Кэрри Томас - Вновь с тобой

— А я решила, что не очень тебе нравлюсь.

Марк улыбнулся.

— Милая, ты ведь была любимой племянницей Пруденс, а я — сыном ее босса. Кроме того…

— Что? — быстро спросила она.

— Я ведь подозревал, что ты далеко не так хладнокровна и опытна, как пыталась казаться.

— Ах вот как!

Марк привлек Габби к себе.

— Мне казалось немыслимым, что до нашей встречи ты еще не знала мужчин, но когда я обнаружил, что ты девственница… — Он осекся и глубоко, прерывисто вздохнул. — Я был потрясен до глубины души, и во мне, признаться, пробудилось первобытное чувство собственника. С той самой ночи я был твердо убежден, что ты моя — и только моя.

— Так оно и было. — Габби обвила руками его шею. — Но поставь себя на мое место и вообрази, что я испытала, когда услышала твой разговор с Пруденс! Будь на ее месте любая другая женщина, поверь, уж я бы не отказалась от тебя без борьбы! — Она потерлась щекой о его щеку. — До той злосчастной минуты ты был для меня идеалом, рыцарем в сияющих доспехах.

— Зато теперь обо мне этого никак не скажешь. Правда, ради тебя я едва не сорвался с той треклятой скалы! И сполна расплатился за свою глупость. К несчастью, Габби, я самый обычный человек…

— Только не для меня! — страстно перебила она и подтвердила свои слова крепким поцелуем. — Для меня ты всегда был — и будешь — единственным мужчиной в мире.

— Пока смерть не разлучит нас? — негромко спросил он.

Глаза Габби заблестели.

— Да! О да!

Долгое время они сидели, тесно обнявшись, и молчали — слова им были не нужны. Наконец Марк крепко поцеловал Габби и без усилия вытащил ее из постели.

— Давай-ка примем душ и отправимся покупать кольцо.

— Ура! — Габби бросилась в ванную, приплясывая на бегу. Глаза ее сияли от счастья. — Какая удача, что мне есть во что переодеться! — Смеясь, она принялась собирать одежду, которую Марк в любовном угаре разбросал по всей комнате.

— Милая моя! — Он поймал ее за руку. — Я уж думал, что никогда не услышу, как ты смеешься.

Габби посерьезнела.

— Я и забыла, когда в последний раз смеялась… Ради Бога, Марк, ущипни меня и скажи, что все это не сон!

Расхохотавшись, он легонько ущипнул ее пониже спины, потом включил душ и затащил Габби с собой в кабинку, твердя, что еще слишком слаб и в одиночку никак не справится.

— Может, я и не рыцарь в сияющих доспехах, но, мисс Смолл, эти раны я получил, служа вам!

— Дай-ка я тебя лучше поцелую!

— С превеликим удовольствием, — весело согласился Марк.

Габби потянулась к нему, и тогда он обнял ее, обхватил ладонями бедра и легонько приподнял. Теперь Габби стояла на цыпочках, крепко обвив руками шею Марка, чтобы не упасть. Они замерли под струями воды, сжимая друг друга в объятиях, в которых не было и тени плотского желания: просто им приятно было ощущать наготу друг друга и сознавать, что это все-таки не сон.

Потом, когда они уже оделись и волосы Габби почти высохли, ее осенила гениальная идея.

— Знаешь, — сказала она, направляясь вместе с Марком к лифту, — мне что-то не хочется ужинать в ресторане. Давай купим полуфабрикаты и пригласим Чармиан сюда. Она приедет прямиком с работы, и я тактично намекну, что засиживаться у нас за полночь не стоит. — Габби улыбнулась. — Не хочу тратить драгоценное время на такси и рестораны.

— Блестящая мысль! — согласился Марк и, прежде чем лифт остановился, быстро поцеловал ее. — Мисс Смолл, вы хотя бы представляете, как сильно я вас люблю?

— Можешь повторить это сегодня вечером, когда Чармиан уйдет. — Габби посерьезнела. — Мне никогда не надоест слушать эти слова.

— Что ж, тогда приготовься к тому, что будешь слышать их до конца своих дней! — пообещал Марк.

Габби от консьержа позвонила сестре и сообщила об изменении планов, но отвечать на вопросы не стала, пообещав, что все объяснит позже.

Марк подозвал такси и о чем-то пошептался с водителем. Габби, впрочем, не особенно и прислушивалась, с Марком она готова была ехать хоть на край света. Вскоре машина затормозила возле того самого ювелирного магазинчика, где когда-то Марк покупал Габби обручальное кольцо.

Он расплатился с таксистом и обнял Габби, не обращая внимания на любопытные взгляды прохожих.

— Считай меня сентиментальным, но мне очень хотелось вернуться туда, где когда-то началась наша помолвка.

Габби молча кивнула, боясь, что голос ее предательски задрожит.

— Только на сей раз я куплю тебе совершенно другое кольцо, — продолжал Марк. — А то мы забудем, словно его и не было. Договорились?

Габби по-детски шмыгнула носом и поспешно закивала.

— Конечно! Мне все равно, какое это будет кольцо, только бы оказалось мне впору, чтобы сразу надеть — и уже никогда больше не снимать!

15

Когда вечером Габби открыла дверь сестре, она предвосхитила все объяснения, торжествующе помахав рукой, на которой сверкало обручальное колечко с изумрудами и бриллиантами.

— Ух ты! — воскликнула Чармиан и крепко обняла и расцеловала сестру, потом присмотрелась к счастливому жениху и ахнула. — Марк, кто же тебя так отделал?! Неужели ты сражался за руку и сердце Габби с ее швейцарским воздыхателем?

— Пока нет. Кажется, мне тоже полагается поцелуй?

— Гм… а мне за это не достанется на орехи?

— Ни в коем случае, — заверил он, с ухмылкой покосившись на Габби, которая залилась жарким румянцем.

Чармиан оглушительно расхохоталась и целомудренно чмокнула Марка в щеку.

— И довольно с тебя, — она лукаво подмигнула, — не то старшая сестренка спустит с меня шкуру.

— Совершенно верно, — невозмутимо согласилась Габби. — Руки прочь от моего жениха! Входи, располагайся поудобнее. Сейчас мы тебе все объясним.

— Что ж тут объяснять-то? — хмыкнула Чармиан. — Ты снова встретила Марка, поняла, какой была непроходимой дурой, и на коленях вымолила прощение. Все верно?

— Не совсем. — Губы Марка подозрительно задергались. — Хочешь шампанского?

— Шампанское! — Чармиан блаженно вздохнула, принимая у него бокал, и с любопытством огляделась. — Недурная квартирка, Марк. Ты только что переехал?

— Нет, — сказала Габби, — просто ему так нравится.

— Что ж, каждому свое! Лично я, пожалуй, предпочла бы пару мягких подушек. — Чармиан заправила за ухо прядь белокурых волос и, оглядев нарядных и торжественных Марка и Габби, спохватилась: — О! Прошу прощения, что явилась в деловом костюме.

— Мне подумалось, что помолвка — подходящий повод принарядиться, — пояснила Габби, оправляя золотистое, в тон волосам, платье из бархата. — Я хотела надеть это платье, когда мы с тобой отправимся знакомиться с ночной жизнью Денвера, но потом решила, что сегодняшний случай тоже подойдет. Все-таки не каждый день обручаешься!