Уинифред Леннокс - Гони из сердца месть

Но у Гая вошло в привычку — если с губ жены срывались какие-то предложения, над которыми надо задуматься и отвлечься от привычного ритма жизни, — «снимать с любимых губ поцелуем разный мусор».

Если Рамона злилась и говорила ему: «Если ты не хочешь сам, то давай я…» — Гай просто уводил ее в спальню.

— У тебя хорошо работает интуиция, — не раз хвалил Фрэнк внучку. — Мужчинам всегда хочется чему-то удивиться. Иначе они не портили бы напитки, сочиняя разные коктейли. Ну может ли быть гадость ужаснее, чем новомодный коктейль «тореадор»?

— А что это такое, Фрэнк?

— Пойдем, я отведу тебя в наш местный ресторан, сама попробуешь, — предложил он, когда Гай, поджаренный на солнце, лежал под холодным ветерком кондиционера и отказывался сделать даже шаг из комнаты. — По-моему, его придумал какой-то извращенец. Две порции текилы, треть от этого объема какао-ликера и чайная ложка сливок! — Неожиданно Фрэнк схватил себя за длинный нос и пропищал: — Перелить в бокалы для коктейлей, положить сверху взбитые сливки и посыпать порошком какао! — Он перестал мучить свой нос и уже обычным низким, с легкой хрипотцой голосом, сказал: — По-моему, чистая отрава!

— Тогда не пойдем в ресторан. — Рамона сморщилась.

— Ладно, если ты не хочешь, не ходи, а мне все равно придется. У меня деловая встреча…

— С моей новой бабушкой?

— Фу, зачем обижать молодую женщину? Твоя настоящая бабушка смотрела бы на меня с небес с презрением, если бы я выбрал в подруги древнюю старуху. Ты себе вон какого красавца нашла!

— Но он не похож на мачо.

— Внешне — нет, — согласился Фрэнк. — Но держит тебя при себе, как настоящий мачо.

Тогда Рамона пропустила мимо ушей замечание Фрэнка. Но позже оно не раз всплывало в памяти…

Рамона смотрела вперед, на горизонте уже виднелась деревня.

— Рик, мы, похоже, приехали.

Глава пятнадцатая

Ночь летучих мышей

Рамона затормозила возле местной гостиницы, которую едва узнала.

— Ты посмотри-ка, белая, как лебедь в лондонском Гайд-парке! — изумился Рик. — Ей-богу, я видел таких только там, на озере Серпентайн. Да-а, наверняка у местных дельцов дела идут прекрасно.

— Ты прав… — задумчиво протянула Рамона. — Насколько я знаю, плантации агавы здесь очень небольшие и развернуться особенно не на чем.

Рик хмыкнул.

— Давай-ка зарулим в ресторан, как ты обещала.

— Согласна.

Рамона неуверенно оглянулась. Сонной походкой к ним приближался мужчина в соломенной шляпе.

— Мистер, не скажете ли вы…

— Скажу, — пообещал он и протянул руку.

Жест невозможно было не понять, и Рамона полезла в кошелек. Но Рик опередил ее и сунул мужчине доллар.

— Чего надо?

— Существует ли старый ресторанчик Фрэнка?

— Нет, мэм. Его внук отгрохал вот этот. — Мужчина указал на белое здание. — Его самого сейчас в деревне нет. Укатил в Европу.

— Спасибо, мистер. — Рамона пожала плечами. — Придется пойти туда.

Мужчина скрутил долларовую бумажку в трубочку, приставил к глазу и навел на нее.

— Когда будете пить мескаль, не думайте, что он настоящий, как при Фрэнке. — И текила дрянь. Ха-ха-ха… — И исчез за углом дома.

Две собаки, пыльные и оттого грязно-белые, выкатились на проезжую часть улицы, хватая друг друга за загривки. Они валялись в пыли, вздымая ее, Рамона помахала рукой перед глазами и сморщилась.

