Дениза Алистер - Чего хотят мужчины

— Вот это — честное признание соблазнителя!

Реджина, пока Дезмонд нес ее, уткнулась носом ему в шею и нежно покусывала мочку уха, обдавая жарким дыханием. Эта эротическая ласка отозвалась мощным позывом в его паху. Она не только изгнала душевную боль, но и заполнила пустоту в его сердце.

Он положил ее на одеяло и лег рядом. Полы ее халата распахнулись, и Дезмонд увидел, что под ним ничего нет — только манящее женское тело.

— Тебе не кажется, что на тебе слишком много одежды? — спросила она.

Дезмонд привстал и начал снимать с себя одежду, бросая ее на пол. Реджина наблюдала за его движениями, лежа на кровати в распахнутом халате, и чувствовала, как нарастает ее желание. Он снова лег рядом с ней, и теперь ничто не мешало соприкосновению их жаждущих обнаженных тел.

— А у меня для тебя есть сюрприз. — Ее легкий смех еще больше разжигал в нем страсть.

— Я люблю сюрпризы.

— Тогда закрой глаза.

Подчинившись, он лег на спину и услышал, как она выдвинула ящик тумбочки и что-то достала оттуда.

— Не подглядывай!

Для убедительности он закрыл глаза согнутой в локте рукой.

— Ты готов? — спросила она своим хрипловатым голосом.

— Разве ты не видишь?

В следующий момент он чуть не вскочил с кровати, почувствовав легкое щекочущее прикосновение к бедру.

— Что это?

— Догадайся, — сказала она, проводя чем-то удивительно мягким и едва ощутимым вверх по бедру.

— Перышко?

— Не угадал!

Теперь эта сладостная пытка переместилась на низ живота. Не в силах больше терпеть эту муку Дезмонд открыл глаза и увидел в руках Реджины шиньон, тот самый хвост, при виде которого у него разыгрывалась фантазия.

— Я вспомнила, как тебе нравились мои длинные волосы, и решила, что тебе будет приятно, если сбудется заветная мечта многих мужчин.

— Что ты имеешь в виду?

— Чтобы у женщины были длинные волосы, в которые можно было бы уткнуться лицом, запустить руки и вообще нежиться… — Глаза Реджины выражали саму невинность при всей эротичности обстановки. — Скажи, чего ты сейчас хочешь?

Дезмонд вспомнил, что однажды, при их первой близости, задавал ей такой же вопрос, и теперь был благодарен за то, что она тоже спросила об этом.

— Я хочу всю тебя.

Некоторое время спустя, приняв вместе душ, они удобно устроились в кровати и пили ликер «Бейлиз» со сладкими орешками. Негромко играла мелодичная музыка. Спальня была освещена неярким светом ночников. Реджина положила голову на плечо Дезмонда, и им овладело чувство умиротворения, которое всегда от него ускользало.

— Я вот думаю… — сказала она.

— Я знаю. Мне слышно, как поскрипывают шестеренки.

Она засмеялась.

— Нет, я серьезно. Ты говорил, что Джеймс не поручил тебе руководить газетой в чрезвычайной ситуации, и это задело тебя.

Заведенный Реджиной разговор вернул Дезмонда к реальности, напомнив ему, при каких обстоятельствах и почему он пришел к ней в этот вечер.

— И что же?

— Мне кажется, что ты напрасно принимаешь все это так близко к сердцу. Ты же не знаешь, почему он принял такое решение. А поговорить с ним ты не имел возможности. Его состояние не позволяло сделать это. До тех пор, пока ты не поговоришь с Джеймсом, ты не успокоишься. И еще. Тебе, наверное, стоило бы все спокойно обсудить с Эстер, а не ссориться с ней. Я заметила, что ты реагируешь на нее, как бык на красную тряпку.

Дезмонд нервно засмеялся, хотя разговор шел о серьезных и важных для него делах.

— Ты, безусловно, права. Но я уже пытался отрегулировать некоторые вопросы с Эстер, и все напрасно: она поступает по-своему. И сегодня я пошел туда, чтобы уладить… — Он тряхнул головой. — Только это было не вовремя.

Реджина сделала глоток ликера и взяла горстку орешков.

— У тебя такой большой опыт. — Она встала на сторону Дезмонда, не зная его планов. — Я уверена, что Джеймс выслушает тебя, как только ему станет лучше.

— Врач считает, что он не скоро сможет приступить к работе, — сказал он.

— Но он, вероятно, сможет взять в свои руки бразды правления или, по крайней мере, контролировать ситуацию. На худой конец, ты сможешь поговорить с ним. — Она поцеловала Дезмонда сладкими губами. — Тебе станет лучше, как только ты облегчишь душу. Будь верен себе, Дезмонд.

Дезмонд сжал челюсти. Верность… Больше всего его удручало то, что он был не в состоянии что-либо гарантировать.

Реджина решила на Рождество пригласить гостей. Ей не хотелось, чтобы Дезмонд чувствовал себя стесненным в ее семье, поэтому она позвала его друзей и родственников.

Лоренс принял приглашение отмечать праздник у Реджины, а Стефани даже предложила привезти продукты, за что Реджина была ей очень признательна. Стефани уговорила свою сестру Молли и ее мужа Тимоти присоединиться к ним. Мэгги тоже согласилась, поскольку у нее не было никаких планов, а родители жили в другом штате. А Стелла прыгала от восторга, потому что появилась возможность отпраздновать Рождество с любимым внуком. Она даже спросила, может ли она прийти с Диком Кейном.

Веселье было в полном разгаре, когда Реджина прошла в кухню, чтобы вынести гостям закуски. Бони с грустным видом лежал в углу рядом со своей уже вылизанной до последней крошки миской. Реджину больше всего беспокоило, будет ли он вести себя подобающим образом. Пес поднял голову и посмотрел на хозяйку преданным взглядом. Он терпеть не мог, когда в его дом вторгалось так много людей, которые не обращали на него внимания и ничем не угощали его.

— Ну как ты себя здесь ведешь, мой мальчик? — спросила Реджина.

— Если хочешь, я могу пойти погулять с ним.

Она обернулась. В дверях стоял Дезмонд, глядя на нее горящими желанием глазами.

— Нет, это я так, на всякий случай. Он не любит, когда приходит много людей. Бони обожает только тебя. И я тоже. — Она поцеловала его в гладко выбритую щеку, вдыхая соблазнительный мужской запах.

Ей все время недоставало Дезмонда. Какую бы это ни таило в себе опасность, ей ничего не оставалось, как принимать то, что он давал ей, и гнать от себя мысль, что он вот-вот куда-нибудь исчезнет. Это может произойти в любое время, особенно если с Джеймсом у него все обернется не лучшим образом.

— Ты можешь выйти с ним через полчаса. Он сыт, но настроение у него неважное.

— А у меня наоборот.

В кухню вошел Марти. Дезмонд повернулся к нему, но ничего не сказал. Реджина понимала, что его решение не возвращаться вчера было связано не с ней, а с ее братом. В свою очередь Марти стал заметно прохладнее относиться к Дезмонду.