Белл Робинс - Любовь и измена

Алекс терпеливо повторил:

— Да, я встречу тебя в Мадриде. И да, я тоже хочу заняться с тобой любовью.

Вот уж поистине страстный любовник, ничего не скажешь!

— О, неужто правда?

— Послушай, Лола, я, конечно, вел себя на отдыхе как старший брат, но это совсем не означает, что я испытываю к тебе братские чувства. И, позволь заметить, что этот твой золотистый купальник был изобретен современными инквизиторами. Великолепный инструмент утонченной пытки.

— Брось, Алекс, ты, по-моему, ни разу и не взглянул на меня в нем.

— Это ты так считаешь, — возразил он. — А я единственно стремился оградить нашу дочь от преждевременного знакомства с некоторыми аспектами взрослой жизни… Кто останется с ней на время твоего отсутствия?

— Ариэлла, — ответила Долорес и с панической ноткой в голосе добавила: — Учти, Марибель не должна узнать о нашей встрече. Это касается только тебя и меня, никого больше.

— Согласен. В таком случае я сниму номер в отеле. Я знаю неплохой неподалеку от Симфонического холла. Чудесное маленькое здание, немного старомодное, но сервис на высшем уровне.

— Я не могу себе позволить…

Он не дал ей закончить.

— Я могу.

Долорес фыркнула и насмешливо произнесла:

— Смотри, Алекс, я ведь могу и привыкнуть к роскошной жизни.

— Позволь уж мне беспокоиться об этом. Итак, говори, когда приедешь.

— Пока точно не знаю. В пятницу днем. Я сообщу номер рейса. И мне надо вернуться домой не позже вечера воскресенья.

Алекс быстро провел в уме кое-какие вычисления и заявил:

— Я перезвоню тебе через четверть часа.

С этими словами он быстро положил трубку, чтобы не дать Долорес передумать.

Итак, она хочет заняться с ним любовью. У них будет почти двое суток. И ни дочери, ни родственников, ни сплетников-соседей. Только он, она и огромная кровать.

Алекс быстро сделал несколько звонков, забронировал номер в отеле, заказал лимузин, потом перезвонил ей.

— Алло… — задыхаясь от волнения, ответила Долорес.

— Я все утряс. Машина будет ждать тебя с полудня пятницы. Шофер доставит тебя прямо в отель. Назовешь свое имя в регистратуре и получишь ключи. Номер четыреста двенадцать. Если меня вдруг еще не будет, а ты захочешь перекусить, спустись в ресторан. Все включено в счет.

— Послушай, я ведь не напрашиваюсь на еще одни оплаченные каникулы. Ты не должен… Я… я не хочу использовать тебя. Дело ведь совсем не в деньгах…

— Господи, Лола, что за чушь ты несешь! Уж кому-кому, а тебе следовало бы знать меня лучше! — раздраженно произнес он, недоумевая, в чем же именно дело. Впрочем, терпеть придется совсем недолго. Долорес обязательно расскажет. — Извини, мне пора. Срочно вылетаю в Таиланд. До встречи в пятницу. И еще, Лола…

— Да?

— Спасибо.

Издав невнятный звук, Долорес опустила трубку на рычаг и выдохнула. Итак, она сделала это! И теперь ее ждет удивительный, бурный уикенд. Впрочем, она его заслужила. Ей двадцать семь, скоро будет двадцать восемь, а не шестнадцать. Она имеет полное право.

И к тому же, надо признать, что это все довольно безопасно. Ведь теперь она уже не любит Лехандро. Желает, да, безусловно. Но любить? Нет, конечно нет. И если проведет два дня с ним в постели и утолит сексуальный голод, то сможет наконец успокоиться, забыть о нем и продолжит спокойную, размеренную жизнь.

Да, так оно и будет, решила Долорес и, чувственно потянувшись в предвкушении любовного наслаждения, достала из шкафа ту самую сорочку и потерла пальцами шелковистую ткань.

12

Алекс прибыл в отель чуть позже, чем планировал. Он провел больше часа в цветочном салоне, выбирая букет для Долорес. Впервые в жизни задача оказалась для него непосильной. Все букеты выглядели слишком невзрачными, недостойными ее. Только объединенные усилия хозяйки салона и двух ее помощниц привели к удовлетворившему его результату.

Он огляделся, прошел к стойке и спросил:

— Сеньора Орнеро уже прибыла?

— Да, сеньор Парагон. Она просила передать, что будет ожидать вас в баре.

Алекс кивнул, переложил творение цветочниц в другую руку и дал щедрые чаевые.

— Позаботьтесь, чтобы мой багаж доставили наверх немедленно. И проследите, чтобы шампанское охладили.

Он направился в сторону бара и, войдя, сразу же заметил ее, сидящую у стойки на высоком табурете. Длинные распущенные волосы скрывали глубокий вырез на спине. Бирюзового цвета платье обтягивало фигуру и подчеркивало все ее выпуклости и изгибы, заставляя мужчин оборачиваться. В пальцах Долорес держала высокий бокал, однако не пила, а только крутила тонкую ножку.

— Привет, — негромко произнес Алекс, взял ее свободную руку и поднес к губам. — Допивай и давай поднимемся в номер. Ты ведь хочешь этого, правда? Я хочу.

Она сделала глоток, потом другой, решительно поставила бокал на стойку и поднялась.

— Ого, — восхищенно выдохнул он. — Вот это наряд.

Долорес оглянулась по сторонам и, убедившись, что вокруг ни души, смущенно призналась:

— Сама сделала. И фасон придумала, чтобы материи понадобилась самая малость.

Алекс качнул головой.

— Тысяча и один способ сэкономить деньги, да?

Она усмехнулась.

— На самом деле их намного больше. Я могла бы даже книгу написать на эту тему. Как прошла поездка?

— Нормально.

Алекс протянул ей цветы и, освободив наконец-то руки, обнял ее за талию.

— О, Лехандро, какие красивые, — пробормотала Долорес, уткнувшись носом в букет, чтобы скрыть краску удовольствия, выступившую на щеках. — Если бы я еще могла взять их с собой домой…

Они подошли к лифтам и поднялись на четвертый этаж. Отворив дверь номера и пропустив Долорес внутрь, Алекс ногой захлопнул ее за собой, кинул пиджак на ближайшее кресло и многозначительно произнес:

— На сей раз я явился во всеоружии. Иди ко мне, Лола.

Долорес нервно огляделась по сторонам, словно в поисках пути для побега. Хихикнула. Покраснела еще больше, чем в холле. Потом призналась:

— Послушай, Лехандро, я жутко нервничаю. Сама не понимаю почему. В конце концов мне не шестнадцать и даже не восемнадцать… — Она пожала плечами.

— Наверное, потому что это имеет большое значение — то, как мы проведем время вдвоем…

— О, брось! — резко оборвала его Долорес. — Мы же собираемся всего-навсего переспать друг с другом, а не к алтарю идти.

Итак, она бросила ему открытый вызов. Алекс решительно скинул ботинки и двинулся к ней.

— Извини, я на минуту, — пробормотала Долорес, схватила сверток с сорочкой и скрылась в ванной.