Кэтрин Бритт - Целитель сердец

— Триша, вы не проводите меня? — насмешливо спросил он.

Триша встала и последовала за ним на улицу. Старик Жак стоял в дальнем конце территории виллы, Рив лениво поднял руку, приветствуя его. У машины он смерил Тришу загадочным взглядом.

— Где кольцо? — спокойно спросил он, крепко взяв ее за плечи.

Его прикосновение, словно электрический ток, пронзило ее тело.

— Я забыла надеть его, когда переодевалась на обед. — Ее голос звучал едва различимым шепотом, она не могла встретиться с ним глазами, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Она не знала, понимает ли он, через какие муки заставляет ее пройти. Разумеется, он об этом и не подозревал. Что касается переживаний, то мужчины не такие, как женщины. И те и другие смотрят на жизнь с разных точек. Она напряглась при его прикосновении, он ее легко встряхнул.

— Перестаньте беспокоиться о Мари-Роз. С ней все будет хорошо. Путь за ней ухаживают Гортензия и Анри, а вы отдыхайте. Au revoir, cherie.

Жесткие губы коснулись ее щеки, затем он пригнулся и сел в машину, махнул рукой и уехал.

Ее невестка провела день, отдыхая в своей комнате. Тетя Селеста пришла примерно в четыре с цветами и обычными подарками для своей племянницы. Триша навестила ее раньше, сообщив, что ее племянница возвращается на виллу, а когда вернулась, та уже приехала. Мари-Роз села в постели раскрасневшись и, улыбаясь, с нетерпением ждала тетю. Гортензия принесла длинный поднос, а Триша уже собиралась подать чай, когда рядом с постелью зазвонил телефон. Невестка взяла трубку. Очередной раз звонил Джереми, и его соединили из больницы.

— Здравствуй, дорогой. Да, это твоя Мари-Роз. Да, я дома, но только на очень короткое время, пока не буду готова к пересадке кожи. Конечно, я тоскую по тебе… Со мной Триша, тетя Селеста, она только что приехала, Гортензия и Анри заботятся обо мне… Как это чудесно! Только подожди, ты увидишь мой новый нос! Каждый раз, когда я вижу его в зеркале, я готова заключить Рива в крепкие объятия… Да, если тебе так хочется. — Прикрыв трубку рукой, она обратилась к тете Селесте: — Он передает тебе привет. Поторопись, он хочет поговорить с Тришей тоже, — нетерпеливо добавила она.

Тетя Селеста тепло поздоровалась с ним, ответила на вопросы про ее недавний круиз и сказала, что путешествие доставило ей большое удовольствие. Она справилась о его здоровье и работе, затем снова передала трубку племяннице.

— Какой он внимательный, не забыл обо мне, — обрадовалась она.

Триша взяла трубку, сидя на постели.

— Это ты, Триша? — отчетливо прорезался радостный голос Джереми. — Поздравляю! Не могу поверить, я считал себя самым сообразительным в семье, но ты меня обошла. Ты рада?

— А ты как думаешь? — ответила Триша, зная, что присутствующие ловят каждое слово.

— Ну ты же понимаешь, о чем я говорю. Нельзя же быть слишком откровенным по телефону. Ты же знаешь, что я желаю тебе самого лучшего. Будь здорова!

— Я тоже с этим согласна, — тепло сказала Триша. — Возвращайся скорее. Мы тоскуем по тебе. — Добавив еще несколько слов, она передала трубку Мари-Роз.

Подали чай, и разговор зашел о Джереми и его работе в Испании.

— Мари-Роз, после операции тебе было бы хорошо провести несколько недель там, — радостно сказала тетя Селеста. — Ты даже могла бы устроить второй медовый месяц под испанским солнцем, — дразнящим голосом заключила она.

На лице ее племянницы появилась гримаса.

— После Парижа там мне покажется скучно. После пересадки кожи я от всей души повеселюсь, сойду с ума… буду ездить повсюду и все осматривать. — Она широко раскинула руки. — Я хочу наверстать все упущенное за эти недели в больнице.

Триша проигнорировала острую боль беспокойства и допила чай. Мари-Роз допила свой и поудобнее устроилась в постели. Одной рукой она ласкала Фифи, ее темные глаза остановились на Трише, затем на тете Селесте.

— Тетя Селеста, что ты думаешь о помолвке Триши? Какая же она темная лошадка, скрыла от нас все, — игриво сказала она.

Тетя Селеста вытерла рот салфеткой.

— Я узнала от Рива, что его предложение было совершенно неожиданным. Ведь так, Триша?

У Триши возникло тревожное чувство, что она идет по скользким камням через опасные воды.

— Да, именно так, — едва слышно промолвила она.

— Именно так? Расскажи нам об этом, Триша. — В улыбке Мари-Роз промелькнуло что-то мстительное.

Триша бесстрастно взглянула на нее.

— Тут не о чем говорить, — ответила она холодным и ровным голосом. — Просто однажды вечером он повел меня в ресторан и достал кольцо. Вот и все.

Мари-Роз нахмурилась:

— Должно быть, он не сомневался в твоем ответе, раз достал кольцо.

Тетя Селеста рассмеялась:

— Рив властен, настоящий мужчина, и очень настойчив. У него, должно быть, сильная воля, раз ни одной из девушек, которые бросались к его ногам, не удалось его покорить. — Затем француженка задала вопрос, потрясший Тришу до глубины души: — Триша, вы назначили день свадьбы или вы сначала подождете, пока Мари-Роз поправится после аварии?

Однако Мари-Роз вступила в разговор прежде, чем Триша сумела придумать, что сказать.

— Само собой разумеется, она подождет, пока я не поправлюсь. Только не вздумай уговорить Рива жениться на тебе и отправиться в медовый месяц прежде, чем он сделает мне пересадку кожи, — сказала она обидчиво. — Тогда я тебе никогда не прощу.

У Триши создалось впечатление, что ее невестка и так не простит ее, если она выйдет замуж за Рива. Но она хорошо понимала, что должна была чувствовать Мари-Роз всякий раз, когда она думала о шрамах на своем лице, и глубоко сочувствовала ей.

— Дорогая, ты не должна волноваться, — нежно сказала она. — Я приехала в Париж с намерением помочь тебе поскорее выздороветь. Я никогда не сделаю ничего такого, что могло бы как-то помешать твоему выздоровлению или расстроить тебя.

— Очень хорошо сказано, — вмешалась тетя Селеста. — Ты замечательная девушка, Триша, и я желаю тебе счастливого будущего, а теперь мне пора идти.

Свернув салфетку, тетя Селеста отряхнула платье на коленях и собралась попрощаться. Триша проводила ее вниз по лестнице.

— Я ничего не говорила своей племяннице, — сказала она, когда они обе пересекали холл, — но надеюсь скоро связаться с ее родителями. Один мой приятель, с которым я познакомилась во время круиза, зашел ко мне на днях перед отъездом в Судан. Я попросила его связаться с родителями Мари-Роз, и он обещал сделать все возможное. Он там знает несколько влиятельных человек, так что у меня большие надежды скоро получить известие от него. Думаю, будет не совсем уместно говорить об этом Мари-Роз, прежде чем мы узнаем что-нибудь определенное.