Айрис Оллби - Чёрное и белое

Не желая показывать свою слабость — она готова была разреветься в любой момент, — Айрис отвернулась от Фила и тупо уставилась в окно. Вдруг ее внимание привлек мелькнувший в свете фар дорожный знак. Они ехали по главной трассе, ведущей в Лондон. Если бы на улице не было так темно и Айрис не находилась в таком подавленном состоянии, она бы давно узнала эту дорогу.

— Что происходит? — сердито спросила она. — Кажется, ты пригласил меня на ужин?

— Совершенно верно — приглашение в силе, — просто ответил он. — Только мне подумалось, что тебе, возможно, захочется поужинать в моей лондонской квартире.

— Совсем спятил! С какой стати тащиться для этого в такую даль?

— Могу привести несколько резонов, — мягко сказал Филипп. — Во-первых, я думал, что ради разнообразия ты захочешь попробовать что-нибудь отличное от того, чем кормят в местных ресторанах. Моя домоправительница — первоклассный повар. Она обещала оставить для нас великолепный обед в печке. Во-вторых, я считал, что тебе не повредит проветриться — уехать из Шилдтона ненадолго. В-третьих…

— Хорошо, хорошо, — прервала его Айрис. — А что будет с Эш? Обычно на мою мать можно положиться в этом плане с закрытыми глазами, но сейчас…

— Не волнуйся, — твердым голосом произнес Филипп. — Перед нашим отъездом я сказал Люцилле, куда мы едем, и оставил ей мой лондонский номер телефона на случай возникновения каких-либо проблем.

Айрис кипела от негодования — Филипп продолжал беспардонно распоряжаться ею и ее жизнью. Она еще больше разъярилась, когда в свете фар проехавшей машины успела увидеть в его глазах явную насмешку. Его широкие плечи начали вздрагивать от подавляемого смеха. Этот наглец не обращал никакого внимания на ее требование повернуть обратно, в Шилдтон. К большому огорчению Айрис, автомобиль вскоре въехал в подземный гараж, расположенный под огромным современным домом неподалеку от Гайд-Парка.

— О боже! — воскликнула Айрис в восхищении, забыв о ярости, которая пару минут назад клокотала в ней. Она стояла посреди роскошно обставленной гостиной пентхауса — самого дорогого верхнего этажа дома. У нее расширились глаза при виде множества мраморных колонн и огромного, во всю стену, окна, из которого открывался потрясающий вид на город.

Удивительное место, подумала она, почувствовав, как туфли утонули в толстом ворсе белого ковра, устилавшего весь пол гостиной. Здесь были ультрасовременные стулья, диваны, столики различной формы и размеров. На огромных окнах висели толстые кремового цвета льняные занавески. Интересно, сколько женщин перебывало в этих роскошных апартаментах? Она никогда не видела, что представляет собой «любовное гнездышко» мужчины. Но тут не требовалось богатого воображения, чтобы понять: эта квартира с длинными диванами из черной кожи и огромными современными картинами, на одной из которых изображена обнаженная женская фигура, и есть то самое «гнездышко».

— Я так и предполагал, что все это убранство вызовет у тебя улыбку, — весело произнес Филипп, когда она, сама того не замечая, недоверчиво уставилась на несколько фривольную живопись. — Мне это богатство досталось в наследство от прежнего управляющего фирмой. Он, судя по обстановке, имел гораздо больше подружек, чем я горячих обедов! Так что не думай, пожалуйста, что это у меня такой дурной вкус. Сам жду не дождусь, когда съеду отсюда.

К своему удивлению, Айрис улыбнулась, увидев печальное выражение на лице Фила, с которым он оглядывал просторную гостиную. Позже за обедом она немало посмеялась рассказам Фила о любовных похождениях своего родственника.

— Ты не поверишь, какие телефонные звонки мне приходилось принимать здесь, — ухмыльнулся Филипп. — Я до сих пор не могу понять: был он обычным донжуаном или маркизом де Садом!

— Я должна перед тобой извиниться, что была такой невыносимой в машине. Ты оказался прав, — сказала она, когда они сидели в гостиной, потягивая кофе с бренди. — Обед, в самом деле, оказался необыкновенно вкусным. Кроме того, мне доставляет огромное удовольствие пробовать блюда, приготовленные кем-то другим, а не мной.

— Такой отзыв — больше того, на что я мог рассчитывать, — тихо промолвил Филипп и замолчал, погрузившись в свои мысли. Он посмотрел на бокал с бренди, который держал в руках, а затем сказал: — Когда я понял, что Эшлинг моя дочь, я испытал состояние, близкое к шоку. Хотя, бог свидетель, в этом чувстве была не только радость.

Горькие ноты в его голосе заставили Айрис с тревогой взглянуть на любимого. Он продолжал.

— Я с особенной ясностью увидел обстановку, в которой растет девочка, в которой жила ты. Трудный быт, нищета скрывались за богатым фасадом дома. Вот ты сказала об удовольствии съесть кем-то другим приготовленный обед. Это просто-напросто вывело меня из равновесия. Ты заслуживаешь лучшей жизни. Никогда не прощу себе, что позволил вам с Эш пройти через такие испытания.

Он не заметил, что к концу фразы перешел почти на крик. Айрис вздрогнула и невольно повернулась к Филу, сидящему рядом с ней на диване. Ее рука мягко опустилась на его пальцы.

— Пожалуйста, Фил, не мучай себя так. Не стоит преувеличивать мои страдания. Пойми, мне намного больше повезло по сравнению с тысячами других женщин. У меня хотя бы есть крыша над головой, — уверенно произнесла она. — И не надо себя винить в том, как сложилась моя жизнь.

— Возможно, в этом нет моей непосредственной вины, — тяжело вздохнул Филипп. — Но я должен полностью нести ответственность за многое из того, что произошло с тобой. Это одна из причин, по которой я твердо решил сделать так, чтобы у Эш была настоящая семья. Был отец. Кроме того, я хочу, чтобы отныне вы обе были материально обеспечены.

— Я ценю твою заботу, — серьезно ответила Айрис. — Но тебе совсем необязательно жениться на мне, чтобы стать хорошим отцом для Эш и обеспечивать ее всем необходимым. После того как я продам дом, у меня появится вполне достаточно средств для нормальной жизни. Я могу купить небольшой домик подальше от Шилдтона, чтобы не вызывать лишних разговоров по поводу родителей Эш. И ты сможешь встречаться с ней столько, сколько душе угодно, — быстро добавила она, заметив, что Фил отрицательно качает головой.

— Как только ты станешь женой богатого, преуспевающего человека, который собирается к тому же развить в городе крупное дело, все неприятные разговоры и слухи прекратятся. Вот увидишь.

— Я совсем не разбираюсь в таких делах, — растерянно сказала Айрис, проведя рукой по золотисто-каштановым волосам. — Но я знаю наверняка, что деньги — это еще не все. На них, к примеру, нельзя купить счастье.