Энн Мэтер - Прелюдия к очарованию

– У меня с графом нет ничего общего, – возразила она, пожимая плечами.

– Не верю, Санча, – состроил гримасу Тони. – Быть может, я недостаточно опытен, но и родился я не вчера. – Тони сильно затянулся. – В тот день, когда мы собирались вместе пообедать и он остановил нас… Когда вы отправились в ресторан «Скарлатти»… Он вел себя не так, будто ты для него ничего не значишь!

Санча смущенно поежилась.

– Честное слово, Тони, мне нечего рассказывать. Мы пару раз были вместе в различных ресторанах. Обсуждали… его книгу.

– И это все? – с сомнением посмотрел Тони. – Хорошо, хорошо, Санча, не стану настаивать, но, ради Бога, будь осторожна. Всякому, кто связывается с графом Малатестой, рано или поздно быть в беде.

– Ты хочешь сказать, в подземном каземате! – попыталась пошутить Санча, однако Тони не рассмеялся, а только сочувственно погладил ее по руке и возобновил наблюдение за лодкой, которая приближалась к пристани.

Сощурившись, он глядел на происходящее, и Санча, следуя его примеру, сосредоточила внимание на пришвартовавшейся лодке.

Но вот ее губы искривились, как от боли. На причале стоял и помогал Янине сойти на берег высокий мускулистый человек, одетый во все черное, с обширной лысиной, блестевшей на солнце.

Тони взглянул на Санчу почти в то самое мгновение, когда и она узнала высокого мужчину.

– Паоло, – констатировал Тони, вздыхая.

– Да, – ответила Санча, судорожно сжав пальцами край бортового камня дамбы. – А там, где Паоло, недалеко и граф. – Ирония не смогла полностью замаскировать дрожь в ее голосе.

– Проклятье! – произнес Тони сердито, гася сигарету. – Проклятье и еще раз проклятье!

– Что за вульгарные выражения! – проговорила Санча, с трудом поднимаясь. – Пошли, нужно продолжать начатую работу.

– Ты так полагаешь? – с раздражением взглянул на нее Тони. – Или тебе лучше остаться здесь, а я дам тебе, когда вернусь, всю необходимую информацию?

– Не выйдет, Тони, – отрицательно покачала головой Санча. – Я должна выполнить задание.

Тони крепко стиснул челюсти и потом проговорил:

– А тебе не приходило в голову, что отсутствие графа на лодке объясняется его личным участием в состязании?

– Не может быть! – уставилась на него Санча, как бы заранее отвергая такое предположение.

– А какие еще могут существовать причины? Я лично очень удивился, увидев Янину одну. Гонки на моторных лодках – развлечение, по-видимому, все-таки не в ее вкусе. Если, конечно, она не вложила в этот вид спорта круглых денежных сумм.

– Понимаю. Об этом я не подумала, – глубоко вздохнула Санча.

Тони поднялся и положил руки девушке на плечи.

– Ну что ж, малыш, как решила? Спокойная жизнь здесь или прорыв в лагерь противника?

Санча улыбнулась. Реплики Тони всегда вызывали у нее улыбку.

– Я иду с тобой, – сказала она твердо. – Я его нисколечко не боюсь.

– Неужто? – лукаво взглянул на нее Тони. – А мне показалось другое…

– Не пора ли идти? – перебила она резко, смотря в землю.

Нагнувшись, Тони сложил остатки трапезы в сумку, потом выпрямился, и они направились по дамбе к пристани, где скапливались зрители.

Глава восьмая

Только ближе к вечеру Санча вновь увидела Янину, и на этот раз она была не одна. В ярко-красных брюках и в желтом бюстгальтере – верхняя часть ее обычного купального костюма, – она льнула к графу Малатесте, держа его под руку; в глазах нескрываемая радость и удовлетворение. Граф был одет в кремовые брюки из замши и синий спортивный свитер без воротника. Незатянутая спереди почти до пояса шнуровка позволяла видеть густую поросль на его груди. Санче, которая весь день с тревогой наблюдала, как граф, выглядевший опытным и ловким в своем резиновом комбинезоне и защитном шлеме, участвовал в гонках, он казался воплощением мужского превосходства, и ей следовало ненавидеть его – по крайней мере, так думала она – за то, что он нарушил спокойное течение ее жизни.

Санча поспешила укрыться среди зрителей, заполнивших всю прилегающую к гавани территорию, и надеялась, что Тони не станет сразу ее искать и громко выкрикивать ее имя. Во многих отношениях день был для Санчи удачным, и ей не хотелось его испортить. Тони сумел заарканить некоторых гонщиков, которым Санча смогла задать интересующие ее вопросы.

При этом Тони тщательно избегал заезды с участием графа Малатесты. Теперь все было кончено, и людская масса вокруг Санчи изнывала от жары.

Граф и Янина прошли мимо и растворились в толпе, направляясь к своим автомашинам, и ослабевшая Санча прислонилась к стене, ожидая, когда объявится Тони. Он подошел через несколько минут и сказал:

– Ну что, поехали?

– Да, – кивнула она. – Но не могли бы мы побыть здесь еще немного, пока не рассеется народ.

– И когда граф Малатеста уедет, не так ли? – коротко спросил он.

– Да, ты прав, – вздохнула Санча. – Ты их тоже видел?

– Разве их можно не заметить? – проговорил Тони, накидывая ремешок экспонометра на шею. – А эта Янина довольно премиленькая особа.

Санча почувствовала, как кольнуло под сердцем, и промолчала. Она не знала: была ли жестокость Тони умышленной или же проявлением желания быть правдивым. Но в любом случае – и Санча не могла это скрыть от самой себя – мысль о том, что Янина сейчас с графом, причиняла ей страдание.

Санча и Тони медленно пошли к автомашине, когда большинство других автомобилей уже исчезли с базарной площади. Поднявшийся легкий ветерок ласково обдувал разгоряченные щеки Санчи, играл прядями ее серебристых волос. Тони как раз с шутками и смехом помогал Санче приводить в порядок прическу, когда впереди – там, где узкая улочка выходила на площадь, – показался мужчина высокого роста и могучего телосложения. Даже не видя обширной лысины на массивном черепе, можно было, не боясь ошибиться, назвать его имя. Проходя мимо, он буквально сверлил Санчу взглядом, но не произнес ни слова, и у Санчи было такое ощущение, будто вместо нежного приятного бриза на них пахнуло ледяным холодом.

Тони вздохнул и взял ее за руку.

– Пойдем, – сказал он. – Я знаю один загородный ресторан, где готовят сочные бифштексы. Не согласишься ли ты пообедать со мной, прежде чем возвращаться в редакцию?

– С удовольствием, – улыбнулась Санча и решительно выбросила всякие мысли о графе Малатесте и его прелестной спутнице из головы.

И все-таки, несмотря на героические усилия, она не могла не думать о графе, плохо спала в эту ночь и проснулась, как только за окнами забрезжил рассвет.

Погода в тот день явно подкачала. Непрерывно моросящий дождь к обеду очистил от прохожих площади и переулки. Пассажиры судов, курсирующих по вздувшимся каналам, были одеты в плащи, на головах пластиковые шляпы и капюшоны. В обеденный перерыв Санча осталась в редакции, решив, если понадобится, работать весь день – лишь бы к вечеру хорошенько утомиться.