Шарон Берри - Репетиция брака

Она хотела принять аспирин от головной боли. Но в тот момент, когда она увидела Чарльза и Тома, она забыла и про аспирин, и про головную боль.

Джейн тихонько подошла к кровати. Ей было интересно, звонил ли Джо Балтер и почему Чарльз и Томми спят в ее постели.

Она посмотрела на свою левую руку. Хотя кольцо и было настоящим, то, что оно олицетворяло, реальным не было. Она и Чарльз представлялись супругами, и все трое казались счастливой семьей на отдыхе. Однако за исключением Джека, бриллиантов в золотом кольце, все остальное было миражом. Подделка.

Фальшивка.

Тогда почему сцена перед ее глазами – Чарльз и Томми – выглядит столь явно реальной? Она поискала на прикроватном столике пузырек с аспирином, нашла его и сунула в карман халата.

Взглянув еще раз на спящих, она решила провести остаток ночи на кушетке и нагнулась, чтобы поднять с пола пикейное покрывало, которое Чарльз уронил на пол.

– Джейн? – спросил он хриплым от сна голосом. Он пошевелился и потянул к ней руку. Его пальцы коснулись ее халата, и рука скользнула вверх по ее бедру. Она застыла от этого неожиданного жеста, но была уверена, что его прикосновение было скорее случайным, чем намеренным. Наверное, он был в полусне.

– Простите, – прошептала она, не двигаясь. – Я не хотела будить вас.

– Томми приснился страшный сон. Тревожить вас я не хотел. С вами все о'кей? – Он погладил ее по заду, а потом его рука скользнула по ее бедру, когда она выпрямилась. Конец покрывала был у нее в руке, но большая его часть лежала еще на полу. На какое-то мгновение ей захотелось так же, как Том, свернуться калачиком возле Чарльза.

– Я чувствую себя хорошо, только немножко болит голова. Мы поговорим утром, – сказала она, кашлянув.

– Я сейчас уйду, и вы сможете лечь.

– Я могу спать на кушетке.

– Не глупите! – сказал он и добавил тихо: – Когда я спал здесь, мне приснились вы. – В его голосе прозвучало волнение. Она подумала, что если бы его сон продолжался, то сейчас он был бы с ней. Он посмотрел на Тома. – Как вы думаете, можно ли отнести Томми в его кроватку, не разбудив?

Она ничего не ответила, думая над его словами о том, что он видел ее во сне. Его рука продолжала оставаться на ее бедре, все больше приводя ее в смятение.

– Джейн! Вы вполне проснулись?

– О да, конечно! Как раз я думаю о том, как лучше сделать это.

– Зайдите с другой стороны, а я попытаюсь выскользнуть с этой стороны так, чтобы вы смогли обнять его.

Она сделала, как он сказал. Чарльз попытался приподняться, сесть и освободить свою руку, обнимавшую ребенка. Джейн села на край кровати и наклонилась к ним. Она медленно подвела одну руку под маленькое тельце, а другую руку попыталась просунуть между грудью малыша и боком Чарльза.

– Осторожнее, – прошептал он. – По-моему, его пальчики все еще крепко держат мою рубашку.

Вы можете немножко подвинуться? – прошептала она. Он отодвинулся, и она глубже просунула свою руку, отыскивая пальчики Тома, сжимавшие его рубашку. Вместо этого ее рука ощутила голый живот Чарльза. Она замерла и тут же поняла, что ей следовало не придавать этому никакого значения и сделать вид, что не знает, где ее пальцы.

Он глубоко вздохнул, отчего мышцы его живота подтянулись, а ее рука непроизвольно скользнула ниже его пупка.

– Не шевелитесь! – сказал он срывающимся голосом.

– У меня получилось это не нарочно!

– Слава Богу!

Она внимательно посмотрела на него и подумала, что никогда он не выглядел таким неприступным. В то же время она почувствовала, что он старается скользнуть вниз, чтобы ее рука оказалась выше. То ли из-за того, что она неправильно рассчитала, где находится ее рука, то ли потому, что она думала только о глухих ударах своего сердца, она передвинула свою руку не в том направлении. Единственно, на что натолкнулась ее рука – была расстегнутая пуговица джинсов…

– Черт возьми, Джейн, что вы пытаетесь сделать! – Это определенно прозвучало не вопросом.

– Я просто стараюсь вытащить… Казалось, что он перестал дышать.

Потом второй смысл сказанного ею вдруг дошел до нее.

– Я не имела в виду…

– Убедите в этом мое тело! Господи… – Он вздохнул так, что защемило в сердце. Потом быстрым движением изменил положение тела, оказавшись между ней и Томом. Схватил ее за руку, а другой своей рукой осторожно разжал пальчики ребенка и освободил свою рубашку. Она обхватила Тома, качая и успокаивая его. Он открыл полусонные глазки, повел ими по сторонам, потом закрыл их и продолжал спать.

Чарльз спустил ноги с кровати и встал. Его джинсы были действительно расстегнуты, так же как и его рубашка. Не глядя на Джейн, он стал искать ногами на полу свои кеды.

Она не хотела, чтобы он злился. Кроме того, она хотела переговорить с ним еще кое о чем.

– Не уходите, – прошептала она.

Он резко вздернул голову, уставившись на нее, и она знала, что он совершенно не ожидал услышать от нее такого.

– Дайте мне уложить ребенка, и я сразу же вернусь назад.

Через некоторое время она вернулась, отмахнувшись от робких сомнений, что ее предыдущая фраза не была слишком разумной. Но ведь нужно принять во внимание и то обстоятельство, что она всегда теряла присутствие духа, оставаясь просто наедине с ним.

Когда она вошла, он сидел, развалившись в кресле, далеко от кровати. Лампа у изголовья была включена, но ее свет не смягчил его настроения.

Он выглядел недовольным, взъерошенным и настороженным. Рубашка была еще расстегнута. Она поймала себя на том, что ее взгляд скользнул вниз, к уже застегнутой пуговице на джинсах. У нее возникло странное ощущение, что Чарльз Олден считал необходимым быть осторожным с нею. Это озадачило ее, но в то же время придало ей храбрости. – Понимаете, я не касалась вас, нет, почти дотронулась до вас, ненамеренно.

– Я иду спать, – сказал он, рывком поднимаясь с кресла.

– Нет, пожалуйста, подождите! – Она оправила складки своего халата. – Вы не верите мне!

– Я верю вам.

– Нет, вы не верите! Вы считаете, что я соблазнительница или делаю вид, что не понимаю происходящего.

– Джейн, ради Бога!..

– Разве не поэтому вы злитесь? – сказала она, сделав по направлению к нему один шаг.

Чарльз глубоко вздохнул и тихо сказал:

– Вы не принадлежите к типу скромных женщин. Вы слишком открыты в своих эмоциях.

– Это открытие вы наверняка сделали сегодня днем на пляже во время моей истерии, – проговорила она серьезно, наклоняя свою голову. Надо сказать ему, просто сказать, что хотела покончить с этим!

Чарльз взял ее за подбородок и заставил посмотреть ему в лицо.

– Вы ведь не собираетесь умерить свою дерзость, не так ли? Это открытие я сделал не на пляже. Я знал это, когда поцеловал вас в Харборе.