Бекки Баркер - Вновь в его объятиях

— Слушаюсь, мадам! — щелкнул каблуками Рэнд и поднес ладонь к виску.

Тори расхохоталась и ответила хрестоматийной фразой:

— К пустой голове руку не прикладывают!

Отсмеявшись, Рэнд выскочил в коридор, но через несколько секунд послышался его голос:

— Нет, ты только посмотри! Он даром времени не теряет!

Приоткрыв дверь, Тори поинтересовалась:

— Ты о ком?

— Вестимо, о Керте. Он не нуждается ни в каких приглашениях и уже успел разогреть жаркое. Каков гусь!

— Не знаю, как насчет гуся, но вот баранье жаркое у Бет получилось отменное! — донесся из кухни голос Керта Хэйдена. — А где Тори?

— Сейчас приведет себя в порядок и появится. — Слова Рэнда звучали по-домашнему уютно.

Несколько минут спустя, когда Тори вышла в коридор и направилась в кухню, она нашла Рэнда, стоящего в дверях вместе с Кертом. Лица обоих выражали сильную тревогу.

— Что случилось? — спросила Тори, подойдя к ним.

Вопрос относился к Рэнду, но ответил на него Керт:

— Пока еще ничего, но дело попахивает сильным ураганом, и нет никакой уверенности в том, что он не наделает здесь бед. Может даже сорвать крышу дома.

— Я закрыл на втором этаже и чердаке все окна, двери и форточки.

— Надеюсь, этого будет достаточно. А окна в гостиной распахнуты настежь. Надо бы их закрыть, и поплотнее.

— Я мигом! — отозвалась Тори и бросилась в комнату.

Когда она вернулась на кухню, мужчины с аппетитом уплетали жаркое, но на их лицах сохранялась озабоченность.

— Еще что-нибудь не так?

— Керт боится за Бет. Она недавно живет в этих местах и не знает здешних капризов природы. Ее домашние наверняка не приняли никаких мер предосторожности. Так что, дай Бог, чтобы Бет успела вовремя добежать до дома!

— А у нас все в порядке?

— Не совсем. Мы заперли сараи и загнали скотину в кирпичный коровник. Но лошади бродят по пастбищам, а ворота конюшен открыты.

— Керт прав! Нам всем троим придется бежать туда, не то быть беде!

— Я только надену сапоги и свитер.

— Захвати куртку: с каждой минутой становится холоднее.

Тори бросилась к себе в комнату. Она прожила в Оклахоме достаточно, чтобы узнать, что температура с приближением бури падает сразу чуть ли не на двадцать градусов. Поэтому натянула на себя толстый шерстяной свитер и плотные синие джинсы и накинула на плечи кожаную куртку.

Через несколько минут Тори уже стояла в дверях кухни.

— Какова наша задача? — спросила она Рэнда подчеркнуто деловым тоном.

— Загнать лошадей в конюшни и запереть ворота.

— А что делать мне?

— Засыпать животным корм и приготовить питье. Это успокоит лошадей, когда мы их пригоним и запрем в конюшнях.

— Хорошо. Идем?

— Идем!

Все трое вышли во двор. Не успели они сделать и десятка шагов, как яростный порыв ветра швырнул Тори на землю. Рэнд сам едва устоял на ногах, но все же справился с ураганом и помог жене подняться. Керт же остался неколебимым, как скала. Казалось, буря ему нипочем. Крепко взяв Тори под руку, он с тревогой спросил:

— Вы не ушиблись?

— Нет. Я обычно твердо стою на ногах. Просто чертов ветер застал меня врасплох.

— Ураган порой ведет себя куда более обдуманно и целенаправленно, чем мы о нем думаем, — отозвался Рэнд. — Может быть, тебе все же вернуться домой?

— Рэнд! Давай не будем терять времени! И ради Бога, не беспокойся: со мной все в порядке!

— Ты в этом уверена?

— На все сто процентов! Как и в том, что мы тратим драгоценные секунды на совершенно ненужные разговоры.

Уперев руки в бока, она с вызовом посмотрела на мужа. Тот несколько стушевался и примирительно произнес:

— Ну ладно, ладно… Не сердись. То, что тебе предстоит сделать, — непросто. На ранчо две конюшни, расположенные примерно в пятидесяти метрах друг от друга. Когда ты закончишь работу в одной, тебе придется перейти в другую, а при ураганном ветре это опасно. Тебя опять может сбить с ног и здорово ударить о землю.

— Если нужно, я буду перебираться ползком.

Рэнд нахмурился, но тут на помощь пришел Керт:

— Давайте поступим так: я натяну толстую веревку между конюшнями, и Тори будет держаться за нее. Так передвигаются по палубам матросы во время шторма.

Рэнд немного подумал и согласился:

— Неплохая идея! Сначала мы пригоним часть лошадей в первую конюшню. Пока ты будешь их кормить и поить, заполним и вторую. Ты перейдешь туда. Закончив все, подождешь нас. Нам надо еще кое-что сделать. Потом мы заберем тебя и отвезем домой.

Тори с сомнением посмотрела сначала на Рэнда, потом на Керта.

— А как вы собираетесь загонять лошадей в конюшни при таком урагане? Вам бы самим на ногах удержаться!

— Попробуем. К тому же их может привлечь запах зерна. Тогда они сами побегут в конюшни.

К ним подошел молодой человек в джинсовом комбинезоне. Тори сразу же узнала его:

— А, Джерри! Рада тебя видеть!

— Миссис Тори! Вы наконец приехали! Вот здорово!

Тори чуть покраснела. Всякие разговоры на эту тему ставили ее в тупик. Чтобы избежать нежелательных вопросов, она обернулась к Рэнду и Керту.

— Ну, наверное, пора?

— Пора! — согласился Керт.

Джип Рэнда за несколько минут довез их до места. Тори спрыгнула с подножки машины и, низко пригнувшись, пробежала несколько метров, остававшихся до ворот конюшни. Поставив машину за углом сарая, мужчины бросились в поле — искать и сгонять в табун разбежавшихся лошадей. Делать это на машине было невозможно.

Тори вошла в конюшню, и в ту же секунду на землю обрушились потоки воды. Она наполнила каждую поилку, а затем, взяв большое оцинкованное ведро, засыпала в ясли овес из стоявших в углу мешков. На все это ушло около получаса. Больше в конюшне делать было нечего. Она села на широкую скамейку около открытых ворот и стала ждать, когда пригонят лошадей.

Прошло еще минут двадцать, и сквозь вой ветра и шум дождя со стороны поля донесся нарастающий топот и громкое ржание. Выглянув наружу, Тори увидела приближающуюся к конюшне темную массу: это был табун. Отойдя за створку ворот, она пропустила лошадей. Они ворвались внутрь и, испуганно храпя, сбились в кучу посреди конюшни. Подождав, пока они немного успокоятся, Тори осторожно подошла к жавшимся друг к другу животным и принялась с ними разговаривать.

Лошади поначалу насторожились, услышав непривычный для них женский голос, но ласковые интонации постепенно сделали свое дело. Животные перестали дрожать. Затем самая крайняя кобыла вытянула шею и стала обнюхивать незнакомку. Погладив доверчивое животное по бархатным губам, Тори взяла из ближайших яслей пригоршню овса и поднесла к ее ноздрям. Лошадь жадно втянула в себя воздух и, высунув огромный язык, слизнула овес. Тори отошла на несколько шагов, повторяя: