Джудит Макуильямс - Как помочь папе

– Я спрошу ее, – пообещал Калеб. – Но сделаю это, когда пойму, что наступил подходящий момент.

– Хорошо, – Уилл полез под одеяло. – Я согласен, пусть Джулии не будет у меня в школе, зато она будет у меня дома.

Калеб выключил свет в комнате Уилла и медленно пошел в комнату отдыха. Дом казался таким пустым. Таким пустым без Джулии. Он ощущал в воздухе ее присутствие после проведенного с ними дня. Ему слышался ее смех, эхом отдававшийся в кухне, когда они обедали втроем.

Калеб налил себе виски и сел в огромное кожаное кресло, чтобы спокойно все обдумать. Он знал, чего хочет. Он хочет жениться на Джулии. Он хочет, чтобы она жила с ними в его доме. Он хочет обсуждать с ней по вечерам дневные события. Он хочет проводить с ней ночи.

Сделав большой глоток виски, он представил себе, как предавался бы с ней любви. И от этого все в нем вспыхнуло. Он с усилием отогнал непрошеные видения. Сначала нужно убедить ее выйти за него замуж. Но как увеличить свои шансы на успех?

Обдумывая это, он в нетерпении покусывал нижнюю губу. Слишком рискованно прийти и просто спросить ее. Она может выгнать его. Даже первым сказать, что он ее любит, и то было рискованно. Она может ему не поверить. Она может подумать, что он делает это, чтобы у Уилла была мать.

Нет, так или иначе, но нужно найти способ показать Джулии, как сильно он ее любит. Калеб сделал еще глоток виски и попытался придумать, как это показать.

Цветы? Он тут же отверг эту идею, вспомнив Джо и огромный букет, который тот ей принес. Нет, цветы – это слишком просто. Пошел и купил. А она знает, что у него достаточно денег, чтобы купить ей все, что она захочет. Подарками ее не убедишь.

Он слегка нахмурился, вспоминая, что она там говорила про Прекрасного Принца. Что-то о том, что она не того типа женщина, чтобы привлечь Прекрасного Принца. Но она как раз именно того типа! По его мнению, Джулия Раффет – воплощение женского очарования и притягательности для мужчины.

Он задумчиво прищурился. Может, воспользоваться какой-нибудь сказкой, чтобы доказать, как сильно он ее любит?

Чем больше Калеб обдумывал эту идею, тем больше она ему нравилась. Но какую именно сказку ему выбрать? Он порылся в памяти, но, кроме нескольких невероятно красивых героинь и таких же невероятно зловещих негодяев, припомнить ничего не мог. Сказки не занимали особого места в его детстве.

Завтра – воскресенье. Джулия не придет заниматься с Уиллом, но она упомянула, что намерена поработать у себя во дворе и подготовиться к занятиям с выпускным классом, которые должны были начаться на следующей неделе. Поэтому он рассчитывал застать ее дома.

Возвращаясь из церкви, он зайдет в книжный магазин и купит там самую большую книгу сказок, решил Калеб. Потом прочтет ее и решит, какую сказку выбрать, чтобы убедить Джулию в своей любви.

Его охватило радостное возбуждение. Если ему немного повезет, то завтра к вечеру Джулия должна будет согласиться выйти за него замуж, а если уж повезет совсем, то она согласится на скорую свадьбу. Ему не будет покоя, пока они не поженятся.

Калеб откинулся на спинку кресла и предался пьянящим мыслям о том, что будет, когда Джулия станет его женой.

– Это фантастика, Джулия. Я тебя поздравляю! – Голос Дарси, звонившей из Вермонта, ясно звучал в трубке мобильника. – Когда ты приступаешь к новой работе?

– Я еще не совсем закончила со старой, – медленно произнесла Джулия.

– А почему нет? По-моему, работа в привилегированной школе – большая удача.

– Так-то оно так, но… – Джулия ничего не могла объяснить сестре, не упоминая о своей любви к Калебу. Принять работу в новой школе означает для нее разорвать последние ниточки, связывающие ее с ним. В старой школе по крайней мере будет Уилл, и она сможет видеть мальчика каждый день. А если повезет, то иногда и Калеба. Но рассказать об этом своей высокоумной сестре она не могла. Это звучало бы слишком душещипательно. Словно она – страдающая от безнадежной любви героиня плохой мыльной оперы.

– По-моему, ты от меня что-то утаиваешь. – Дарси тут же заметила странные нотки в голосе Джулии. – Ну, говори!

– Ты вообразила себе невесть что, – ответила Джулия. – Лучше скажи, почему ты до сих пор в Вермонте? Я считала, что ты должна уже быть дома.

– Я тоже так считала, но погрязла в делах. Владелец патента не склонен его продавать.

– Поулыбайся ему. Мама всегда говорит, что твоя улыбка склонит самого демона вернуться в лоно церкви. – Джулия старалась говорить с сестрой только о ее делах. У Дарси была бульдожья хватка. Если уж она вцепилась во что-то, оторвать ее от этого невозможно.

Как плохо, что она влюбилась в Калеба Таррингтона, тем более что Дарси предупредила ее о безнадежности такой ситуации. Но рассказать все Дарси, а потом выслушивать ее наставления в данный момент было выше ее сил. Ей хотелось в одиночестве зализывать свои раны. Думать о часах, проведенных с Калебом, не слушая добрых советов порвать с ним и больше не встречаться.

– Чепуха, – возразила Дарси. – Позволь сказать тебе кое-что, сестричка. Быть красивой не так уж и хорошо.

Джулия усмехнулась.

– Да уж.

– Нет, я серьезно, – настаивала Дарси. – Никогда не знаешь, любит ли тебя парень или просто тешит свое «эго», сопровождая красивую женщину.

– Может быть, – задумчиво ответила Джулия, примеряя на себя слова Дарси. – Но тех, кто всего лишь недурен собой, мужчины просто не замечают.

– Мне не нужен просто мужчина. Мне нужен единственный. Но не бери в голову. Скажи мне, почему ты еще не дала согласия на новую работу?

– О, извини, Дарси. Я должна бежать: кто-то звонит в дверь, – солгала Джулия.

– Хорошо, я позвоню тебе, когда вернусь, и мы поговорим.

– Пока, – Джулия с облегчением повесила трубку. Слава богу, сестра сейчас слишком занята своими проблемами с патентом. Иначе она не отстала бы так легко. Дарси всегда нравилась роль старшей сестры, она относилась к ней с большой серьезностью. Но сейчас Джулия впервые ощутила, что это ее раздражает.

Она опустилась на диван, глубоко вздохнув. Любовь к Калебу Таррингтону все изменила. Все ее старые отношения как бы отодвинулись, уступив место новым. Но беда в том, что новые отношения существуют не в реальности, а только в ее воображении. Нет даже малейшего намека на то, что она для Калеба не просто друг, а гораздо больше. Даже то, что он целовал ее, ничего не означает. Калеб не зеленый юнец, он мужчина, к тому же весьма и весьма искушенный. Поцелуи, которые кажутся ей фантастическими, для него, возможно, не более чем приятный, ничего не значащий эпизод. Хотя…

Джулия вспомнила, что говорила ей сестра о равнодушии Калеба к ней, Дарси. А ведь она, Джулия, не так красива, как сестра. Она не знает, почему Калеб поцеловал ее, но одно она знает точно: внешность тут ни при чем.