Энн Вулф - Как прикажете, Королева!

— А-а… — Хотел бы я знать, зачем ей это понадобилось, подумал Мартин. — И все?

— Ну не все, конечно, — покачал головой Джереми. — Джекки и обо мне расспрашивала и даже с интересом выслушала историю моей жизни. Твоя жена — удивительная девушка, Марти.

— О, я знаю об этом, — кивнул Мартин. — Она с каждым днем удивляет меня все сильнее.

— Я хотел заглянуть к вам и раньше, но Джекки просила подождать, пока вы закончите с ремонтом. Надеюсь, вы его уже сделали? — Джереми обвел взглядом гостиную, но никаких особенных перемен, судя по всему, не заметил.

— Так, ограничились мелочами, — соврал Мартин, сам не зная, зачем он покрывает Джекки. — Мы оба слишком ленивые, чтобы делать ремонт целиком. Да и тетушке эта гостиная очень нравилась.

— Конечно, — кивнул Джереми. — Надо обязательно познакомить вас с Айрис. Они с Джекки чем-то похожи, хотя Айрис постарше твоей жены. Она такая же непринужденная и милая.

— Да, обязательно… — почти не слушая дядю, кивнул Мартин.

— Надеюсь, что скоро я смогу пригласить вас на свою свадьбу. Думаю, она будет такой же веселой, как и ваша.

Да уж, наша с Джекки свадьба была веселой, ничего не скажешь, усмехнулся про себя Мартин. А потом все стало еще веселее.

Проводив дядю, Мартин набрал номер Джекки, но она не ответила. Видимо, записывает очередную песню, решил Мартин. И этот ее Бу наверняка торчит где-нибудь рядом и улыбается ей своими толстыми губищами.

И все-таки, зачем же она встречалась с Джереми? У Джекки наверняка были на то веские причины. Ведь для того, чтобы встретиться с ним, ей нужно было ему позвонить. А это значит, что встречу она запланировала еще на их свадьбе. Но зачем, зачем?

Мартин задавал себе этот вопрос целый день, но так и не нашел на него хоть сколько-нибудь вразумительного ответа.

Она вернулась домой около десяти. Мартин узнал о том, что Джекки приехала еще до того, как она успела зайти домой, — по шуму подъехавшей машины.

Значит, ее снова подвозил Бу.

Джекки убеждала Мартина в том, что Бу ему понравится, но ему казалось, что от продюсера исходит какая-то опасность. Может быть, он видит в Бу соперника? Хотя о каком соперничестве может идти речь, когда они с Джекки так безбожно далеки друг от друга, хоть и живут под одной крышей?

Мартин вытер кисть, закрыл холст и спустился вниз. Джекки выглядела уставшей и удрученной. У Мартина мелькнула мысль, что, может быть, не стоит тревожить ее сейчас, когда она так переживает из-за предстоящей дядиной операции, но потом подумал, что лучше выяснить все сегодня, не откладывая на потом.

Джекки заметила странное выражение на его лице.

— Что с тобой? Что-то случилось, Марти?

— Случилось, — хмуро кивнул Мартин и сел на стул, жестом предложив Джекки сделать то же самое. — У нас в гостях был Джереми Таплхед, мой дядя. — Надо было быть просто слепым, чтобы не заметить, как побледнело при упоминании этого имени лицо Джекки. — Может, объяснишь, какие у тебя с ним дела?

Джекки устало опустилась на стул.

— Марти, я… Я подумала, раз он твой дядя, то…

— Джекки, ты отличная актриса, но врать не умеешь, — покачал головой Мартин. — Я знаю, что вы не только обо мне говорили.

— Мартин, я не знаю, что тебе сказать… — Джекки умоляюще посмотрела на него. — Я очень устала, весь день трубила как проклятая.

— Даже не думай, что уйдешь от разговора. Я хочу знать, зачем ты встречалась с моим дядей.

— Странный вопрос, он же твой дядя.

— Джекки, не пытайся врать. Сама же видишь — не выходит.

— Хорошо, — сдалась Джекки. — Я скажу тебе. Только ты дашь слово, что будешь молчать. Иначе разговор мы закончим прямо сейчас.

— Договорились, — кивнул Мартин, хотя это предложение было ему не очень-то по душе. — Я буду молчать. Если ты, конечно, не задумала ничего криминального.

— Если, если… Не надо ставить мне условий, — сквозь зубы процедила Джекки.

— Ладно, я буду молчать. Итак?

— Все очень просто, — грустно улыбнулась Джекки. — Джереми Таплхед — мой отец.

— Кто?!

— Мой отец, если ты не расслышал. Он бросил мою мать в положении, и не просто в положении, а в отчаянном положении. Женился на женщине своего круга, довольно богатой, надо сказать, — усмехнулась Джекки. — О нас он знать не знал и ведать не ведал. Мама еле сводила концы с концами, а потом умерла, потому что болела, а у нас не было денег, чтобы заплатить врачам. Все остальное ты знаешь, Марти.

— О господи. — Мартин обхватил голову руками. — А он-то об этом знает?

Джекки отрицательно покачала головой.

— Так ты встречалась с ним не для того, чтобы сказать ему?

— Нет. Для того чтобы отомстить ему.

— И?..

— Что — и? Я наняла профессионалку, которая талантливо окручивает мужчин и вытягивает из них деньги, а она влюбила его в себя.

— Ее зовут Айрис Маклин? — еле слышно поинтересовался Мартин.

— Да, — кивнула Джекки. — Он что-то говорил о ней?

— Да, говорил. Говорил, что безумно счастлив и скоро женится. Бог мой, Джекки, да что ты творишь?!

— А что он сотворил?! Об этом ты не подумал?! Моя мать умерла, а я осталась сиротой при живом отце! Скиталась по приютам, жила в доме, где со мной… где меня… — Джекки запнулась, а потом сердито продолжила: — Да какая тебе, в конце концов, разница?! Разве ты пережил такое?!

— Джекки, я тоже не был счастлив, — покачал головой Мартин. — Но мстить… Мстить вот так, через столько лет. А ты уверена, что Джереми твой отец?

— Уверена, — кивнула Джекки. — Мама не раз упоминала его имя. А когда она умерла, я нашла в ее вещах несколько фотографий с ним. И знаешь, что было написано на одной из них? «Моей единственной любви от горячего поклонника. Джереми Таплхед». Единственной любви — вот лицемер!

— Послушай, это бред. Дядя никогда не был ходоком. К тому же он и сам был богат — с чего бы ему жениться из-за денег?

— Не знаю, из-за чего он там женился, но одно я тебе могу сказать точно: он свое получил! — В синих глазах Джекки заполыхали молнии гнева.

Нет, в чем-то Мартин даже понимал ее. Тяжелое детство, ранняя смерть матери, приют, приемная семья… Кто бы не ополчился против отца, допустившего такое? Но Джекки, эта чистая, честная девочка, и месть — нет, это вещи несовместимые.

— Послушай, Джекки… — Мартин старался говорить с ней как можно более мягко. — Ты сама утверждала, что прошлое нельзя изменить. Твою маму не вернешь, а Джереми и так получил сполна — ты ведь знаешь, что у него умерла жена. Так зачем мучить его, мучить себя? Я уверен, эта жестокая игра не доставляет тебе удовольствия.

— Ты прав, — немного помолчав, согласилась Джекки. — Только теперь я не знаю, что с этим делать. Если бы их роман был в самом начале… Но ведь Джереми жениться на ней собрался.