Дейзи Томпсон - Скажи мне «люблю»

Значит, в машине находилась не Шина. Джонни, вероятно, просто кого-то подвозил, решила я, и эта мысль подействовала на меня успокаивающе.

Я выехала из гаража в переулок, повернула на восток, но не успела проехать и сотню ярдов по неровной дороге, как сразу поняла — отец прав, мне действительно не стоило садиться за руль.

Моя щиколотка заныла так сильно, что ехать дальше не представлялось возможным.

Я сбавила скорость и хотела свернуть в узкий переулок, но тут острая боль пронзила ногу, и я не сумела выполнить поворот. Машину стало заносить, а затем она остановилась, почти полностью перегородив дорогу.

Я уткнулась головой в руль и заплакала от бессилия. Вдруг с другой стороны переулка ко мне направился незнакомец. Он подошел к автомобилю и вежливо поинтересовался, не нужна ли мне его помощь.

Я объяснила, что случилось с моей щиколоткой, и мужчина предложил отвезти меня обратно в гараж. Ничего другого мне не оставалось, и я уступила ему место водителя, а сама села рядом. Незнакомец начал разворачиваться и после маневров, довольно сложных даже для человека с обеими здоровыми ногами, наконец выправил машину в нужное положение.

Он доставил меня в гараж и помог выбраться из автомобиля. Я поблагодарила его.

— Даже не знаю, что бы я делала, если б не вы, — сказала я. — Мне очень повезло, что вы оказались в нужном месте в нужное время!

К моему удивлению, мужчина вдруг вспыхнул и смутился.

— Рад был вам помочь, мисс Ватсон, — заикаясь, проговорил он и заторопился к выходу.

Потом я заперла ворота гаража на замок.

Я никогда в жизни не видела этого человека, тем не менее он назвал меня по имени.

Возможно, он видел меня на фотографиях в газетах? Вот почему он меня знает. И, наверное, поэтому так смутился.

Но все эти доводы выглядели как-то неубедительно. Я прикусила губу и задумалась. Прежде всего, почему этот человек находился в переулке? Там вообще очень редко проезжали машины: дорога вела в тупик.

Вдруг меня осенило, и я решила проверить свою догадку. Открыв дверь гаража всего на несколько сантиметров, я осторожно выглянула в образовавшуюся щель.

Высокий незнакомец по-прежнему стоял на противоположной стороне переулка, там, где грунтовая дорога выходит на главное шоссе. Выглянув еще раз через двадцать минут, я снова увидела его.

Похоже, инспектор Рейд не просто так интересуется моими действиями — куда я хожу, с кем встречаюсь, чем занимаюсь. Есть причина для такого интереса.

Инспектор считает, что я виновна в смерти Эвана. И пока не найдет доказательств обратного, будет вести за мной наблюдение, чтобы в один прекрасный день я не сбежала. Да он в любую минуту может появиться у нашей двери с ордером на мой арест!

Я вернулась в гостиную и, к своему изумлению, обнаружила там тетю Эмми, опять развлекающую Майка Хендерсона.

— Я думала, ты уехал в Глазго! — воскликнула я. — Так мне сказали в гостинице, когда я туда позвонила.

— Ты мне звонила! — воскликнул Майк. — Что случилось?

— Хотела кое о чем тебя спросить, — уклончиво ответила я, не желая при тете Эмми обсуждать серьезность моего положения. Я боялась, что подобные новости снова повергнут ее в шок.

— Что-нибудь личное? — Казалось, нервы Майка напряжены до предела — он так сильно сжал кулаки, что у него побелели суставы пальцев.

Интересно, он догадывается о том, что я собираюсь ему сказать? Впрочем, ничего удивительного, если Майк уже понял это. Ведь он видел полицейскую машину у ворот нашего дома, а инспектор Рейд вряд ли появился бы тут, если б у него не было никаких свежих новостей по делу.

— Да, — кивнула я.

— В таком случае, если твоя тетя не возражает, давай пойдем куда-нибудь, где сможем спокойно поговорить, — предложил он.

Я была искренне удивлена дружескому участию и готовности помочь, которые Майк демонстрировал со дня смерти Эвана. До этого Хендерсон держался со мной неизменно вежливо, но несколько официально, словно понимал, что не слишком интересовал меня.

— Моя машина у ворот. Предлагаю проехаться вдоль берега, — продолжал Майк.

— Ты себя хорошо чувствуешь, тетя Эмми? — поинтересовалась я. — Ты сможешь отвечать на телефонные звонки?

— Разумеется! — бодро ответила она. — Отдых пошел мне на пользу, я снова в отличной форме! А теперь идите. Когда вернетесь, вас будет ждать что-нибудь вкусненькое!

Я нежно обняла ее за плечи и пошла по дорожке за Майком к его машине.

Мы проехали по улицам Инсфери, а затем свернули к дороге, ведущей к побережью. Майк гнал «ягуар» с такой скоростью, что в одном месте, где шоссе не было огорожено, его автомобиль чуть не задел овцу, мирно пощипывающую траву.

Я стала нервничать еще больше и попросила его ехать немного помедленнее.

— Я не любитель гонок! — Я попыталась придать своему голосу беззаботность. — Советую приберечь свое мастерство для любительниц быстрой езды!

— У меня нет других девушек, кроме тебя, не важно, более быстрых или менее! — возразил Майк.

Я не поверила ему, но решила промолчать.

Сейчас мы ехали по той же самой дороге, что и с Джонни, но все почему-то выглядело совершенно иначе.

Ночью прошел сильный дождь, и трава была примятой. Дул пронзительный, холодный ветер, а море, еще недавно такое спокойное и ласковое, до самого горизонта вздыбилось от больших, тяжелых волн, увенчанных белыми гребнями. Приблизившись к берегу, эти буруны, словно в бессильной ярости, набрасывались на скалы и, забрызгав их пеной, шипя, отступали обратно.

Майк продолжал гнать машину все дальше и дальше.

— Майк! — запротестовала я. — Мы ведь поехали не для того, чтобы участвовать в гонках. Мне необходимо поговорить с тобой.

— Я тоже хотел бы сказать тебе кое-что! — откликнулся он и свернул с шоссе на грунтовую дорогу.

Хендерсон остановил машину, выключил мотор, повернулся на своем сиденье и прямо посмотрел мне в лицо.

— Послушай, Майк, — начала я, но он схватил мою руку и, глядя мне в глаза, заговорил сам.

— Нет, Дина! Прежде чем ты что-либо скажешь мне, я хочу задать тебе один вопрос. — Он с силой сжал мои пальцы. — Дина, ты выйдешь за меня замуж?

Я так удивилась столь неожиданному предложению, что открыла рот.

— Не смотри так на меня, Дина! — Он выпустил мою руку и поискал в кармане сигареты. — Ты ведь наверняка догадалась, что я к тебе чувствовал.

— Майк! Я никогда даже и… Я… Я… — Я облизнула губы, ища подходящие слова. — Я знаю, ты хороший друг. В эти ужасные дни ты поддержал меня. Но я всегда думала о тебе только как о друге Эвана.

Он прикурил сигарету дрожащими руками.