Хелен Кинг - Всё серьёзно

— Дрейк Маршалл? Господи, тот самый Дрейк Маршалл? Он играл частного детектива в «Нашей улице».

— Тот самый, — ответила Эстер, не скрывая удовольствия.

Улыбнувшись, она приподняла над столом левую руку и слегка помахала ею. На безымянном пальце сиял необыкновенной чистоты алмаз.

Лора вскочила и подбежала к столу, чтобы лучше рассмотреть камень.

— Ах ты обманщица, предательница! — воскликнула она. — У тебя роман с мужчиной, о котором мечтают все женщины, а ты даже словом не обмолвилась. Когда он сделал тебе предложение? В эти выходные?

— Он давно просил меня выйти за него, но я хотела быть в нем уверена, ведь он актер, и все такое. Актеры постоянством не отличаются.

— Ты в самом деле любишь его? Я хочу сказать — не только за известность и богатство?

Обычно всегда холодноватые, красивые глаза Эстер вдруг вспыхнули ярким огнем.

— Я умру за него!

— О, Эстер, — вырвалось у Лоры. — Это самая романтическая история, о которой я когда-либо слышала.

Они обе посмотрели друг на друга, чувствуя, как на глаза им наворачиваются слезы.

— Я никогда не думала, что можно быть такой счастливой, — проговорила Эстер. — Боюсь, что такое счастье не продлится долго.

— И мне тоже часто приходят такие же мысли, — кивнула Лора, думая о том, какой невероятно счастливой она чувствовала себя с Дирком в последний месяц. — Но нельзя всю жизнь бояться потерять счастье. Нам ничего не гарантировано. Мы можем только как можно лучше сделать свой выбор. И пусть будет то, что должно быть.

— Ты молодец, Лора, — искренне сказала Эстер. — Ты заслуживаешь всего самого хорошего. От всей души надеюсь, что твой муж понимает, что за сокровище его жена. Не всякая женщина может так все понять и простить.

— Ну, не знаю, — нервно усмехнулась Лора. — Не такая уж я всепрощающая. Если когда-нибудь увижу его с другой женщиной, я за себя не ручаюсь.

11

— Что-то случилось, Дирк? — спросила Лора как-то вечером.

Дирк круто повернулся к ней от бара, где только что наливал себе в стакан шотландского виски.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты обычно не пьешь на неделе. По пятницам — да. И в выходные. Но только не в понедельник.

Он криво улыбнулся.

— Хочешь сказать, что я настолько ясен и понятен?

— Как раз наоборот. Ты необыкновенно загадочная личность.

Она с улыбкой подошла к нему, положила руки ему на грудь и посмотрела в его глаза долгим любящим взглядом.

— Но я тебя хорошо знаю и немного изучила твои привычки.

— Это звучит многообещающе.

Но когда он нагнулся, чтобы поцеловать ее, она отступила, расстроенная тем, что с его стороны это стало единственным способом общения с ней.

За последнее время они наконец немного успокоились и стали вести более упорядоченный образ жизни, большинство ночей теперь проводили дома, но страсть Дирка ни в коей мере не ослабела. Несмотря на то, что каждый вечер Лора с восторгом принимала его любовь, бывали моменты, как сейчас например, когда ей просто хотелось поговорить по душам.

— Пожалуйста, Дирк, мне больше хочется, чтобы ты поговорил со мной, а не целовал.

— Ты начала разговаривать, как заправская жена, — упрекнул он ее с сухим смешком и повернулся за своим стаканом.

— Наверное, это потому, что я и есть твоя жена, — возразила она дрогнувшим голосом, и в сердце закралась тревога. Что за совместная жизнь у них такая, если муж не может — или не хочет — поделиться с ней своими неприятностями? Вряд ли подобный вид брака из разряда долговечных.

— Ты обращаешься со мной, как с любовницей, Дирк, — продолжала она взволнованно. — Мне это не нравится.

Он снова повернулся и, не отрывая от нее взгляда, медленно поднес виски к губам. Его глаза сурово смотрели поверх края стакана. Что означал этот взгляд — она не могла понять, и это сводило ее с ума.

Но Лора поняла одно — он не собирается рассказывать ей о том, что его тревожит. Ни слова.

— Ты не любишь меня, Дирк? — с трудом выговорила она.

Темное облако промелькнуло в его глазах, и они стали серо-голубыми. Так бывало, когда он сердился или когда прокурор ставил его в тупик и вероятность победы становилась сомнительной.

— Разумеется, люблю, — резко ответил он и осушил стакан до дна.

Могла ли она верить ему? А что, если это всего лишь пустые слова? Тогда она просто умрет!

— Лора… — отчуждение в его глазах исчезло, когда он вгляделся в ее изменившееся лицо. — Не мучай себя. Конечно, я тебя люблю. Разве я не говорил это уже сотни раз за последний месяц. Что еще я должен сказать или сделать?

Лора в замешательстве покачала головой и опустила глаза. Она не была уверена, что слово «любовь» для Дирка означает то же, что и для нее.

— Нам не следовало возвращаться к совместной жизни так поспешно, — пробормотал он. — Это было ошибкой.

Сердце Лоры сжалось от испуга.

— Нет-нет, неправда!

Она стремительно обхватила его руками и крепко прижала к себе.

— Не говори таких вещей, Дирк. Я буду думать, что ты опять уйдешь от меня, а этого я не вынесу!

Вздохнув, он тоже обнял ее, но сдержаннее.

— Этого я никогда не сделаю. Никогда…

Он взял ее за плечи и улыбнулся нежно и успокаивающе.

— А теперь можно мне узнать, чем это так вкусно пахнет из кухни? А после ужина не сыграть ли нам в «каракули»?

Лора чуть не подпрыгнула от радости. Эту игру изобрел Дирк, когда помогал ей осваивать правильное чтение. Слова, составленные из больших, четких букв, отпечатывались в ее голове ярче, чем обычная книжная страница. Лора постоянно восхищалась терпением, с которым Дирк играл с ней в одну игру за другой, хотя понимала, как ему это должно быть скучно. Но он никогда не выглядел скучающим. Единственным способом сравнять их шансы было предоставить ей преимущество, но и несмотря на это, Дирк всегда выигрывал.

— Я даю тебе пятьдесят очков вперед, — предложил он.

— Всего пятьдесят? Пусть даже сто, все равно ты победишь. Победитель моет посуду!

— Отлично. Эй, погоди! — закричал он ей вслед, когда она быстро исчезла в кухне. — Ты перепутала. Это проигравший моет посуду.

Лора шаловливо улыбнулась ему через плечо.

— Ну нет! Надо лучше слушать, мистер Модник. Если ты выиграешь, посуду придется мыть тебе. Конечно, ты можешь проиграть, и тогда выиграю я — в первый раз, хочу тебе напомнить!

— Мне кажется, мои таланты оборачиваются против меня, — проворчал он.

— А ты как думал!

Это был чудесный вечер, главным образом потому, что они получали удовольствие от общения друг с другом и, не предаваясь, чувственным наслаждениям. На ужин они откупорили бутылку вина, а потом сыграли в «каракули», и не один, а три раза.