Марго Верлен - Волшебный медальон

— Диван? — переспросил Бартоло и, судя по голосу, пришел в ужас. — Ты спала на диване? Это же неудобно. Я думал, ты будешь спать на кровати.

Джулия смутилась. Она считала, что спальня — это слишком интимное место, чтобы заходить туда без спроса.

— Я постеснялась зайти в твою спальню, — объяснила она.

— Но я же говорил тебе: чувствуй себя как дома.

— Все хорошо, Бартоло, — успокоила его Джулия. — Кстати, Альварес сыт. Только прячется где-то. А насчет дивана… мне было удобнее спать на нем. Правда. Если бы я спала на твоей кровати, я бы глаз не сомкнула.

Джулия смущенно замолчала, вдруг осознав, что ее фраза звучит двусмысленно. Она услышала, как Бартоло усмехнулся в трубку.

— Как Теодор? — постаралась она перевести разговор в другое русло.

— Он еще не проснулся, потому я пока с ним не разговаривал. Я не знаю, когда приеду. Прости, что так вышло. Я отнимаю у тебя законные выходные, но я очень благодарен тебе за поддержку.

— Прекрати, — улыбнулась Джулия. — Ничего ты у меня не отнимаешь.

— Если у тебя есть срочные дела дома, я куплю тебе билет…

— Нет, — перебила его Джулия. — Я остаюсь. Лучше скажи, когда ты вернешься.

— Пока не знаю. Если захочешь есть, закажи еду на дом. В ящике над микроволновой печью лежит меню ближайшего ресторана. Скажи, чтобы все расходы записали на счет Бартоло Соливьери.

— Спасибо, Бартоло. Я тебя жду.

— До свидания, Джулия. И, пожалуйста, чувствуй себя как дома.

Она отправилась в кухню, открыла холодильник и вытащила бутылку с апельсиновым соком и недоеденную вчера лазанью. Завтракать ей не хотелось, но она чувствовала, что должна поесть ради ребенка.

Джулия вспомнила, что дала себе обещание рассказать Бартоло о беременности сегодня. Она с силой сжала стакан с апельсиновым соком.

Сегодня точно.

Позавтракав лазаньей, Джулия вышла на улицу. Номеров местных служб такси она не знала, поэтому решила, что придется добираться до больницы на общественном транспорте.

Однако ей повезло: на остановке стояла машина такси. На ней Джулия добралась до больницы.

Там она решила разузнать в регистратуре, в какой палате находится Теодор Соливьери. Поскольку Бартоло не было видно, она предположила, что он сидит у палаты брата, дожидаясь, когда тот проснется.

— Кем вы приходитесь мистеру Соливьери? — строго спросила медсестра в регистратуре.

— Я… — замялась Джулия, но быстро нашлась: — Я — девушка его брата, Бартоло Соливьери. Мы приезжали ночью. Мистер Бартоло остался здесь, а я поехала домой. Видите ли, я беременна…

После этих слов выражение лица медсестры тут же изменилось. Она приветливо посмотрела на Джулию и участливо спросила:

— Как вы себя чувствуете?

— Превосходно.

— Пациент Теодор Соливьери находится в палате двести сорок шесть. Это на втором этаже. Лифты находятся прямо по коридору и направо. Если вам что-то понадобится, обратитесь к любому человеку из медперсонала.

— Благодарю.

Джулия прошла в указанном направлении к лифтам и поднялась на второй этаж. Палату двести сорок шесть Джулия отыскала без труда. Дверь была немного приоткрыта. Из палаты доносился голос Бартоло и еще один, незнакомый Джулии, но чем-то похожий на голос Бартоло. Несомненно, это был голос Теодора.

Джулия хотела постучать и войти, но решила не мешать встрече двух братьев. Однако, оставшись за дверью, она поставила себя в неловкое положение, потому что слышала каждое слово их разговора.

Сначала Джулия думала отойти подальше от полуоткрытой двери, но до нее донеслась фраза, сказанная Теодором:

— А как же эта девушка? Я думал, между вами возникло чувство.

— Не говори глупостей, — ответил Бартоло. — Какое между нами может быть чувство? К тому же мы почти незнакомы. Она, конечно, симпатичная, я не спорю, но я с самого начала не планировал ничего серьезного.

Сердце Джулии на секунду перестало биться.

— Пойми, — продолжал Бартоло, — я люблю только одну девушку. Я все время думаю о ней. И мне никто, кроме нее, не нужен.

— Ясно, — ответил Теодор. — Я считаю, что ты свободный человек и вправе встречаться с кем захочешь. Значит, короткое знакомство тебя не удовлетворило?

— Почему же? — удивился Бартоло. — Вполне удовлетворило. Я выяснил, что у нас нет ничего общего, и намерен остаться со своей нынешней девушкой…

Джулия стояла за дверью и зажимала себе рот, сдерживая рыдания. По ее щекам ручьями текли слезы, коридор перед глазами начал расплываться.

— Мисс, с вами все в порядке? — обеспокоено спросила проходившая мимо медсестра.

Джулия взяла себя в руки и немного успокоилась.

— Благодарю вас, — ответила она. — Со мной все в порядке. Пожалуйста, скажите, где у вас туалет.

— Пойдемте, я вас провожу, — предложила медсестра. Она все еще выглядела обеспокоенной.

В туалете Джулия дала волю слезам. Она не хотела сдерживать эту боль. Пусть лучше весь яд выходит наружу. Осколки ее разбитых надежд не должны ранить ребенка.

Она-то считала, что все хорошо складывается, что Бартоло влюблен в нее так же, как она в него. Подумать только, в глубине души она уже начала надеяться на совместное будущее с ним! Лишь сейчас Джулия осознала, что, приехав в квартиру Бартоло, она начала представлять, как они будут жить вместе и воспитывать ребенка.

Где-то в глубине души она уже нафантазировала себе счастливую семейную жизнь: Бартоло в красивом деловом костюме возвращается с работы, она встречает его у двери, а на кухне ждет приготовленный ужин. Их ребенок спит в кроватке в детской. А вот он уже подрос, и они всей семьей собрались за общим столом, чтобы позавтракать. Она суетится, накрывая на стол, Бартоло читает утреннюю газету, их сын — почему-то Джулия представляла себе именно сына — в спешке доделывает уроки. Идиллическая картина и мечта любой девушки.

Какая же она глупая! Неужели любовь совсем ослепила ее, и она не заметила, что является для Бартоло всего лишь запасным вариантом?

«Я выяснил, что у нас нет ничего общего, и намерен остаться со своей нынешней девушкой…» — вспомнились Джулии слова Бартоло.

Значит, она пришлась Бартоло не по вкусу. Что ж, ее ребенку тоже не нужен такой отец. Однако Бартоло должен знать, что та ночь в Риме не прошла бесследно.

Джулия вытерла слезы и направилась обратно к палате. Как раз когда она к ней подходила, оттуда вышел Бартоло.

— Джулия? — удивился он. — Здравствуй. Почему ты не предупредила, что приедешь?

— Я рада, что не сделала этого, — холодно ответила Джулия.

— Я бы вызвал тебе такси…