Нора Филдинг - Она танцевала любовь

— Как я соскучился по тебе. У меня такое ощущение, что я знаю тебя вечно, — шептал ей Майкл, лаская пальцами и губами ее тело.

Поцелуи Майкла были страстными и жгучими. Вот его пальцы коснулись ее самого сокровенного места, и Сьюзен застонала. Наслаждение становилось столь острым, что Сьюзен металась по смятым простыням, бесстыдно умоляя Майкла побыстрее взять ее. Но он продолжал дразнить Сьюзен. Его палец глубоко проник в глубь ее лона, исследуя и лаская его потаенные глубины. Через какое-то время он лег рядом, его руки приподняли ее и медленно опустили на себя. Сьюзен издала горловой стон, когда в нее ворвалось его горячее естество, наполнив ее всю. На какой-то момент Майкл застыл не двигаясь, потом снова приподнял Сьюзен и почти полностью вышел из нее. Сьюзен издала протестующий стон. Майкл негромко рассмеялся, услышав столь недвусмысленный призыв вернуться, и с силой опять насадил ее на себя. Сьюзен уперлась ему руками в грудь и слегка сжала внутренние мышцы, удерживая его в себе и не позволяя ему снова вырваться из столь сладостного для него плена. Майкл подчинился. Их движения сначала были медленные, но страсть, охватившая их словно пожар, разгоралась все сильнее и сильнее. Не в состоянии больше сдерживать себя, Сьюзен откинула назад голову и отдалась бешеному темпу, котовый все убыстрялся и убыстрялся. Вдруг она издала крик восторга, и почти через секунду такой же стон сорвался с губ Майкла. Не прерывая движений, Сьюзен упала ему на грудь. Он все еще был в ней, продолжая двигаться в такт спазмам ее экстаза.

Сьюзен обещала себе сопротивляться жгучему желанию, клялась себе, что происшедшее с ней в парижской гостинице никогда не повторится, но вот она опять лежит рядом с мужчиной, за которым не признает никакой власти ни над своим сердцем, ни над своим телом. Как же она заблуждалась! Я люблю тебя! — рвались из Сьюзен слова, и она сдерживалась из последних сил, чтобы не выговорить их. Вот уж он, наверное, развеселился бы, если бы она их произнесла!

— Ты колдунья, очаровательная маленькая колдунья, — прошептал Майкл, зарываясь лицом в ее пушистые, пахнущие изысканными духами волосы. Потом, слегка приподнявшись над волшебной шелковой массой, пошутил: — Разве можно доводить пострадавшего до такого состояния? Так его соблазнять?

Сьюзен поняла слова буквально и испугалась.

— Тебе нельзя было это делать, ты болен! — Теперь она уже приподнялась над ним, тревожно вглядываясь в его лицо.

— Да, меня нужно пожалеть, поцеловать и приласкать! — Майкл притянул к себе Сьюзен, и их губы слились.

Его ласки снова и снова пробуждали в ней желание, в теле разгорался уже знакомый пожар, и она, и не думая отказывать ни себе, ни ему, отдавала все, что имела, и забирала все, что он мог ей предложить.

— Еще! — шептала она. — Люби меня Майкл! Я люблю тебя!

Они долго не выпускали друг друга из объятий, позволяя тому таинственному и восхитительному, что может родиться только из настоящей любви, захватить их и унести в страну грез, которая с радостью принимала их в своих владениях.

Когда наконец они насытились друг другом, Майкл сказал, довольно посмеиваясь и притягивая голову Сью к себе на грудь:

— Вот теперь ты действительно загладила свою вину. А она очевидна. Зачем ты убежала из «Хэзлитса», оставив мне на память соблазненного официанта, а? — При воспоминании об этом эпизоде он неожиданно разозлился, но постарался не давать выхода гневу. Голос его звучал спокойно и глухо. В конце концов ему необходимо во всем разобраться. Он опять пошел на поводу у своего желания и дьявольской обольстительности этой женщины, а ведь собирался растоптать ее. Майкл горько усмехнулся.

— Соблазненного? — искренне рассмеялась Сьюзен и подняла голову с груди Майкла. — Его никто не соблазнял, вернее мне пришлось прибегнуть к женским чарам, чтобы его раздеть, — нисколько ни смущаясь, объясняла Сьюзен. Ее сильно задело предположение Майкла, но она говорила, не выходя за рамки шутливого тона: — Он так же, как и вы, не отличался умом, что верно отметила Дейзи. — Вдруг Сьюзен разозлилась, вспомнив, в каком беспомощном положении оставил ее Майкл в своих апартаментах. — Должна же я была выбраться из гостиницы! — сказала она уже более агрессивно. — Только такой деспот, как ты, мог оставить женщину голой да еще и закрыть ее в номере, чтобы она никуда не делась. Представляю выражение твоего лица, когда ты обнаружил вместо меня того голого дурака! — Сьюзен отодвинулась от Майкла и села, чтобы было удобнее говорить. — Можно подумать, что ты очень скучал по мне и бросился меня искать. Ты, наверное, даже и не вспоминал обо мне! — В запальчивости она пнула его в грудь кулаком.

— Да, бросился. — Ее злость вытеснила гнев из его души. — Я даже нанял детектива. Он же и сообщил мне, кто ты такая!

— Кто? — голос Сьюзен дрожал от напряжения. Еще секунда — и Майкл скажет, что знает о ней все, и ей не придется ему ничего объяснять.

— Как кто? — Голос Майкла звучал иронично.

Наконец-то мозаика фактов из жизни Сью сложилась у него в голове в целостную картину. — Сестра мисс Смит, та особа, с которой я имел честь не когда обедать. Зачем ты тогда строила из себя ребенка и отрицала нашу встречу в Тунисе? — В его голосе появились нежность и лукавство. — Хотела меня поддразнить? Что вышло из твоего брака, о котором говорила мне мисс Смит, а, Сью?

Сьюзен молчала. Слова Майкла повергли ее в шок. Он занимался любовью с придуманной им женщиной! Он по-прежнему о ней ничего не знает. Неужели на свете существует детектив, нагородивший ему эту несусветную чушь? Скорее всего, это его собственная интерпретация, сляпанная им из сообщенных детективом фактов и ее, Сьюзен, телефонного звонка. Самым простым выходом было бы согласиться с выводами, сделанными Майклом. Но что это дает? Спрятаться за спину несуществующей женщины? Но Сьюзен всегда мечтала о торжестве над этим мужчиной. Минута была подходящей, однако на душе было скверно. Никакого превосходства над Майклом Ричардсоном Сьюзен не ощущала. Она вскочила с кровати и медленно подошла к окну. Майкл проводил ее взглядом, удивленный и не понимающий, что она задумала. Силуэт женщины отчетливо вырисовывался на фоне окна. В спальне было тихо. Майкл, инстинктивно чувствуя, что сейчас должно что-то произойти, молчал. Не отрывая глаз от пустынного пейзажа за окном, Сьюзен тихо проговорила:

— Я и есть мисс Смит, мисс Сьюзен Смит. Никакой другой Сью не существует. Это я владею компьютерной фирмой. Я и есть то нелепое существо, которое ты, Майкл, встретил в «Смит и Лебс», и. та спасенная тобой от переломов и ушибов девушка в Тунисе. Это я обедала с тобой в «Вирасвами» и спала с тобой в гостинице в Париже. Я одна. И Сью и Сьюзен в одном лице. Прости меня, если сможешь. — Закончив исповедь, Сьюзен, не дожидаясь ответа, вышла.