Дайан Левинг - Не строй иллюзий

— Хорошо, — сказал он, уставившись в пол. — Очень хорошо…

— Не подскажешь, что же здесь хорошего?

— Я рад, что тебе обо всем рассказали. Мне и самому надоело жить в вечном страхе, что ты все узнаешь. Кстати, ту милую женщину, которая подошла к тебе в кафе, случайно зовут не Мари Соук? Это была она, не так ли?

Что-то в его глазах заставило Тришу кивнуть:

— Да, это она. Ты ее бросил, не так ли?

— Вчера вечером. Она меня достала, — с неожиданной жестокостью произнес он. — Вот стерва… — Он принялся мерить шагами маленький холл. Потом резко остановился и уставился на бледную и уставшую жену. — Давай поговорим спокойно. И прежде всего пройдем в гостиную. Там мы сядем, успокоимся и все обсудим.

Триша кивнула. Не потому, что готова была к разговору о любовницах Питера, просто ее не держали ноги. У нее страшно кружилась голова. Она боялась потерять сознание и упасть.

В гостиной они устроились друг против друга, Триша в кресле, а Питер на диване. Некоторое время Питер молчал, лишь смотрел на нее. Она отвела взгляд. Трише было так мерзко и гадко, словно ее окатили грязью с головы до ног.

— Во-первых, я хочу сказать, что очень люблю тебя, — наконец произнес Питер. — А во-вторых… Перестань смеяться! У тебя истерика, что ли?

Она действительно хохотала. Подонок! Любит он ее, как же! Держи карман шире. Да неужели он считает ее круглой дурой? Хотя у него есть все основания для этого. Питер успешно обманывал ее на протяжении многих лет, а она даже ничего не подозревала.

— Нет, это не истерика, — отсмеявшись, произнесла она. — Мне просто смешно слышать из твоих уст подобные признания.

— И все же… Я действительно люблю тебя. Мои измены… Они ничего не значат. Да, я спал со многими женщинами помимо тебя, но ведь жил я с тобой!

— Большое спасибо, — с сарказмом произнесла она и приложила руку к груди. — Я так тебе благодарна!

— Продолжай иронизировать, если тебе так хочется. Наверное, я это заслужил.

— Наверное?! Ты еще сомневаешься? Да если бы у меня были силы, я бы врезала тебе как следует!

— Что тебе мешает?

— Не хочется руки марать. Да и устала я.

— Может, от оскорблений перейдем к нормальному продуктивному разговору?

— Валяй, рассказывай. — Триша откинулась на спинку кресла и, почувствовав хоть какую-то опору, немного успокоилась.

— Я всегда был очень темпераментным, — начал Питер. — Ты это знаешь.

— Да, в колледже ты переспал почти со всеми более-менее симпатичными девушками. У тебя была репутация ловеласа. Меня многие предостерегали от ошибки, когда я начала встречаться с тобой. Однако ты так сильно запал мне в душу, что… Короче, я просто не обратила на это внимания. А потом ты стал вести себя как образцовый семьянин. Многие тогда говорили, что я смогла изменить тебя. Выходит, это не так?

Он покачал головой.

— Секс с другими женщинами ничего для меня не значит. Я хочу, чтобы ты это уяснила.

— Не могу, извини, — развела руками Триша. — Питер, я любила тебя все это время. Я жила ради тебя. Я тебе верила! У меня сейчас словно туман в голове. И это даже хорошо. Потому что, если бы я осознала полностью, что случилось, то сошла бы с ума!

— Триша, клянусь, я исправлюсь!

— Глупо обещать это, — усмехнулась она. — С чего бы тебе исправляться? Возле тебя всегда будет масса хорошеньких мордашек — это неизбежно. Ты ведь телезвезда!

Последнюю фразу она произнесла с горечью. Телезвезда… А кто помог ему подняться на ноги? Кто все это время поддерживал его? Кто выслушивал жалобы Питера, когда его отвергали на очередном кастинге? Только она. И он никогда не сказал ей ни слова благодарности.

— Триша, я обеспечил тебя всем необходимым. Я купил дом, автомобиль, у тебя есть деньги на то, чтобы сходить в салон или купить никому не нужную посудомоечную машину… Да неужели я даже расслабиться не могу? Тебе-то что от этого? Ах, задеты твои чувства! Ах, я тебя предал! Триша, это ты несешь бред!

— Вот как?! — Она задохнулась от ярости. — А я, по-твоему, просто прожигаю жизнь? Ты думаешь, мне так нравится сидеть целыми днями дома? Да я его уже ненавижу! Я бы с превеликим удовольствием начала бы работать! Не надо меня попрекать тем, что я якобы сижу на твоей шее. Ты просто неблагодарная свинья, Питер!

— Да на твоем месте могла бы быть любая другая! — заорал он. — Скажи спасибо, что я выбрал тебя, хотя было полно более достойных претенденток!

— Ну ты и… — У нее не нашлось слов. Она думала, что теперь ее уже ничем нельзя поразить, но Питер продолжал ее удивлять. Она находила в нем все больше и больше негативных качеств.

Неужели я совсем не знала этого человека? — думала Триша, глядя на его перекошенное от злобы лицо. Ведь я прожила с ним восемь лет! Где все это время были мои глаза? Говорят, что женщины всегда чувствуют, когда мужья им изменяют, но я не ощущала ничего! Я готова была оправдать любой его проступок. Задержался допоздна? Ах, бедненький, он так устает! Сердится и злится по пустякам? Ну, это из-за того, что у него неприятности на работе. Ходит по вечеринкам без меня? Да ведь я и вести-то себя в обществе толком не умею… Какая же я дура! Сама себе противна!

— А ведь я хотела от тебя детей, — с недоумением проговорила Триша. — Как же хорошо, что я до сих пор от тебя не забеременела!

Питер мгновенно перестроился. Он снова взглянул на нее большими грустными глазами и вдруг вскочил с дивана, упал перед женой на колени и принялся целовать ее руки.

— Триша, прости! Прости меня! Я малодушный, беспринципный подонок! Мне проще всю вину свалить на тебя, лишь бы не оказаться виновным самому! Мне так стыдно, милая! Забудь обо всем, что я тебе наговорил! Прости меня!

Она встала и быстро пошла к дверям, но Питер легко догнал ее. Он прижал ее к стене, так что Триша не могла пошевелиться. Тогда она, кое-как высвободив руку, ударила его по щеке. Но даже это не помогло ей. Питер не собирался ее отпускать.

— Триша, не уходи. Ты единственная женщина, с которой мне было по-настоящему хорошо.

— Оставь меня в покое!

— Я хочу, чтобы ты родила мне ребенка! Клянусь, милая! Не оставляй меня! Что со мной будет?

— Умрешь от голода! — зло произнесла она. — Потому что вряд ли сумеешь хотя бы вскипятить воду для чая!

Ей удалось вырваться, и она стремглав взбежала по лестнице и заперлась в своей комнате. Триша упала на кровать и наконец разрыдалась. Ее жизнь была разрушена, разбита вдребезги. Счастье оказалось лишь иллюзией.

— Я одна… совсем-совсем одна, — причитала Триша, заливаясь слезами. — Я думала, что в моей жизни есть любимый человек, на которого можно положиться. Я была уверена, что Питер любит меня! А он… Спал со мной и с другими женщинами. Сколько их было за эти восемь лет? И почему, ну почему я упорно не замечала того, что творится у меня под носом?!