Карен Уэст - Музыка любви

Проходя мимо Клары, трогательный коротышка Джаспер похлопал ее по плечу. Этот жест выражал одновременно и любовь, и утешение, и набрав побольше воздуха в легкие, она выступила на середину комнаты.

— Ты хотел видеть меня, — спокойно сказала она, смотря Марку прямо в глаза.

— Да, Клара, — ответил он. — Я не могу уехать сейчас отсюда, а нам есть о чем поговорить.

— Разве? — она удивленно приподняла бровь, но Марку не удалось продолжить свою мысль, так как дверь снова открылась, и вошла женщина, которая проводила их в эту комнату.

Обращаясь к Сирене, она сказала:

— Вы можете сейчас войти.

Взгляд, который бросила Сирена на Марка, заставил Клару напрячься, и острая боль, казалось, пронзила ее тело.

Сирена встала с дивана, и Клара заметила, что на ней было все то же кремовое платье, которое она одевала вчера, но сейчас оно было помято, и ее густые блестящие волосы были растрепаны и непричесаны. Клара также заметила, когда Сирена проходила мимо нее, что несмотря на счастье, переполняющее ее, она тоже выглядела очень уставшей.

Проходя мимо Клары, Сирена ей робко улыбнулась и повернулась к Марку.

— Ты пойдешь со мной? — В ее больших черных глазах отразилось беспокойство.

Он покачал головой, взял ее руку и, крепко пожав, поднес ее к губам.

— Нет, иди ты первая. Я подойду позже. — Он проводил ее взглядом из комнаты.

— Зачем ты попросил Джаспера, чтобы он привез меня сюда? — резко выпалила Клара, и в ее голосе слышались нотки гнева, которые Марк не мог не заметить.

Он прищурил глаза.

— Я попросил привезти тебя, потому что узнал две очень странные новости сегодня утром. Одна из них то, что якобы я уволил тебя из МДМ, и другая то, что ты написала заявление об уходе. Я ничего не понимаю.

— Это все легко объясняется. Моя мать позвонила мне вчера вечером, и я ей сказала, что не буду больше работать у тебя. Она, должно быть, сделала неправильный вывод из моих слов и подумала, что ты уволил меня.

— Почему она так решила?

— Ее очень обеспокоило то, что она так к тебе отнеслась в Брайтоне, и она подумала, что это повлияло на твое решение.

— Это звучит так, как будто она переменила свое мнение, насколько я хорошо понимаю. В последний раз я слышал, что она не может дождаться, когда ты уйдешь с этой работы.

— Это так, но, по-видимому, у них с Крисом состоялся долгий разговор; он, должно быть, наговорил о тебе много хороших слов.

— Добрый старина Крис, я перед ним в долгу, но это не дает ответа на мой другой вопрос.

— Твой другой вопрос? — Клара старалась говорить невозмутимо, но ей это плохо удавалось, потому что она чувствовала, как зарделись ее щеки от его непосредственной близости.

— Ну же, Клара, ты знаешь, что я имею в виду. Почему ты написала заявление об уходе?

Внезапно она почувствовала, что больше не в силах выдерживать настойчивый взгляд его голубых глаз, ее сердце болезненно дрогнуло, и она отвернулась.

— Я думала, что это очевидно, — хрипло произнесла она.

— Я могу этому дать только одно объяснение, что ты на меня сердишься за то, что я так поспешно покинул тебя вчера. Если это так, то я прошу прощения, но я хотел бы все объяснить…

— Не только поэтому…

— Тогда почему? — подойдя ближе, он протянул к ней руку и нежно приподнял ее подбородок, повернув к себе ее лицо.

— Ты не был честен со мной.

— Я не понимаю.

— О, Марк, пожалуйста! Не надо больше меня обманывать. Ты на какое-то время заставил меня поверить, что между нами может быть что-то больше, чем… почему еще только вчера в роще… я подумала… я…

— Да, Клара? — мягко прошептан Марк, он был теперь так близко, что она чувствовала его теплое дыхание на своих щеках. — Что ты подумала?

— Я думала… я думала, о, но это не имеет значения, что я думала. Это ничего не меняет.

— Почему?

— Ну, для начала, есть Сирена!

Он нахмурился.

— Сирена? Какое она имеет ко всему этому отношение?

Клара недоверчиво посмотрела на него.

— Я думала, что она имеет прямое к этому отношение.

— Я не понимаю, почему…

— К чему все эти тайны? — Требовательно произнесла Клара, не дав ему возможности продолжить. — Я подозреваю, что все дело в прессе и твоих поклонниках, чтобы они ничего не пронюхали?

— Это правда. Но как ты узнала..?

— Это бы уничтожило твой имидж, не так ли? — неумолимо продолжала Клара.

— Мой имидж? — Он выглядел сбитым с толку. — Клара, о чем ты говоришь?

— В самом деле популярность рок-звезды померкнет, если станет известно, что она жената и к тому же имеет детей? — Ее голос дрогнул, и она отвернулась.

— Клара, объясни, что ты имеешь в виду. Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Я видела мальчика, Пауля, вчера после твоего поспешного отъезда, — резко бросила она.

— Да? — На время недоуменное выражение его лица сменилось любопытством. — И что ты о нем думаешь? Он хороший маленький паренек, не правда ли? Но что ты имеешь в виду, говоря о моем имидже и о детях? Эй, Клара, — внезапная догадка отразилась в его глазах, — ты же не думаешь, что Пауль мой сын?

Теперь была ее очередь удивиться.

— Да, я так подумала.

— О, Клара…

— Чей же он сын?

— Сирены.

— Да, я это хорошо поняла, — она не в силах была скрыть сарказм в голосе.

Он пристально посмотрел на нее. Внезапно прищурив глаза, он сказал:

— Клара, Сирена не моя жена, ты же этого не подумала, правда?

Она опустила глаза, не в состоянии выдержать его вопросительный взгляд.

Марк продолжал долго пристально смотреть на нее, потом, глубоко вздохнув, он взял ее за плечи.

— Клара, посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри на меня и послушай.

Она медленно подняла на него взгляд, в глубине его глаз было столько нежности, что сердце Клары бешено забилось.

— Сирена — жена моего лучшего друга.

— Что!

— Да. Она замужем за Стефаном Коулом. Пауль их сын.

— Стефан Коул? — Клара нахмурилась, она слышала это имя где-то раньше.

— Да, Стефан и я вместе учились в школе, он был одним из первых членов нашей группы.

Клара пристально смотрела на него, вспомнив, что говорил о Стефане Крис.

— Но разве ты не уволил его из группы?

— Уволил его? Господи, нет. Откуда у тебя такие сведения? Стефан просто фантастический композитор. Он написал большинство наших первых песен. Группа в долгу перед ним, его заслуга в том, что мы имели такой грандиозный успех в самом начале нашей карьеры.

— Тогда почему…? Я не понимаю…

— У Стефана были большие амбиции работать самостоятельно. Он оставил группу по собственному желанию и уехал в Штаты, где познакомился с Сиреной. Но у него все не ладилось. Он не получил того контракта, который был так ему необходим, его здоровье оставляло желать лучшего, и он быстро стал катиться вниз. Я старался поддерживать с ним связь, но он очень гордый, и я не слышал о нем ничего уже несколько лет. Однажды несколько недель назад я получил от Сирены письмо, в котором она просила меня 6 помощи. Стефан был серьезно болен, ему было необходимо срочное лечение, за которое они были не в состоянии заплатить.