Хелен Бьянчин - Идеальный брак?

— Хочешь поговорить?

Габби обдумала его вопрос и отрицательно помотала головой. Может быть, завтра. Сегодня она не хотела ничего, кроме объятий его сильных рук, его тела, сплетенного с ее телом.

Подняв руку, она провела дразнящую дорожку по его щеке и затаила дыхание, когда он поднес ее пальцы к губам, поцеловал их один за другим, затем склонил голову к ее груди, осторожно лаская каждый синяк.

— Бенет…

Он поднял голову и вопросительно взглянул на нее.

— Я не могу жить без тебя, — прошептала она и увидела радость, вспыхнувшую в темных глазах.

Она обвила руками его шею, прижалась дрожащими губами к его рту, почувствовала, как он напрягся, проведя языком по царапинам, оставленным зубами бандита. Из его горла вырвалось тихое гневное рычание.

Бенет обращался с ней так благоговейно, что ей хотелось плакать, и вскоре потом она заснула в его объятиях, положив голову ему на грудь.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Синий океан, белый песок, роскошные высотные отели и жилые дома вдоль всего побережья. Вайкики-Бич не уступал в великолепии австралийскому Золотому побережью и, может, даже превосходил его.

Мягкий климат, разнообразные развлечения, множество магазинчиков всемирно известных фирм делали пребывание здесь очень приятным, а радушие гавайцев и пестрые толпы разноязыких отдыхающих совершенно обворожили Габби.

Она не впервые приехала на Гавайи и надеялась, что не в последний раз.

Бенет выбрал «Роял палас» с хрустальными люстрами в вестибюле и розовыми восточными коврами. Когда-то в нем жили члены королевской семьи, и отель сохранил атмосферу старины. Здесь совершенно исчезало представление о времени.

Изысканность — самое подходящее слово, решила Габби, опускаясь в кресло и заказав ананасовый сок предупредительному официанту.

Пять дней блаженного отдыха сотворили чудеса. Она обрела душевный покой. А мягкие солнечные ванны слегка позолотили кожу.

По молчаливому соглашению они избегали обычных туристских развлечений, а просто брали на целый день лимузин с шофером и катались по острову. Габби обошла несколько бутиков и купила себе обновки, хотя специально не ставила перед собой такой цели.

— Не хочешь поделиться?

Габби сняла солнечные очки и с дразнящей улыбкой повернулась к Бенету.

— Ты претендуешь на мой сок?

— Я наблюдал за тобой минут пять. Ты о чем-то задумалась.

Габби взглянула на стоящую поблизости высокую молодую женщину с фигурой профессиональной манекенщицы, еле прикрытой черными трусиками бикини. Видимо, она много внимания уделяла своему роскошному телу.

— Я наслаждалась видом океана и размышляла, куда ты поведешь меня ужинать.

— Изголодалась?

«По тебе. Только по тебе. Может, грех так сильно желать мужчину? Доставлять ему удовольствие, любить его больше жизни?»

Но она не сказала ему всего этого.

— Да. По морскому воздуху и солнцу.

Бенет улыбнулся.

— Выбирай сама.

— Что-нибудь экзотическое.

— Уточни.

— Приглушенный свет, убаюкивающая музыка, изысканная еда и… официанты в черных костюмах, такие красивые, словно голливудские киногерои.

Бенет слегка прикрыл глаза, его лицо приняло обманчиво добродушное выражение.

— Ты имеешь в виду какой-то определенный ресторан?

Габби тихо засмеялась.

— Да. Интересно, работает ли там один официант. Все дамы вздыхали по нему.

— А он вздыхал по тебе?

— Так же, как эта привлекательная полуголая брюнетка — по тебе.

Бенет скользнул оценивающим взглядом по роскошному телу и повернулся к Габби.

— Приятно посмотреть.

— И это все, что ты можешь сказать?

— Она — не ты.

Ей хотелось ответить небрежно, но шутка замерла на ее губах.

— Слова, слова, — только и смогла она вымолвить после долгой паузы.

— Поступки могут выразить больше слов.

Габби посмотрела ему в глаза и вдруг осмелела.

— Может, мне необходимо и то, и другое.

Бенет наклонился ближе к ней, внимательно изучая ее лицо.

— Словесное подтверждение любви?

— Если только это правда.

Габби отвела взгляд и уставилась на далекий горизонт.

Ей казалось, что, она ждала этого бесценного момента целую вечность, но теперь, когда он настал, была не уверена, готова ли к нему. Ей стало трудно дышать, она забыла о людях вокруг. Невнятный шум их голосов звучал как тихое музыкальное сопровождение.

— Посмотри на меня, — сказал Бенет, и его тон не оставлял никакой возможности неповиновения.

На одну короткую секунду Габби вспомнила, как на заседаниях правления взгляд его необыкновенно темных глаз мог проникнуть в сущность человека и превратить гордеца в бессловесного тупицу.

— Это любовь, Габби. — Медленная сердечная улыбка осветила его лицо, и Габби увидела в его глазах страсть и желание. И тоску. — Я не желаю жить без тебя. Не желаю терять ни одного дня, ни одной ночи вдали от тебя. — Он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал открытую ладонь. — Ты для меня все. Ты — моя любовь.

Ей показалось, что обнажились все ее нервы, стали чувствительными все клеточки ее тела в мучительной жажде его прикосновений.

Однако так трудно было выговорить слова, привыкшие жить под запретом в глубине ее души. Габби сглотнула комок в горле и увидела, что Бенет заметил ее волнение. Слабая улыбка тронула его губы.

— Это так трудно произнести?

Габби не ожидала от него подобной уязвимости, но видела неуверенность в его глазах, ей казалось, будто она заглянула в его душу. Вероятно, только ей одной он позволил это.

— В самый первый момент, когда ты вошел в зал правления, — тихо начала Габби, — меня словно током ударило. — Она шаловливо улыбнулась. — Я понимаю, это избитая фраза, но так и было. Я не помню, что говорила сама, но твои слова, каждый жест, каждая улыбка врезались в мою память. Когда Джеймс пригласил тебя на ужин, думаю, уже тогда я понимала, что он задумал. Это должно было бы возмутить меня. Но не возмутило. Это просто не имело значения.

Бенет следил за игрой чувств в ее выразительных глазах. Не много секретов они таили от него. Скоро не останется ни одного.

— Я влюбилась в тебя, а не в сына и наследника Конрада Николса. Если бы не полюбила, то никогда не согласилась бы выйти за тебя замуж.

— Но, глядя на тебя, невозможно было догадаться об этом, — упрекнул он.

— После свадьбы Моника поздравила меня. — Даже сейчас Габби не могла забыть боль от ее слов. — С победой. Она сказала, что я выиграла преуспевающего мужа. Но до той минуты я даже не подозревала, что сражаюсь за тебя с Аннабел.