата назвал ее Джоди. Тогда он приписал это тому, что у парня поехала крыша. Но когда Альдо, ее бывший любовник — по крайней мере, Хартли надеялся, что бывший, — назвал ее Малышкой, она пришла в ярость. Нужно думать, парень, который хочет вернуть свою подругу, знает, как к ней следует обращаться. Джоди… Малышка… что-то в этом есть, рассудил Хартли.

И еще какая-то смутная мысль вертелась у него в голове. Что-то связанное со словами. Точно! Хартли щелкнул пальцами, припомнив возмущенный возглас Альдо: «Да где ты нахваталась таких слов?!» Вероятно, к такой манере изложения своих мыслей он не привык.

Итак, какая-никакая, но ниточка у него все-таки появилась. Что, если Сью — это не Сью, а скажем, Джоди из Балларата? Если так, он идет по ложному следу. Преследует не ту особу.

11

Джоди уставилась на телефон, который не умолкал с того с мгновения, как она вошла в дом. Ну и пусть звонит, решила она. Каждый раз поднимать трубку — все равно что играть в рулетку, потому что на другом конце провода может оказаться кто угодно: сумасшедший Рик, сумасшедший Альдо или еще какой-нибудь ненормальный парень из жизни Сью.

Или Хартли, который вообще-то не сумасшедший, если не считать сломанной двери и совершенно идиотского замечания: «Не знал, что ты „бомбила“».

Да как он посмел! — снова вскипела Джоди.

Телефон замолчал. Джоди отвела от него взгляд и вернулась к томатному соусу для спагетти. Она орудовала ложкой с такой яростью, что часть соуса даже выплеснулась на плиту. Джоди потянулась к бумажному полотенцу, оторвала большой кусок и стала тереть плиту, но только развезла грязь. Скатав из полотенца чуть ли не баскетбольный мяч, она снова бросилась на борьбу с убежавшим соусом, злясь на себя и на пятно, которое никак не хотело стираться.

Но, по правде говоря, злилась она на этого лицемера, на этого самонадеянного типа, на Хартли, который позволил себе такую грубость.

Бросив в мусорную корзину скомканное полотенце, Джоди пробормотала:

— Сказать мне, что я — «бомбила»! А всего несколько дней назад — подумать только! — я не могла возбудить собственного жениха. Но стоило мне возбудить кого-то другого, и я сразу стала… проституткой. Никакой справедливости. Женщина изо всех сил старается понравиться своему жениху, но все заканчивается тем, что она выглядит и чувствует себя какой-то дурочкой, завернутой в капрон. Однако стоит ей чуточку разгорячиться со вторым — за всю жизнь! — мужчиной, как она сразу приобретает сомнительную репутацию… Ее тут же называют бомбилой.

Опять звонок. Какая настойчивость, надо же!

На этот раз Джоди почувствовала благодарность к звонившему — он отвлек ее от грустных размышлений. А может быть, это Сью? Хочет сказать, что собирается вернуться? Вот было бы здорово! Наконец-то новая Джоди сможет начать новую жизнь.

Пристроив ложку на остаток бумажного полотенца, Джоди подошла к телефону.

— Алло?

— Дорогая, мне так жаль…

Альдо, черт бы его побрал. Джоди задумалась, не повесить ли трубку.