— Пойдем скорее.

Они вошли в ресторан.

— Ну и как? — спросила Рамона, попробовав напиток из стакана.

— Я не понял, — отозвался Рик, подставляя стакан.

Рамона понимала, что нервное напряжение, в котором пребывал Рик, не позволяло ему расслабиться. Он опасается меня, и это хорошо, решила Рамона. Она налила ему щедрую порцию мескаля.

— Только не надо червей! — морщась, предупредил он. — Я боюсь.

— Как хочешь.

Рамона засмеялась. Сама она чувствовала, как напряжение проходит, потому что Рамона знала — Рик, даже если очень на нее злится, не подаст виду, пока они не закончат этот рейс.

Рик крутил головой и бормотал:

— Не знаю, какая это выпивка — настоящая или поддельная, но здорово забирает.

— Ничего, пей, я тебя довезу куда надо в лучшем виде.

— Ты не пристрелишь меня по дороге? Не бросишь на съедение летучим мышам?

— Ты же их не боишься, сам говорил…

Рамона смеялась, а в голове у нее зрели догадки, одна опаснее другой. Кажется, она достаточно полно представляла картину происходящего. Но не того, что происходило сейчас, в этой поездке, и даже не за этим столиком. А с ней самой в последнее время.

Сама от себя не ожидая, она заказала коктейль «тореадор», пила его, и этот странный напиток возбуждал странные мысли, а потом толкнул на не менее странный поступок. А как еще назвать то, что она сейчас делала? Она сидела напротив совершенно пьяного Рика и рассказывала ему:

— Я не могла пролезть никуда, из-за мужчин. Я никем не стала. Я отупела. Я стала слабой. — Она чувствовала, как горячие слезы катятся по щекам. — Я стала просто женщиной. А однажды мне надоело быть просто женщиной. Мне все осточертело, и я была готова умереть.

— Ага… Умереть, — вдруг ухватился за это слово Рик. — А пристрелить собралась меня! — Он попытался погрозить ей пальцем, но рука не слушалась.

— Я больше не хотела спать с мужем.

— Нашла бы другого. Меня, например. — Рик громко икнул.

Рамона размахнулась и ударила его щеке.

— Больно, — сказал он и положил голову на руки.

— В моей жизни был и есть только один мужчина. Мой муж. Ясно? — Рамона почувствовала жар во всем теле, такой же, какой охватывал ее от близости с Гаем.

Внезапно все вокруг переменилось. Рамоне показалось, что она снова стала девочкой, которая только-только входит в пору трепетной юности и пребывает в ожидании любви.

— Я, кажется, поняла, — прошептала она. — Я точно поняла. — Рамона уставилась в крышку стола, не обращая внимания на Рика, который уже уткнулся лицом в руки и спал на столе. — Я знаю, что мне делать.

— Рик, Рик, проснись, — теребила его Рамона. — Да проснись же, черт тебя побери! Сколько бутылок было в контейнере?

— А?

— Где твои бумаги?

— Там… карман… осмотри. Оставь меня в покое… — Он отключился.

Хозяин помог Рамоне дотащить Рика до номера на втором этаже и положить на кровать. Она сняла с него ботинки, отворачивая нос — аромат не в ее вкусе. От Гая всегда пахло свежестью. Впрочем, ей никогда не приходилось снимать с него ботинки.

Рамона нашла бумаги в кармане куртки Рика, она вчитывалась в них, призывая на помощь всю свою интуицию, желая понять, что же на самом деле кроется за невинными строчками и цифрами компьютерной распечатки. Рамона всматривалась в образцы этикеток — в бумагах Рика было два варианта. Стало быть, она везла в своей машине две партии бутылок текилы. Теперь понятно — Рику было предписано остановить грузовик там, где он это и сделал. На его карте Рамона нашла пункт на дороге, отмеченный красным кружком.