Дина Аллен - Любит – не любит…

— Судя по тому, что я узнала о Лесли из твоих рассказов, весьма сомнительно, чтобы они смогли достичь той гармоничной семейной атмосферы, какую ты предполагаешь. Не верю я в волшебные лекарства от заболеваний того рода, каким страдает Лесли… то есть от хронического эгоизма.

В глубине души Мелоди не могла не соглашаться с рассуждениями Алекси, но что толку подогревать в себе бессмысленные иллюзии и напрасные ожидания? Даже если повторный брак Брэда и Лесли окажется не лучше первого, то, что ей прикажете — дожидаться второго развода? Как она уже говорила Алекси, так думает и сейчас: надо постараться жить своей жизнью… вот только бы знать, как именно это сделать.

Наверное, лучше всего вернуться домой, в Нью-Йорк. Она достаточно намоталась по свету за последний год. В конце концов, она обрела самостоятельность и — что самое важное — убедилась, что вполне может добиться успеха на избранном поприще, в роли профессионального фотографа. Доказывать больше нечего — ни себе, ни тетушке. Может быть, наступило время вернуться назад и остепениться? Возможно, возвращение в привычный уют родного дома — именно то, в чем она сейчас особенно нуждается. Мелоди подняла глаза и увидела озабоченное лицо Алекси.

— Надеюсь, теперь ты больше не станешь обо мне тревожиться?

— А разве поводов для тревоги так уж и не осталось?

— Нет, — сказала Мелоди с уверенностью, которой вовсе не испытывала. — Мне не потребуется особо много времени, чтобы прийти в норму. Кстати, не пойти ли нам прямо сейчас куда-нибудь прошвырнуться?

Если Алекси и изумило это неожиданное предложение и странная, резкая перемена в настроении подруги, то она и виду не подала, а согласилась весьма охотно.

— Может, позвать для компании парочку парней из посольства? Тем более что с той самой вечеринки от них просто нет отбою: все расспрашивают о тебе. Так что им представится удобный случай удовлетворить свое любопытство.

Алекси вскочила, стрелой помчалась к телефону и поспешила набрать номер прежде, чем Мелоди успела отказаться.

— Отлично! — донесся до Мелоди голос подруги. — Мы обязательно будем.

— Все улажено, — объявила Алекси, появляясь в дверях кухни. — Нацепи на себя что-нибудь поэффектнее и будь готова ровно через час, идет?

Мелоди кивнула, стараясь не подать виду, что ее столь неожиданно вспыхнувший энтузиазм уже успел полностью испариться.

— Буду ждать.

Итак, Мелоди заставила себя приготовиться к назначенному часу. Она надела голубое шелковое платье того оттенка, который ей особенно шел, обула босоножки на высоком каблуке… и все это время старательно запрещала себе думать о Брэде. Каждый раз, когда его образ вставал у нее перед глазами, она быстренько прогоняла его, стараясь сосредоточиться исключительно на предстоящем вечере. Она пыталась угадать, кто же из молодых людей, бывших на вечеринке, придет сегодня на свидание с ними, но это ей никак не удавалось.

Когда с небольшим опозданием они вместе с Алекси прибыли в назначенное место, Мелоди так и не смогла вспомнить этих парней. Оба обладали довольно приятной внешностью и обходительными манерами, но по сравнению с Брэдом, с его умением господствовать в любой ситуации, они казались какими-то бесцветными и слишком уж зелеными.

Однако, несмотря на это, Мелоди, к собственному удивлению, немного оживилась. Молодые сотрудники посольства из кожи вон лезли, чтобы ей понравиться. Они развлекали девушек легкой непринужденной беседой, словно Алекси их заранее проинструктировала.

Вечер начался с ужина в маленьком итальянском ресторанчике. Старик-хозяин, вернее, его побитое всеми ветрами вселенной лицо свидетельствовало о такой богатой событиями и нелегкой жизни, что Мелоди пожалела, что не захватила с собой камеру. Старик гордо восседал на кресле возле входной двери, а двое внуков весело возились возле его ног.

До отвала наевшись спагетти и распив бутылку кьянти, четверка отправилась в расположенный поблизости ночной клуб. Совсем расслабившись, они посмотрели концертную программу, а потом потанцевали вдоволь. Мелоди обнаружила, что вполне способна отключиться от мыслей о Брэде, пока движется в бесконечном ритме танца со своими, казалось, неутомимыми партнерами.

— Уф-ф! — задыхаясь, простонала Алекси, рухнув на стул. — Все! Больше ни ногой, ни рукой не пошевельну!

— Боюсь, придется пошевелить, — с задорным смешком сказал блондин по имени Эван Лонгсворт.

— Это почему же? — с выражением наигранного испуга спросила Алекси.

— Потому что клуб уже закрывается, а ночевать здесь, я думаю, ты не собираешься.

— Как знать! Если я не могу двигать ни рукой, ни ногой, то почему бы не заночевать прямо здесь?

— Ну, пойдем, Алекси! — нахмурившись, попросила Мелоди. — Возьми себя в руки!

Рик Уотсон, понимающе глядя на Алекси сверху вниз и видя, что она не проявляет ни малейшего желания подниматься с места, в итоге заявил:

— Что ж, не можешь — так не можешь!

С этими словами он подхватил девушку на руки с такой легкостью, словно она весила не больше перышка, и бесцеремонно перебросил ее через плечо.

— Эй, пусти, пусти, дурак! — завопила Алекси, но парень решительно направился к выходу, а остальные двинулись следом, помирая от хохота.

Веселье не покидало молодых людей вплоть до прибытия на квартиру Мелоди. Пока все располагались в гостиной, девушка быстренько приготовила яичницу и тосты. В тот самый момент, когда она уже готовилась разложить закуску по тарелкам, раздался телефонный звонок.

Поначалу бурный смех и громкие шутки в гостиной полностью заглушали голос в трубке, и Мелоди пришлось несколько раз попросить звонившего говорить громче.

— Что за бардак у тебя в доме? И где тебя, черт побери, носило до сих пор?! — прогремел в трубке взбешенный голос Брэдли Уэйнрайта, ярость которого не могли скрыть даже помехи, неизбежные при международной связи.

При звуках знакомого голоса Мелоди на секунду окаменела. Потом сердце ее затрепетало, словно птица в клетке. Она испытала такую радость, что вновь слышит голос Брэда, что готова была простить ему любую грубость.

Когда она все же взяла себя в руки и наконец, смогла заговорить, ее собственный голос, однако, был абсолютно ровен.

— Что вам нужно?

— Мне нужно знать, что там у тебя происходит.

— Это вас не касается, мистер Уэйнрайт. Итак, чем я могу быть вам полезной, или я вешаю трубку и возвращаюсь к своим друзьям!

— Нет, мисс Адамсон, трубку бросить вы не осмелитесь. К тому же я хочу, чтобы мы встретились завтра в Ротенберге.

— Сожалею, но это невозможно, — после едва заметного колебания заявила Мелоди.