Хелена Фенн - Дорога к любимому

— Мейбл, как дела?

Она ответила не сразу, от волнения горло перехватила судорога.

— Где ты был? — наконец удалось выкрикнуть Мейбл. — Мог бы позвонить, Эрни! Ты ведь уже должен был вернуться.

— Извини, не мог. С Эвой все в порядке?

— Послушай, случилось ужасное. Девочка пропала! — И Мейбл зарыдала.

— Не может быть, — промолвил Эрнест после нескольких секунд мучительного молчания. — Мейбл, — теперь в его голосе прозвучали уверенность и спокойствие, — не плачь. Возьми себя в руки. Ты слушаешь?

— Д-да. — Она почувствовала себя чуть лучше.

— Дети иногда уходят и чаще всего, несмотря на все те ужасы, о которых пишут в газетах, благополучно находятся. Не стоит раньше времени паниковать. Ты искала в доме и в саду?

— Да, конечно. Эрни, я так боюсь!

— В полицию сообщила?

— Да-да!

— Может, она просто играет с тобой в прятки. Но все же попроси полицию проверить, не у своих ли она родственников. И пожалуйста, не паникуй. Завтра же я прилечу. Держись, Мейбл.

— Скорее бы, Эрни!

— Сам не дождусь, — еле слышно донеслось до нее, и их разъединили.

Когда стемнело, Мейбл стало еще хуже. Правда, полицейские сообщили ей, что в доме родственников матери ребенка нет. Но от этого Мейбл легче не стало… Господи, куда же она подевалась?! — беспрестанно задавала она себе один и тот же вопрос.

Эрика приехала и осталась у нее на ночь. До утра они сидели рядышком, тесно прижавшись друг к другу, и бросались на каждый телефонный звонок.

— Господи, чем я прогневила тебя! — воскликнула под утро Мейбл, вытирая слезы со щек. — Ну почему все, что мне дорого, исчезает!

— Не выдумывай, — запротестовала Эрика. — Не умирай раньше времени, дорогая. Вот Эрнест обещал сегодня вернуться.

— Но только потому что пропала Эва! А до меня ему нет дела.

— Неправда, дорогая, — мягко возразила сестра. — И подумай о своем малыше. Нельзя так изводить себя, ты ужасно выглядишь.

— А ты, думаешь, лучше?

В конце концов измученная Эрика отправилась немного вздремнуть, а Мейбл пошла в ванную, прихватив с собой телефон. Однако новостей о Эве не было.

Умывшись холодной водой, Мейбл надела свежие голубые джинсы, теннисные туфли и белую блузку. А затем спустилась в кухню, чтобы хоть чем-нибудь себя занять. И тут распахнулась дверь и вошел Эрнест, неся на руках бледную, грязную, взъерошенную Эву, прижимающую к себе Кисика.

Малышка сразу протянула руки к Мейбл, и та взяла ее, судорожно прижав к груди.

— Ничего не спрашивай, — хрипло произнес Эрнест, поразивший ее смертельной бледностью. — Приготовь ей стакан молока, бутерброд, ванну и постель… Впрочем, тебе, наверное, надо позвонить, так что я сам справлюсь.

— Хорошо, — тихо отозвалась Мейбл, поняв по его виду, что лучше и впрямь не суетиться и не приставать с расспросами. Она улыбнулась девочке. — Как дела, маленькая безобразница? Разве можно уходить одной. Мы за тебя так переволновались!

— Я была не одна, а с Кисиком! Мейбл, положи меня в кроватку…

С этими словами Эва опустила голову Мейбл на плечо, закрыла глаза и мгновенно уснула. Эрнест наблюдал за ними с непроницаемым лицом. Одежда его была измята, и выглядел он, прямо сказать, не лучшим образом. Но для Мейбл не было на свете человека дороже и красивее Эрнеста Финлея.

— Бедная девочка боялась, что я исчезну из ее жизни так же, как и ее родители, — прошептал Эрнест. — Вот и отправилась меня искать.

— Как искать!

— Ну, она брела по улице, когда я увидел ее еле переставляющую ноги от усталости. Я вылез из машины, и она тут же бросилась ко мне. С ней был Кисик, верный друг, который еще ни разу не подвел ее.

Мейбл заморгала, стараясь остановить слезы, и направилась к лестнице с Эвой на руках. Еда и ванна подождут, решила она, укладывая ребенка в постель и накрывая одеялом. Она осторожно протерла ей лицо и руки влажной губкой и пригладила волосы. Мысленно произнеся благодарственную молитву, Мейбл оставила дверь приоткрытой и спустилась вниз.

К этому времени Эрнест уже успел принять душ и переодеться. В чистых джинсах и клетчатой рубашке он выглядел, как и прежде, сильным, мужественным, только бесконечно усталым. Мейбл почти забыла о разделяющей их пропасти. Даже пережитый кошмар рядом с ним казался далеким прошлым.

— У тебя утомленный вид. Тяжело пришлось? — спросил Эрнест.

— Да уж нелегко. Но и ты тоже, знаешь ли, выглядишь неважно.

— Обычно я неплохо сплю в самолете. Но как только ты сказала мне, что Эва пропала, ни о каком сне не могло быть и речи. Я просто голову потерял от беспокойства.

— Не могу поверить, что такая кроха просто взяла и отправилась тебя искать, — вздохнула Мейбл. — Как же сильно она привязана к тебе, Эрни. Наверное, слышала, как я пытаюсь дозвониться до тебя несколько дней, и испугалась…

— Ты звонила несколько дней?

Мейбл покраснела.

— Да. Эва не единственная, кто волновался за тебя.

— Я тронут.

— Давай обойдется без сарказма! — отрезала Мейбл. — В сводках новостей передавали такое, что поневоле становилось не по себе.

— Извини, Мейбл. Значит, ты звонила узнать, все ли со мной в порядке?

— Да.

— И все?

— Ну, не совсем… Помнишь, ты спрашивал меня, не беременна ли я… Так вот ты оказался прав, а я ошибалась.

— Итак, ты беременна, — произнес Эрнест.

Мейбл не решилась взглянуть на него, лишь кивнула и сказала:

— Но не волнуйся, Эрни. Если уж ради Эвы мы не можем быть друзьями, то и мой ребенок ничего не изменит. Ты намерен подать на развод, что ж, я не стану тебя отговаривать.

— Мейбл… — Эрнест шагнул к ней и резко развернул ее лицом к себе. — Ты правда хочешь ребенка… нашего ребенка и при этом согласна на развод?

— Ты ведь сам завел речь об этом…

— Нет, все не так! Мне вовсе не нужен развод, неужели ты ничего не понимаешь?

— А, — горько прошептала Мейбл, — предпочитаешь, чтобы я оставалась твоей женой, потому что ношу твоего ребенка.

Эрнест выпустил ее, лицо его превратилось в непроницаемую маску.

— Так вот какого ты обо мне мнения!

— А что я еще должна думать? Ты же сам говорил, что, если я забеременею, у меня возникнут проблемы.

— Вот именно — у тебя, а не у нас! — поправил ее Эрнест. — Мейбл, со дня нашей свадьбы ты обращаешься со мной, как с прокаженным. Я не был уверен, что ты захочешь ребенка от меня. И в результате все запуталось.

— Напротив, все очень просто. Ты решил, что ради благополучия Эвы должен срочно жениться, и я подвернулась под руку.

— Я не о том. — Эрнест запустил руки в волосы и потер шею. — Я говорю о тебе и обо мне! Впервые в жизни я встретил женщину, которая значит для меня все, — и устраиваю из наших отношений черт знает что!