Джулиана Хенквуд - Такие разные

– Все в порядке. – Бет устало оторвала голову от плеча Дика. – Я готова ответить на любые вопросы, лишь бы засадить Шеридана. Но прежде всего я хотела бы убрать этот грузовик из моего дома!

…Мой дом. Спустя долгое время эти слова все еще звучали в голове Бет. В тот день кто-то вывел грузовик из комнаты и вполне профессионально заделал брешь в стене.

Потом Крис усадил ее в кресло, и они обсудили мельчайшие детали последних событий.

Затем он тоже ушел в сопровождении своих людей, и они с Диком наконец остались одни в этом огромном молчаливом доме, который когда-то был полон любви и радости, а не ненависти.

– Я хочу выкинуть все его вещи, – наконец сказала Бет, стоя в дверях, которые вели в спальню ее матери.

– Дорогая, я думаю, на сегодня хватит.

– Пожалуйста, Дик. – В ее голосе слышалась мольба. – Я должна это сделать. По крайней мере помоги мне выбросить его одежду.

Дик улыбнулся и кивнул, погладив ее по щеке.

Она проснулась среди ночи. Комната была слабо освещена лунным светом. Сонная, Бет огляделась вокруг, не понимая, где находится. Затем вспомнила все. Она была в одной из гостевых спален, на широкой постели, покрытой шелковой французской простыней, слегка пахнущей лавандой.

Дик лежал рядом, одетый и небритый. Он заснул, продолжая охранять ее. В лунном свете черты его лица казались вырезанными из камня, и она вспомнила, как боялась его, оказавшись в его грузовике.

А теперь? Теперь она любила его. Улыбаясь, она протянула было руку, чтобы отбросить прядь волос с его лба, но остановила себя. Пусть поспит. Он заслужил отдых после всего случившегося.

Она выскользнула из постели и нашла в шкафу халат. Затем спустилась в огромную кухню, думая о том, остался ли в доме кто-то из прислуги или Шеридан всех уволил. У нее было странное ощущение, будто она была чужой в доме, в котором прошло ее детство.

Она подошла к большому бассейну и включила подсветку: вода таинственно заблестела в темноте. Сквозь стеклянные стены она видела ночной город, расстилающийся перед ней и переливающийся огнями, и она смотрела на него, все еще не веря, что все кошмары уже позади.

– Бет? – Мягкий голос Дика слегка напугал ее, она обернулась и увидела, что он стоит на пороге солярия. – Все в порядке?

Она кивнула, улыбаясь. Глаза ее наполнились слезами.

– Дик, я ощущаю такую… пустоту.

– О, Бет. – Вздохнув, он обнял ее и прижал к себе. Она ощутила тепло его тела. – Я хотел помочь тебе, хотел уменьшить твою боль.

– Ты останешься со мной?

– Здесь? – Он слегка отстранил ее от себя и внимательно посмотрел ей в лицо.

– Всего на несколько дней, – торопливо добавила она. – Я знаю, у тебя есть обязательства, свои дела, но… – Она задрожала и крепче прижалась к нему. – В этом доме живут призраки, Дик. Я не хочу оставаться одна.

– Ты и не должна здесь оставаться, – прошептал он, снова обнимая ее и целуя ее волосы.

– Дик, я выросла в этом доме. Я хочу вернуть счастливые воспоминания, которые были у меня украдены. Но мне страшно, мне кажется, что он все еще здесь. Все еще… преследует меня.

– У меня есть предложение. – Дик погладил ее спину и плечи большой сильной рукой. – Поедем со мной? Мы заберем груз в Сакраменто и повезем его в Сиэтл, затем на восток к границе Канады. Проедем через все центральные штаты, потом отправимся на юг. – Он стал целовать ее лицо, шею. – Никакого Шеридана. Никаких секретных агентов. Только ты и я, грузовик и открытая дорога.

Бет улыбнулась и высвободилась из его рук.

– Вы вводите меня в искушение, сэр! – И поняла, произнося эти слова, что говорит правду. Она хотела не просто принять его предложение, а покинуть этот дом и начать новую, совершенно новую жизнь, свободную от пережитых ужасов.

– Ну, что? – Он пальцем приподнял ее подбородок и посмотрел прямо в глаза.

– Но… – Она улыбнулась ему. – С этим домом у меня связаны самые счастливые воспоминания, Дик, – проговорила она. – Шеридан украл их. Если я уйду сейчас, я никогда не обрету полноту жизни.

Он кивнул, гладя ее щеку пальцем, затем нагнулся и поцеловал ее. Она обняла его, слегка задрожав. Халат соскользнул с ее плеч, страх исчез. Он отнес ее наверх, уложив на простыни, пахнущие лавандой, и они снова были вместе…

Дик проснулся около шести утра, в его объятиях спала Бет, и он подумал, что не возражал бы провести так всю оставшуюся жизнь. Женщина пошевелилась, что-то пробормотав, и он замер, не желая будить ее. Но она только улыбнулась в полусне и поцеловала его руку, а когда он стал медленно поглаживать ее живот, почувствовал, как она тихо вздохнула. Он ласкал шелковистую кожу, и она задрожала, прижав покрепче его руку, затем он двинулся ниже, и Бет тихо застонала.

– С тобой так приятно просыпаться, – пробормотал он, осторожно погружая пальцы в жаркие глубины ее тела и слушая, как учащается ее дыхание. Он повернулся и обхватил губами ее напрягшийся сосок. – Очень приятно.

– Ты таким образом говоришь мне «доброе утро»? – прошептала она с ласковым поддразнивающим смехом. – Я теперь никогда не буду убегать от тебя… – Она соблазнительно потянулась и закрыла глаза.

– Еще?

– Да… – Она слегка вскрикнула, пальцы конвульсивно сжались вокруг его запястья, когда он нежно ласкал ее. Его сердце забилось сильнее, когда он почувствовал ответное желание.

Она прижалась к нему, настолько готовая принять его, что от неожиданности он никак не мог найти на столике пакетик: пальцы его стали неловкими от спешки.

Издав хриплый смешок, заставивший еще сильнее забиться его сердце, Бет протянула руку, нащупала тонкий пластиковый пакетик и разорвала его, лукаво улыбаясь.

– Могу я?

– Сделай одолжение. – Дик застонал, когда ее нежные пальцы коснулись его, сначала неуверенно, но постепенно смелея.

– Хорошо, что ты сообразил захватить это прошлой ночью.

– Да, – с усмешкой признал Дик.

И спустя долгое время, околдованный жаркой магией ее тела, двигаясь медленно и ритмично, слыша, как она со стоном произносит его имя и изгибается снова и снова, чтобы принять его, он понял, что хочет, чтобы эта женщина осталась с ним навсегда.

Когда они спустились вниз, то обнаружили, что у дома полно журналистов и телерепортеров. Все они жаждали получить эксклюзивное интервью. После полудня Бет вышла к ним и, надеясь погасить разгоревшиеся страсти вокруг ее имени, долго отвечала на вопросы.

Следующие несколько дней она провела в обществе полицейских и людей из тайного агентства Криса Вудстока. Затем ей предстояли бесконечные беседы с банкирами, которые говорили на почти недоступном ей языке. Внезапно в ее жизни опять появилось много людей – старинные друзья, приятели, просто знакомые. Бет вновь ощутила радость общения с ними.