Карла Неггерс - Яростное влечение

В своей комнате она внезапно обессилела. Выскользнула из платья, освободила волосы от шпилек и буквально рухнула поперек кровати.

Информация, полученная на обеде, тревожила ее. Надо написать отцу, а ей хотелось закрыть глаза и унестись в грезы о будущем, в котором перестанут существовать неразрешимые вопросы и плохие люди. Впрочем, она не могла себе позволить мечтать. Ей надо сконцентрироваться на том, как сгладить впечатление от своего посещения Бетти и предотвратить отъезд в Нью-Йорк. Она не могла сейчас ехать домой, здесь еще так много надо узнать!

Скрипнула дверь. Бесс потянулась за ночной сорочкой и села на кровати, прикрывшись ею.

— Джинни? — прошептала она.

Но вместо подруги появился Джерид. Он закрыл за собой дверь на крючок и на цыпочках прокрался в комнату.

— Ох, и усложнила же нам жизнь твоя поездка к проститутке! Теперь попробуй войди к тебе открыто! Тут же решат, что ты ведешь себя как на службе у Бетти Боумэн… Итак, за каким чертом тебя понесло к ней?

— Джерид, пожалуйста, уходи! У меня и так из-за тебя достаточно неприятностей.

— Из-за меня? Можешь быть уверена, никто меня не видал. — Он сел в кресло рядом с кроватью.

Бесс резко отодвинулась от него:

— Мы можем все обсудить в другое время. Ты ведешь себя непристойно!

— И опять я, а не ты! — хмыкнул он. — Так вот, я не дам тебе спать сегодня, пока честно не расскажешь мне все о своем визите к Бетти Боумэн.

— Пожалуйста, уходи, Джерид! Пожалуйста!

Она села на кровати, поджав ноги. Ночная сорочка все еще прикрывала ей грудь, оставляя ноги и плечи открытыми. Джерид пересел в изножье кровати и накрыл ее маленькую ступню рукой:

— Рассказывай, Бесс!

Даже в сумерках она уловила блеск страсти в его темных глазах. Он пробежал рукой от ступни вверх к колену, заставляя трепетать все ее тело.

— Она сказала, что ты хладнокровно убил ее мужа, — наконец сдалась Бесс, с ужасом вслушиваясь в собственные слова.

Боялась ли она? Костяшки ее пальцев, вцепившихся в ночную рубашку, побелели от напряжения.

Джерид непроизвольно с силой сжал ее колено.

— Мне больно! — вскрикнула она.

Он сейчас же ослабил хватку.

— Прости, я не хотел, хотя ты и заслужила хорошей порки.

— Ты и в самом деле убил его? — спросила она с дрожью в голосе.

— Да. Хотя и отнюдь не хладнокровно.

— А за что?

— Расскажу когда-нибудь. Это длинная история. Уверяю тебя, я выступал при этом на стороне закона, а не как бандит.

— Да? А она говорит: он убийца и грабитель поездов. Но, если я ее правильно поняла, коррупция в нашей стране достигла такого уровня, что убийцы и грабители спокойно разгуливают на свободе.

Джерид откинулся на спину и стал хохотать. Он зажимал себе рот рукой, помня о конспирации, но смех распирал его, и он никак не мог с этим справиться.

— Никогда не бойся меня, Бесс, — сказал он, отсмеявшись. Я не разбойник, не грабитель и уж тем более не хладнокровный убийца. Ты ведь не считаешь таковыми полицейских, защищающих закон?

— …Нет, пожалуй, не считаю.

— Вот и представь себе, что я полицейский. Так тебе будет легче.

Он отбросил ночную сорочку и стал вглядываться в темноте в очертания ее обнаженного тела, не прикасаясь к ней. Бесс взяла его руку и положила себе на живот, потом надавила на нее слегка, заставляя опуститься ниже.

— Мы не должны, Бесс. Я пришел поговорить, а не соблазнять тебя.

— Ты меня и не соблазняешь.

Он улыбнулся и наклонился, чтобы легко поцеловать ее в губы, но она приоткрыла рот, давая ему почувствовать силу ее желания. Его язык прошелся вокруг ее губ и утонул, соприкасаясь с ее жаждущим языком. Кончики его пальцев медленно и томительно двигались по ее животу, ласкали напрягшиеся соски.

— Бесс, Бесс, — шептал он, не в силах оторваться от нее, — когда же мы наконец будем вместе, у себя, а не в гостях?.. Я должен пока держаться от тебя подальше, у меня нет времени даже на любовь… О-о, как же я хочу тебя!

— Я знаю только, что едва могу дышать, не только думать, когда ты касаешься меня, — проговорила она, поднимая его руку со своей груди и целуя ее в ладонь. — Пожалуйста, люби меня…

— Да, ничего не получается из моих клятв самому себе! Мне следовало бы запомнить, что невозможно беседовать с тобой наедине. — Бормоча это под нос, он скидывал одежду.

Его губы снова накрыли ее рот. Он привлек девушку к себе, взяв ее попку в свои ладони. Она почувствовала его желание и обвила руки вокруг спины Джерида, прижимаясь к нему все теснее. Он лег на бок и вытянулся во весь рост рядом с ней, потом перекатил ее на спину, спускаясь губами от шеи к теплой груди, затем осторожно и остро, как играющий волчонок, стал терзать зубами каждый сосок. Бесс казалось, что она взорвется от наслаждения еще до того, как он войдет в нее.

— Я хочу тебя, — прорычал он, прокладывая пылающий путь из поцелуев к ее пупку.

Она зарыла пальцы в его волосы, выгибаясь под ним.

— Так сделай это, Джерид! — умоляла она. — Ну же!

Такой огненной страсти, испепеляющей обоих, она не могла себе представить и в самых буйных фантазиях.

— Джерид, Джерид, зачем же мы потеряли целых семь лет? — произнесла она горько, когда они отдыхали.

Он не отвечая скатился с кровати. Поднял ее сорочку с пола и накинул на ее обнаженное тело.

— Мне надо идти. — Он стал быстро одеваться. — Не уверен, что не захочу тебя опять через пару минут. А если я здесь останусь на ночь, то не прощу себе никогда: меня ждет серьезнейшее дело.

Он выглянул наружу, приоткрыв дверь, и выскользнул, медленно закрыв ее за собой.

Бесс откинулась на подушки и застонала. Ее тяга к Джериду пугала ее. Эта боль в теле, которая поднимается к горлу, как только она видит его, столь всепоглощающа, всесильна, что остальное теряет значение. Она ни о чем не может думать, кроме того, как он ей нужен. Что ей предостережения Бетти и всяческие темные слухи? Даже собственный разум отказывается мыслить последовательно.

Прошло немало времени, прежде чем она заснула.

13

Утром Бесс стояла у окна и наблюдала, как облака переваливают через горную гряду. Она поднялась на рассвете и написала деловое письмо отцу, упомянув и Джерида Инмэна: «…Слухи о нем разнообразны, но я не в состоянии добраться до истины. Предполагают, что Джерид сделал инвестиции в железные дороги, и, возможно, ему нанесен ущерб системой Сент-Луиса».

Перечитав письмо, она ахнула: дважды привычно назвала Джерида по имени! Но надписать сверху «мистер Инмэн» было бы еще подозрительнее. Не садиться же за письмо заново! И она махнула рукой. В конечном счете ей все равно захочется рассказать отцу о своем увлечении.