Кошкин муж - Таня Балер

А потом случилось то, что случилось, и «живое» знакомство Стаса с почти тёщей произошло у гроба мёртвой невесты.

Облегчать совесть, вывалив на бедную женщину своё признание в предательстве, он, естественно, не посмел, но и без этого они расстались чужими людьми и выходили на связь только по поводу установки памятника и пары годовщин смерти.

А теперь вот, спустя годы, Анина мама вдруг позвонила.

Намерено скрывать личность своей собеседницы Стас не старался. Телефон был в его спальне, поэтому там и состоялся разговор. Смысл возвращаться в кухню? Пусть усталая девочка не отвлекается от ужина.

— Здравствуй, Стас. Я на операцию ложусь, бедро менять будут. Мне Аня приснилась, сказала, что всё хорошо пройдёт. Мы с сестрой в церкви были, а ты на кладбище сходи, проведай нашу девочку.

— Я…

— Сходи-сходи, — строго сказала она, будто Стас отказывался. — Я едва хожу, мне в дорогу нельзя, а кто ещё Анечку проведает? У всех свои жизни и семьи, а моя девочка всеми забытая.

Предпраздничные выходные

Если женщина и хотела как-то надавить или уколоть несостоявшегося зятя, Стас этого не заметил.

Он пообещал, что завтра съездит на могилу Анны. Вежливо спросил её мать о здоровье, и нарвался на длинную и даже какую-то агрессивную отповедь о врачах, экологии, пенсии и нелёгкой жизнь в молодости, из-за чего у него закралось подозрение, что она немного не в себе.

А может, когда тебе за шестьдесят, и ты успела похоронить и мужа, и дочь, некоторая путаность сознания это нормально?

Стас ведь и сам изменился после трагедии, и, если бы не фабрика, забота об отце и как следствие жизнь с Любой, то неизвестно в кого бы он сам превратился, ежедневно варясь в своём горе.

— … цветы ей принеси. Мне муж всегда лилии дарил, ей нравилось их разглядывать. Пусть белые будут. Аня сверху разглядит и порадуется.

— Закажу самый красивый букет.

Люба придумала ещё парочку шуточек о бурной личной жизни Дубравина старшего. Ничего против активности в этом плане свёкра она не имела, но теперь Стас сможет хоть немного почувствовать, какого ей было расти среди страстных натур сначала только родителей, а позже и старшей сестры. А то ведь до сих пор считает, что всё её рассказы о трудностях существования дружной семьи в маленькой квартире преувеличены!

Но муж всё не возвращался.

Она уже и доела, и посуду помыла, а он всё общался. Наверно, звонок по работе. Кроме отца ему так долго общаться не с кем. Если только с какой-нибудь новой знакомой, о которой неизвестно его жене.

Снова супруги пересеклись только через час, когда Люба вышла из ванной и согласилась на предложение Стаса выпить чая.

— Кто тебе звонил? — спросила она.

— Напомнили о том, что нужно сделать перед праздником, — не задумываясь, зачем и почему, ушёл от ответа он.

Если бы жена ещё раз поинтересовалась, Стас бы не стал что-то выдумывать и объяснил, что мама Ани попросила проведать могилу и оставить от неё цветы. Но она не только не спросила, а придумала свой ответ, уведя разговор совсем в другую сторону.

— Мелочи по корпоративу улаживаешь?

— Всё готово, в понедельник погуляем. Я же не забыл тебя предупредить?

— Не знаю, мне на этой недели столько всего слушать пришлось. Точно помню, что мама дату сказала, когда мы у них обедали.

И остаток вечера был посвящён ежегодной вечеринке «Дубравы»

Эта традиция почти ровесница фабрики. Конечно, первые годы всё обходилось скромной полянок в кабинете, но дело росло, сотрудников прибавлялось, и в какой-то момент Станислав Викторович решил, что может позволить раз в год устроить своим людям торжественный ужин, куда они могли прийти с супругами, а позже, когда мастер с золотыми руками Лёшка Кошкин обзавёлся малышнёй, и детьми.

Часть рабочих трудились в комбинезонах, кто-то предпочитал спецхалаты, но главным при выборе одежды были безопасность и удобство.

Благодаря чему для некоторых новогодний корпоратив был едва ли не единственным поводом выйди в свет при параде.

Последние пятнадцать лет гуляли в одном и том же банкетном зале, пусть там и успели трижды сменить декор. Изначально с владельцем ресторана сошёлся Дубравин старший, а теперь сотрудничество перешло на плечи младшего.

Обязательными атрибутами празднования помимо выпивки и угощения были: ёлка, у которой можно сфотографироваться, Дед мороз, раздающий сладкие подарки, и диджей с песнями 80х-90х.

Учитывая, что доплачивать за стол нужно было только за взрослых, не работающих на фабрике, и детей старше десяти лет, для руководства удовольствие выходило недешевое, но это закладывалось в бюджет, и стоило каждого потраченного рубля.

По крайней мере, так считала Люба, что и сказала мужу.

— Мы эти ужины больше чем утренники в садике и школе ждали.

— Вы всегда всей семьёй приходили?

— Конечно. После смерти дедушки, мы везде вместе были. Таня считает, что у родителей тогда денег на няню не было, а я думаю, что деньги роли не играли. Всё равно никто не согласился бы сидеть сразу с тремя: ей, мной и карапузом Стасиком. Я бы точно не согласилась.

В общем, чаепитие получилось тёплым не только из-за горячего напитка. Разговор тоже вышел душевным, и новогоднее настроение появилось.

— Ёлку ставить не будем, а небольшой венок или веточку красивую присмотрю. Стол перед отъездом украсим, — решила Люба.

— Я мимо базара ёлочного иду, спрошу у них веточки.

— За неделю, пока нас не будет, иголочки осыпятся. Я про искусственные думаю. А ещё видела картинку, как с настоящими еловыми веточками букеты делают. В обычном цветочном такое вряд ли найти, нужно специально у флориста заказывать, — зевнула она и, пожелав супругу доброй ночи, ушла к себе.

Проспать всю субботу у Любы не вышло, но она всё равно проходила весь день в пижаме.

До обеда Стас ленился вместе с ней, а ближе к вечеру собрался и ушёл «по делам». Причём перед выходом он принял душ, надел брюки и свитер песочного цвета, подаренный её мамой и реально очень ему шедший.

Застёгивая тёплое пальто, Стас лишь бросил:

— Постараюсь не задерживаться.

Вернулся он через два с половиной часа. Продрогший и умиротворённый.

Какое свидание может так быстро закончиться? Даже один ужин без продолжения, учитывая дорогу, продлился бы чуть дольше.

Хотя Любин обед у Сергея тоже надолго не затянулся, но был богат на события.

— Ты замёрз. Чая с лимончиком налить?

— Спасибо. Сначала под душем отогреюсь, — отодвинул муж её заботу.

Ну и ладно. Не очень