Ты будешь моей и точка - Наталья Одинцова

ледяную ладошку, целую её и крепко сжав, отвечаю уже с улыбкой:

– Ну поехали, моя жёнушка.

Лера вдруг расплывается в улыбке, расцветая, как цветок, и выдаёт:

– Уже жёнушка? Вы меня ещё не приватизировали.

– Давай документы, приватизирую. Хоть сейчас. — оглядываюсь назад и смотрю вдаль, – Вроде и сотрудница ЗАГСа ещё здесь.

– Захаров, не беси меня. Уходим. — хватает меня за руку и тащит за собой, словно я мешок картошки. Страшная женщина, однако моя будущая жёнушка.

ЭПИЛОГ 1

С того самого дня, как Костя и Андрей увезли меня из родительского дома, прошла неделя. Я больше не слышала о родителях ничего. А потом узнала, что мама хотела приехать и навестить меня. Насчёт отца, я ни о чём не жалею. Но с мамой терять связь не хочу. О его планах она ничего не знала. Да и вообще всегда поддерживала меня и наши с Костей отношения, тогда в далёком прошлом. А здесь такое. Даже у неё был шок.

В отце я разочаровалась. И навряд ли захочу его видеть. Сейчас я точно уверена, что ближе Кости у меня нет никого.

– Любовь моя, как ты там? — раздаётся в трубке голос любимого.

– Я нормально. — недовольно произношу я. – Что-то случилось? Звонишь в такое время.

– Да. У меня для тебя сюрприз.

Тяжело вздохнув, откидываю голову на спинку кресла:

– Какой ещё сюрприз?

– Ммм, мы сегодня поедем к мо́им.

Я резко выпрямляюсь, сидя в кресле:

– Как к твоим? Они же...это... мы давно...ну... это...не виделись.

– Я сделаю и им сюрприз. И тебе. Уже купил билеты, поэтому тебе не отвертеться.

– Но для них же мы расстались. Кость, мне неловко от этой ситуации.

– Лер, обещаю. Всё будет хорошо. Мы все им объясним.

– Ну хорошо. До вечера...мой сладкий... — моё лицо расплывается в улыбке, сижу и жду, какая же реакция у него будет.

– Лера, не называй меня так.

– Почему? — с придыханием уточняю у него.

– Ты меня распаляешь. А я не хочу делать тебе или малышу больно.

– Костя. — стукаю по лбу ладошкой.

– Что Костя? Не будь ты беременна, я бы уже сам двигался к тому, чтобы ты стала мамой.

– Ладно. Всё. Я поняла. Можешь не продолжать.

Мы прощаемся. Наступает вечер. Костя, как и обещал, везёт меня к своим родителям, на поезде.

Прибыв в нужный час, нас встречал его отец:

– Ну здравствуй, невестка. Давно не виделись. — подходит и заключает меня в свои объятия.

– Здравствуйте. Я не... — не успеваю договорить, как Костя меня перебивает.

– Отец, а мама дома?

– Конечно, дома. Вас ждём.

Он забирает наши вещи, ставит их в багажник своей Нивы, и мы, забравшись в неё, отправляемся в путь.

Дома нас встречают с хлебом и солью.

– О-о-о-о, Лерочка, дочка. Как же я скучала. — мама Кости заключает меня в своих крепкие, тёплые объятия. От этого приветствия так уютно становится, словно меня всегда здесь ждали. Поэтому, мягко улыбнувшись, отвечаю ей;

– Спасибо. Я тоже скучала по вам.

Она щипает меня за щёки и с улыбкой отвечает:

– Моя девочка. Костя, твой косяк. — пригрозив пальцев, отвечает ему недовольно.

– Мам, исправился же. — подходит и крепко ее обняв, целует в щеку.

Вот это я понимаю...родители. В этом доме чувствуется атмосфера любви, счастья и добра. Здесь тебя принимают таким, какой ты есть, и неважно, из какой ты семьи. Богатый или бедный. Здесь ценится простота, а в отношениях важны любовь и уважение.

Мы освободились от уличной одежды, Костя ушёл с отцом за своей настойкой, а мы с мамой Кости ушли накрывать стол. Скоро ужин. И вдруг, в дом заходит Костя и спешит ко мне так, словно где-то пожар и нам срочно надо помочь тушить:

– Лер, ты срочно мне нужна. Прям срочно.

Он хватает меня за руку и оттаскивает от стола:

– Кость, мы же ужин накрываем.

Он отмахивается от стола со словами:

– Ужин может подождать, а это нет.

– Да что случилось-то?

– Лер, некогда объяснять. Пойдём быстрее.

Он хватает вновь меня за руку и тащит к входной двери. Надевает на меня пальто и выводит на улицу. Я только и успеваю переставлять ноги, он так крепко держит меня за руку и куда-то всё ведёт и ведёт.

– Кость, потише. Я же упаду.

Он оборачивается, сбавляет темп:

– Прости зай. Так тороплюсь, что не подумал. — подхватывает меня под локоть и потихоньку продолжает вести куда-то по дороге.

Я совершенно ничего не понимаю, что же происходит. И пока я плаваю в своих мыслях, он резко тормозит и завязывает мне глаза:

– А это зачем? Кость?

– Сейчас всё поймёшь.

Наверно ещё минут пять мы шли без остановки. А потом он затормозил, и я почувствовала, что мы уже не вдвоём, а, возможно, даже втроём. Меня это начинает пугать.

Вскоре он отпускает мою руку и только успевает произнести:

– Постой минутку, и можно будет снять повязку.

– Только быстро, Кость. Мне страшно.

– Не бойся. Я рядом.

И он исчезает буквально на минуту.

Вскоре слышу рядом непонятный шум, щелчки, звук рассыпавшихся бус. Что происходит? Вся как на иголках. Так и хочется рвануть с места обратно домой. Но именно в этот момент с моих глаз снимают повязку, и я вижу перед собой... ёлку, обмотанную гирляндой, а вокруг нас с Костей штук восемь салютов шипят. Я оборачиваюсь к нему, чтобы спросить, что происходит? Зачем в середине осени наряжать гирляндой ёлку и ставить салюты?

Он встаёт передо мной на одно колено, выставляет вперёд красную бархатную коробочку, а внутри...колечко. То, что он однажды подарил под Новый год...под ёлкой с гирляндой. Словно дежавю:

– Лерочка, любимая моя, самая лучшая девочка на свете. Прошу тебя...умоляю... выходи за меня...замуж.

Я замираю, глядя ему в глаза. Слёзы нахлынули, застилая глаза прозрачной пеленой, сердце пробивает удар и падает куда-то вниз. Закрываю глаза, пытаясь проморгаться. Слёзы идут градом. Я словно вновь вернулась, в свои девятнадцать лет. Господи, мне больно. И эта боль от того, что моя мечта тогда не сбылась. И я испугалась, уткнулась носом в рукав пальто, и слезы полились ещё сильнее.

– Лер, что-то не так? Я же сюрприз хотел.

Отвернувшись и немного