Хелин Вэлли - Мой единственный

— Не забудь про твою любовь к лошадям, — заметила Баби.

Беатрис рассмеялась, потом сказала:

— Я всегда считала тебя, Мари, самой необычной девушкой в мире. Но не следует забывать, что мы — француженки, поэтому в нас заложена интуитивная тяга ко всему изысканному и прекрасному. Тебе, Мари, стоит лишь прислушаться к себе, и очень быстро ты научишься организовывать самые шикарные ужины и носить самые изысканные одежды.

— Хотелось бы верить, — со вздохом произнесла Мари. — Итак, с чего мы начнем?

— Мне нужно знать, сколько гостей ты ожидаешь.

— Четырех. К Фернану приедут два партнера по бизнесу из Германии. Они будут с женами, так что это еще и развлекательная поездка, а не только деловая.

— Итак, с вами шестеро. На сколько человек рассчитан ваш стол, Баби? Я что-то не помню.

— На двенадцать, — ответила экономка и поднялась, чтобы принести легкий обед, состоящий из запеченной форели, овощного салата и молодого вина урожая этого года.

— Что ж, тогда вы замечательно помещаетесь в столовой. Даже можно пригласить еще кого-нибудь из знакомых, чтобы вечер прошел оживленнее. Фернан ничего не говорил по этому поводу?

— Нет.

— Неужели? — На лице Беатрис отразилось некоторое удивление. — А как насчет меню и украшения стола? Он предпочитает классический стиль? Или, может, мы добавим местного колорита?

— Мне кажется, стоит остановиться на чем-то традиционном. — Мари, как могла, постаралась скрыть от Беатрис свое замешательство. Она действительно не знала всех предпочтений мужчины, который почти месяц назад стал ее мужем, правда, лишь номинально.

С тех пор как они поселились в «Солнечной долине», Мари каждую ночь проводила одна. Баби считала, что так происходит из-за плохого самочувствия девушки, но все равно начала как-то подозрительно поглядывать на нее. А сама Мари была слишком застенчива, чтобы поговорить с Фернаном на эту тему. Она лишь ощущала, как растут ее обида и непонимание, но не могла повлиять на странное развитие их супружеской жизни…

— Что ж, это всегда самый выигрышный вариант, — донеслись до нее слова Беатрис. — Но что делать с пустующими местами?

В гостиную вошла Баби, толкая перед собой тележку, на которой стояли тарелки, вилки, ножи и бокалы.

— Я слышала, о чем вы говорите, — сказала она, расставляя блюда на столе, стоящем рядом с диваном. — И думаю, что следует пригласить мэра Тура с супругой.

— Зачем? — удивленно спросила Мари. — Разве они знакомы с Фернаном?

— Конечно. Очень странно, что ты этого не знаешь. К тому же жена месье Водревиля, кажется, родом из Германии. Если так, то у гостей будут общие темы для разговора.

— О Боже! — ужаснулась девушка. — Мне ведь еще надо как-то развлекать их! Помню, Люсия, чуть только беседа затихала, искусно начинала новую тему. Она говорила, что это одна из основных забот хозяйки дома.

— Не бойся, — сказала Беатрис. — В конце концов, рядом будет Фернан. — Она зацепила вилкой кусочек форели и отправила его в рот. В другой руке она держала бокал вина. Каждый ее жест был исполнен изящества.

Мари совсем расстроилась. Любой сторонний наблюдатель решил бы, что не она является представительницей старинного рода и наследницей поместья, а Беатрис, которая несколько лет назад помогала Баби в кухне!

— Просто постарайся не говорить много о лошадях, ценах на виноград и проделках ребят, — вступила в разговор экономка.

Мари обернулась к ней. Поразительно! Баби тоже знает, как вести себя на званом ужине, а я, дочь Анри Девуалье, нет! Впервые девушка так остро почувствовала пробелы в своем воспитании.

— Побольше расспрашивай гостей об их повседневной жизни, — добавила Беатрис. — Семья, дети, путешествия, еда, привычки — все это отличные темы для разговора. К тому же так ты дашь им понять, что они тебе интересны.

— Спасибо за совет, — ответила Мари. — Но, право, мне очень неловко. Я даже представить не могла, насколько мало понимаю в подобных вещах.

Беатрис улыбнулась.

— Ничего страшного. У каждой из нас был свой первый раз. И не только в организации ужинов. Не правда ли? — Она со значением посмотрела на Мари. Та покраснела и смешалась. — Ну ладно, давайте-ка поговорим об украшении стола, — продолжила она. — Думаю, не стоит чересчур загромождать его.

— У нас есть замечательный сервиз с райскими птицами и старинная льняная скатерть с салфетками, — вступила Баби.

— Чудесно! — воскликнула Беатрис. — Добавим к этому сверкающие хрустальные бокалы, несколько подсвечников — я помню, у вас где-то были антикварные, — и, конечно, цветы.

— Яркие, осенние, — загорелась Мари. Мелкие астры, желтые и красные розы, герань… Из них можно составить букеты, которые оживят белизну скатерти.

— Отлично, Мари! — в один голос воскликнули Баби и Беатрис, а затем экономка добавила: — Я всегда знала, что у тебя отличный вкус, девочка моя.

— Помню, Люсия никогда не сажала мужа и жену рядом, — ободренная комплиментами, продолжила девушка. — Она говорила, что так ужин будет смахивать на домашние посиделки. Если их усадить порознь, у супругов появится возможность отвлечься друг от друга и пообщаться с кем-то еще.

— Давай так и сделаем, — согласилась Беатрис. — И не забудь послать всем приглашения.

— Конечно. Еще мне надо поговорить с Фернаном насчет мэра с супругой. И придумать, во что одеться, — добавила Мари, бросив взгляд на ногу в гипсе.

— Надеюсь, у тебя будет время съездить на этой неделе в Тур, — сказала Беатрис, — чтобы присмотреть себе что-нибудь элегантное.

— Во-первых, я не люблю ходить по магазинам, — заметила Мари. — А во-вторых, в этом нет необходимости. Фернан накупил мне столько вещей, что и за десять лет не сносить.

— Может быть, Мари Девуалье и не сносить, — веско произнесла Баби, поднимаясь и убирая со стола грязные тарелки, — но мадам д'Убервиль просто обязана следить за модой.

— Баби права, — подтвердила Беатрис.

И хотя девушке претила мысль отказаться от какой-то части себя и стать другой ради мужа, она вынуждена была согласиться с экономкой и подругой.

— Учти, деньги, потраченные на наряды, никогда не пропадают впустую, — заметила Беатрис. — Окружающие сразу начинают относиться к тебе по-другому, стоит только сменить джинсы на классическую юбку и туфли на каблуках.

Мари в который раз с изумлением посмотрела на бывшую помощницу Баби в кухне. Вместо испуганной девушки, которую она защищала с ружьем в руках, перед ней сидела уверенная в себе молодая женщина. Вот как меняют людей любовь и счастливое замужество, с печалью подумала она.