Дэй Леклер - Фиктивная помолвка

Но что могло так глубоко ранить ее?

Даже вопросов, связанных с курортом, она больше ему не задавала. Больше всего на свете Джей Ти хотелось узнать, что ее беспокоит. Судя по всему, причина не имела никакого отношения к ее отчету. Но как только он пытался заговорить об этом, она тут же переводила разговор на другую тему.

— Как ужин? — спросил Джей Ти, когда со стола убрали посуду.

— Великолепно. Коламбия превзошла себя.

— Правда? Ну и что ты ела?

Залившись краской, Тейлор довольно долго смотрела на него в явном замешательстве.

— Фрикадельки под креветочным соусом, — наконец ответила она.

— Это было вчера. А сегодня ты ела крабовый суп и треску. — Он наклонился к ней и взял ее за руку. — Что происходит, Тейлор?

Она, не глядя на него, попыталась вырвать руку.

— Просто задумалась о том, что нам предстоит сегодня вечером, и не обратила особого внимания на еду. Я ведь никогда раньше не была на сборище пиратов. Звучит очень заманчиво.

Он отпустил ее руку, не желая ставить ее в неудобное положение на виду у всех.

— Значит, тебе понравилась идея переодеться в пиратское платье и отправиться на поиски зарытых сокровищ?

— Да. — Ее лицо прояснилось. — Сегодня полнолуние, на берегу должно быть просто чудесно.

В этот момент к их столику подошла Коламбия Хейнз.

— Привет, Джей Ти, Тейлор. Как вам ужин?

— Отлично, — ответил Джей Ти, бросив на Тейлор насмешливый взгляд. — Треска была просто великолепная.

— Какая красивая орхидея! — заметила Тейлор, показывая на бледно-оранжевый цветок, приколотый к поварскому колпаку Коламбии.

— Правда ведь? Моя мать выращивает эти орхидеи. Все цветочные композиции в гостинице выполнены ее руками.

— Они великолепны, — сказала Тейлор.

— Спасибо. Я передам ей ваши слова. Обязательно попробуйте на десерт дьявольский торт. Это наше коронное блюдо. — И с дружеской улыбкой она отошла к соседнему столу.

— Как? Ни одного вопроса по отчету? спросил Джей Ти. — Я думал, ты будешь спрашивать ее о помощниках или по крайней мере обсудишь меню. А ты даже не поинтересовалась, сколько народа собирается обычно в столовой. Упускаешь момент, Принцесса!

— Сейчас не самое подходящее время.

— Самого подходящего может и не представиться. Тебе осталось всего три дня.

— Не надо мне напоминать, как мало времени у меня осталось! — Она бросила салфетку на стол и поднялась. — Извини меня, ладно? Пойду переодеваться.

Тейлор пересекла столовую и вышла в холл. Сегодня в гостинице было очень много отдыхающих.

Поднимаясь по лестнице, девушка подумала о том, что никогда не была в настоящем отпуске. Всегда работала — делала карьеру в «Дэниэлз инвестмент», пытаясь утвердиться в глазах своего отца. Потом приехала на этот курорт — и все изменилось.

Днем она уже не работала, по крайней мере после встречи с Камероном Брэдшоу, или, как его здесь называли, Судьей. Тейлор узнала, что человек, которого она приняла за садовника, был на самом деле судьей Верховного суда в отставке. И, наверное, хорошим судьей, поскольку после одного-единственного разговора с ним она почувствовала необходимость остановиться и задуматься о своей жизни — независимо от выводов, к которым это могло привести.

Тейлор вошла в свою комнату и прислонилась к двери. Горничная перевернула огромную кровать — рисовую кровать начала прошлого века, матрас которой был наполнен рисовыми стеблями.

Тейлор никак не хотела думать о том, что волновало ее больше всего, висело над ней подобно огромной черной туче. Скоро она вернется домой. Ее время с Джей Ти кончится, и она останется с разбитым сердцем, наедине со своей тайной. Будет вариться в котле «Дэниэлз инвестмент». Босс потребует отчет, спросит, как лучше всего скопировать курорт Брайдз-Бэй.

Вот только то, что она ему скажет, будет совсем не тем, что он надеется услышать. И когда это произойдет, она потеряет не только Джей Ти, но и своего отца.

Шэдро стоял на возвышении посередине пляжа, босой, одетый в потрепанные бриджи и рваную рубаху. На боку болталась абордажная сабля, а за поясом торчал старинный пистолет. Многочисленные факелы, бросая тусклые отсветы на собравшихся, одетых в пиратские костюмы, создавали атмосферу таинственности. Джей Ти улыбнулся, глядя на разгоревшееся лицо Тейлор.

Достав пистолет, Шэд выстрелил в воздух. Толпа затихла, все выжидательно смотрели в его сторону.

— Добро пожаловать, леди и джентльмены, — сказал он, уперев руки в бока. — Кто не знает, я — Шэдро Тич, прямой потомок Эдварда Тича, знаменитого пирата, известного как Черная Борода. Некоторые называли его Капитан Друммонд, другие — Тэтч. Я звал его Дельфин.

В толпе рассмеялись, Джей Ти посмотрел на нахмурившуюся Тейлор: имя Шэда явно всколыхнуло в ней воспоминания, но говорило ли оно ей что-нибудь в связи с компанией «Тич девелопмент»?

Похоже, что нет. Пока нет.

— Мы не уверены, от какой именно жены происходим, — продолжал между тем Шэд. — У Черной Бороды, как вы знаете, их было четырнадцать. По слухам, когда очередная женщина ему надоедала, он оставлял ее в первом же порту. Но наша прародительница оказалась упрямой и не захотела с ним расставаться. Тогда старый Тэтч привез ее сюда; когда пришло время прощаться, она выхватила у него из уха золотую серьгу. Вот эту, — и Шэд показал серьгу в своем ухе. — Я бросаю вызов любому, кто осмелится усомниться в этом.

Желающих не нашлось, смех стал громче. Несмотря на то, что слышал эту историю много раз, Джей Ти наслаждался рассказом. Шэд был явно в ударе.

— Правление Черной Бороды было коротким. Он терроризировал Каролины в течение двух лет, пока в 1718 году не нашел свою смерть от руки капитана Мэйнарда. Но перед тем, как умереть, он зарыл свои сокровища, а где — ведомо одному только дьяволу. Некоторые считают, что на Жермен-Айленд. Время от времени мы предпринимаем попытки разыскать пиратский клад. Но поскольку это пока никому не удалось, сокровища ждут вас.

— Но как мы узнаем, где копать? — шепотом спросила Тейлор.

— Они раздадут карты, — объяснил Джей Ти. — Только на одной указан путь к сокровищам. Другие обеспечивают лишь небольшие призы.

В этот момент кто-то всунул пергаментный свиток в руки Тейлор. Она развернула его. Джей Ти улыбнулся при виде ее сосредоточенного лица. На ней была просторная рубашка в красно-белую полоску и черные шорты с веревкой вместо пояса. Она распустила волосы, на лоб повязала ярко-красный шарф. Висевшие в ее ушах серьги формой напоминали монеты и позвякивали при каждом движении головы.