Лора Мартин - Что нужно женщине

— Конечно, нравишься. Неужели ты в этом сомневалась?

— Я надеялась, но все-таки приятно получить подтверждение.

— Ты всем нравишься. — Мэтью буквально пожирал ее глазами. — Очень нравишься.

«Нет, увы, не всем», — подумала про себя Джози.

— Я не ожидала, что дети смогут проработать так долго. Думала, им надоест через пару минут.

— Это ты превратила для них работу в игру. Им понравилось. И мне тоже. — Он ласково смотрел на нее. — Ты очень умная и красивая женщина. Я думал, что, если буду работать как проклятый, это поможет мне умерить желание, но знаешь что?

— Что? — шепотом спросила Джози, не отрываясь глядя в глаза Мэтью.

— Не помогает. Как ты думаешь, может, поплавать в холодном ручье?

— И испачкать белую футболку? — поддразнила его Джози. — К тому же глубина ручья около десяти сантиметров.

— Останься со мной сегодня ночью.

Сердце Джози замерло.

— Здесь?

— А где же еще? И прежде чем ты снова спросишь, я скажу: нет, я не забыл о Катрин. Но сейчас я могу думать только о тебе.

— А дети? — мягко напомнила Джози, чувствуя угрызения совести оттого, как сильно ей хочется, не раздумывая, согласиться на его предложение.

Мэтью вздохнул и провел рукой по волосам.

— Знаю! Знаю! Я эгоист. Просто…

Джози коснулась его руки и почувствовала странный ток, который пронизал все ее тело.

— Я хочу тебя, — тихо сказала она. — Хочу точно так же, как ты меня хочешь. Может быть, даже больше.

— Джози!..

— Но нам нужно время.

— Ты имеешь в виду Катрин?

— И нас с тобой тоже.

— Только не слишком оттягивай. — Мэтью бросил топор на землю. — Ни ты, ни я не каменные, а плоть и кровь не склонны долго ждать. — Его рука скользнула под дубленку Джози и погладила ее грудь.

— Мэтью! — вскрикнула Джози.

Он улыбнулся.

— Видишь? — Он поцеловал ее и долго смотрел ей в глаза. Потом снова склонился и приник к ее рту.

— Эй! — Эбби стояла рядом с ними, — подбоченившись, и смотрела лукаво. — Опять целуетесь!

— Я сейчас принесу сок. — Джози была совершенно счастлива, когда Мэтью поднял Эбби и подбросил ее в воздух. — А потом поиграем в прятки!

В доме было тихо. Джози открыла буфет, вынула стаканы и кувшин, поставила их на поднос. Куда могла деваться Катрин? Обе машины стояли перед домом. Впрочем, день выдался таким теплым, что Катрин вполне могла пойти прогуляться.

Странный звук привлек внимание Джози. Что-то среднее между криком и всхлипами. Она мгновение колебалась, но, когда звук повторился, сняла ботинки и прошла через кухню в холл.

Здесь плач стал слышнее. Сдавленные рыдания, прерываемые криками бессильной злости. Джози застыла в неуверенности. Потом решила, что нельзя оставлять Катрин плакать в одиночестве.

Медленно она дошла до лестницы, заставила себя подняться. Она-то знала, каково это, потерять любимого. Если бы только с Катрин удалось поговорить, убедить, что она хочет быть ей другом… Может быть, она сможет чем-то ей помочь.

Катрин была в первой спальне — большой, красиво обставленной комнате с великолепной двуспальной кроватью, накрытой покрывалом цвета мяты. Джози замерла на пороге распахнутой двери. Катрин лежала лицом вниз, ее длинные роскошные волосы разметались по покрывалу, тонкие пальцы с силой комкали его.

— Пришла позлорадствовать? — спросила она глухо.

Джози нахмурилась и покачала головой.

— Нет, что ты. Я услышала, что ты плачешь, и подумала…

— Подумала, что можешь насыпать еще немного соли на мои раны? Они и так достаточно болезненны! — Катрин села и вытерла слезы тыльной стороной ладони.

— Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Позволь быть твоим другом. Мэтью рассказал мне, через что ты прошла. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело…

— Ты ничего не понимаешь! Ничего! — повторила Катрин срывающимся голосом. — Нам было хорошо вдвоем, пока не появилась ты! Все было хорошо! — Она поднялась с постели, достала из шкафа салфетки и вытерла глаза. — У Мэтью всегда была слабость к молоденьким девчонкам. В Южной Америке он постоянно влюблялся в таких.

— Катрин, пожалуйста!

— Пожалуйста что? — Ее глаза были полны горечи. — Не надо все усложнять? Он уже признался тебе в вечной любви? Ох, милочка! — Катрин победно улыбнулась. — Не признался. Как жаль! — добавила она ядовито. — В таком случае ты точно надолго не задержишься!

Джози терпеливо вздохнула, стараясь не забывать, что Катрин недавно потеряла любимых людей, что жалость к себе и ревность заставляют ее произносить эти ужасные слова, но все равно было тяжело.

— Послушай… Я понимаю твои чувства. Я знаю, каково это, потерять человека, которого любишь, но… срывая зло на мне и на Мэтью, ты ничего не добьешься.

— Ты понимаешь мои чувства? — Катрин повернулась к Джози. Ее темные глаза сверкали. — Да как ты смеешь?! Как ты смеешь?! — повторила она со злобой.

— Мэтью и я… — Джози с трудом перевела дух. Она ненавидела конфликты, особенно такие, как этот. — Он заботится обо мне…

— Я единственная жила с ним в этом доме! — тихо ответила Катрин. — И я буду бороться за то, чтобы все осталось, как было. Лучше тебе помнить об этом!

Все бесполезно. Ссора никуда их не приведет.

— Я… я не хотела тебя еще больше расстраивать, — пробормотала Джози. — Мне лучше уйти.

— Да! — ответила Катрин, с ненавистью глядя на Джози. — Тебе лучше уйти!

— Все в порядке? Ты, случайно, не в Испанию летала за апельсинами? Я уже собирался идти в дом искать тебя! — Мэтью забрал у Джози поднос и поставил на широкий пень. — Дети! Кто хочет пить? — позвал он.

— Здорово! И шоколадное печенье! — Лицо Джоша просияло при виде тарелки.

— Надеюсь, ты не возражаешь? — спросила Джози, взглянув на Мэтью, который наливал себе в большой стакан апельсинового сока. — Я подумала, что дети проголодались.

— Возражаю? — Мэтью поднял бровь и шутливо улыбнулся. — А почему я должен возражать? Эй! — Он поймал ее за руку, не давая отвернуться. — Что случилось? Неужели Катрин?..

— Нет! — Джози с трудом улыбнулась и взяла стакан. Рука ее слегка дрожала. — Нет, нет! Все в порядке!

Она постаралась улыбнуться как можно более убедительно.

— А теперь, по-моему, пора играть в прятки!

Дети веселились вовсю, Джози радовалась за них, с удовольствием вдыхая свежий прохладный воздух. Она пряталась за сараем. Джош, раскрасневшись и улыбаясь, стоял за старым ржавым водяным насосом, который, по мнению Мэтью, еще можно было починить.

Катрин тоже играла с ними. Мэтью спросил Джози, не возражает ли она, пошел в дом и спустя несколько минут вернулся с Катрин.