Селина Дрейк - Сказка для взрослых

— Понимаю, — сказал Марк, но голос его звучал отстраненно, как будто он думал о чем-то другом. — Так, значит, Ричард ничего не знает о твоей работе и о письмах, которые ты ему отправляла?

— О своей работе я ему уже рассказала, но о письмах не упоминала. — Сузен пожала плечами, стараясь казаться равнодушной. — Теперь это уже не имеет значения. Прошлое утратило всякий смысл.

— Да, наверное, ты права, — согласился Марк. — Интересно, а есть ли у вас какие-нибудь программы, рассчитанные на этот регион?

Вопрос прозвучал как бы невзначай, но Сузен почувствовала: за этим небрежным тоном скрывалось нечто большее, чем простое любопытство. Однако желание поделиться с ним своими соображениями, даже немного прихвастнуть, заставило ее забыть об осторожности.

— Я работаю над несколькими проектами для Антильских островов, но вряд ли увижу результаты своих трудов — все они рассчитаны на много лет.

Сузен вздохнула: прилагать такие усилия, и не видеть конечных результатов было очень трудно.

— Может быть, ты хотела бы сменить работу? Когда-то тебя привлекало другое: быстрый оборот капитала, сиюминутные прибыли, результаты в конце каждого дня…

— Наверное, — призналась Сузен. — Но теперь я даже не знаю, смогу ли выдержать напряженный ритм работы в отцовской фирме.

Однако в голосе Сью, помимо ее воли, прозвучало сожаление об утраченных возможностях.

— Трусишка! — мягко поддел ее Марк.

Сузен была задета несправедливостью этого, пусть и шутливого, обвинения. Ей приходилось столько выкладываться, чтобы запустить какой-нибудь проект!

— Нет, я не трушу, — возразила она. — И удивляюсь, как ты мог сказать такое.

— Значит, ты не собираешься вступать в семейный бизнес?

Марк спросил об этом очень серьезно, и у Сузен перехватило дыхание. Ведь она мечтала работать с отцом всю свою жизнь!

— Это что — предложение? — спросила она, пытаясь скрыть охватившее ее волнение.

— Думаю, нам скоро потребуется такой специалист, как ты: мы ведь решили расширить сферу нашей деятельности.

Слова Марка звучали убедительно и льстили ее самолюбию, но Сузен не спешила с ответом.

— Боюсь, что большой бизнес не для меня, — уклончиво сказала она наконец, не желая посвящать Марка в свои страхи. Сузен опасалась, что работа бок о бок с ним превратится для нее в сплошное мучение: она была совершенно беззащитна перед ним!

— Почему же?

— Видишь ли, у меня больше нет для этого мотивов.

— Каких мотивов?

— Делать деньги, — просто сказала она, глядя ему в лицо.

Марк некоторое время молчал.

— Полагаешь, это главное в нашей деятельности? — наконец спросил он.

— А разве нет? — быстро возразила Сузен.

Марк был явно шокирован, и это стало для нее неожиданностью. Весь его вид выражал обиду и боль — но не раздражение.

— Ты знаешь, что это не так. Я люблю свою работу, хотя, наверное, не такой фанатик-трудяга, как твой отец. Ну и, конечно, я предпочитаю быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Но, положа руку на сердце, кто думает иначе?

— Извини. Ты прав. Боюсь, что становлюсь ханжой, но дело в том, что я просто увидела результаты нашего стремления к богатству — вред, который мы причиняем, — сказала она.

— Я понимаю тебя, Сью. И вижу, что новая жизнь пошла тебе на пользу, — мягко улыбнулся Марк.

— Я подумаю о твоем предложении. Хорошо?

Сузен пыталась слушать гида, сосредоточить свое внимание на захватывающих сценах, разворачивающихся перед ее глазами, — дикие животные и птицы всего в нескольких футах от нее! — но мысли постоянно возвращались к предложению Марка. Сможет ли она работать с ним? Какие чувства он испытывает к ней на самом деле? Не станет ли подлинной катастрофой ее приход в семейный бизнес? Вопросы рождались в ее голове один за другим, а ответов на них не было.

Они прибыли в гостиницу к полудню — как раз, тогда, когда солнце стояло в зените и пекло невыносимо. Рядом поблескивал плавательный бассейн причудливой формы.

— Поплаваем! — вдруг предложил Марк, наклоняясь к ней.

Сузен не нуждалась в приглашении: она сама давно решила искупаться.

— Я спущусь через пять минут, — кивнула она и, схватив сумку, взбежала по лестнице.

В комнате Сузен вынула из сумки купальник и с сомнением осмотрела его: что за фантазия пришла ей в голову купить такой вызывающий предмет одежды? Он почти ничего не закрывал!

Однако когда через двустворчатые окна, доходящие до пола, донесся всплеск воды, Сузен забыла о сомнениях. Она быстро сбросила с себя одежду, облачилась в ярко-синий купальник и взглянула в зеркало. Высокие вырезы по бокам подчеркивали стройные бедра и втянутый живот, упругие груди слишком откровенно выглядывали из глубокого выреза.

Она подтянула бретельки, но это мало что меняло — купальник тут же возвращался к своей первоначальной форме. Спасение было только в одном: оказаться в воде раньше Марка. Поняв это, Сузен, сломя голову, ринулась вниз по лестнице и побежала к бассейну.

Она нырнула, плавно войдя в воду. Стремительный натиск прохладных струй рождал чудесное ощущение свежести, будил каждую клеточку ее истомившегося тела. Она выплыла на поверхность, ухватившись за край бассейна, затем откинула назад волосы и пригладила их. Сейчас все черты ее лица были хорошо видны: широко раскрытые, сияющие глаза с их таинственной глубиной, нежность загорелой кожи, полные губы, улыбнувшиеся Марку, который очутился в бассейне несколькими секундами позже. Сузен заметила, как его глаза расширились, когда он пристально посмотрел на нее, и в них вспыхнул чувственный интерес.

— Ну что, сплаваем наперегонки? — улыбнулся Марк.

Их тела находились совсем рядом в прохладной воде, иногда случайно касались друг друга. Сузен ощущала его близость, и ей хотелось быть еще ближе к нему, она не желала разрушать волнующую атмосферу, возникшую вокруг них.

— Глупости, Марк! Мы уже давно не дети…

— Боишься проиграть?

В голубых глазах Марка сверкнул вызов, а когда его взгляд скользнул к нежной ложбинке между ее грудей, Сузен почувствовала, что мучительно краснеет.

— Ничего подобного! Я всегда плавала лучше тебя. К тому же на моей стороне возраст, — игриво заметила она.

— Чепуха! — воскликнул Марк.

Внезапно он поднял руку, чтобы убрать ей за ухо выбившуюся прядь волос, и Сузен инстинктивно отклонила голосу, боясь его прикосновения. Но когда пальцы Марка все же нежно коснулись ее щеки, она снова вся запылала.

— Брось, ты уже слишком взрослый для таких забав, — быстро проговорила она, пытаясь скрыть свое смущение.