Люси Рэдкомб - Шипы и розы

— А ты никогда не спрашивала. — Виктория отодвинула тарелку и подперла рукой подбородок. — Беременна, замужем и уже в процессе развода… Мне все еще не верится, что все это происходит с тобой!

— Тебя послушать, так получается, что я…

— Поспешила? — подсказала Виктория.

— О, хоть ты не начинай! Мне уже до смерти надоело выслушивать лекции о моем неразумном поведении.

— Расслабься, Розлин. — Подруга ласково тронула ее за локоть. — Я не собираюсь читать тебе лекцию, но мне хочется услышать подробности. Я пригласила тебя в этот престижный ресторан, чтобы средиземноморская кухня и теплая атмосфера растопили твою сдержанность. Вот увидишь, тебе станет легче, да к тому же я обойдусь гораздо дешевле психоаналитика.

— Разве можно устоять перед таким предложением? — улыбнулась Розлин, с благодарностью глядя на подругу. — А я-то думала, что ты пригласила меня сюда только потому, что здесь тебя обслуживают бесплатно, — пошутила она.

— Не отвлекайся, ближе к делу. Это правда, что, пока Кевин от тебя не ушел, ты ни разу не спала с неотразимым Стюартом Роули? — с явным недоверием спросила Виктория. Розлин возмущенно расширила глаза, но подруга только пожала плечами и улыбнулась. — Ты шокирована? Дело в том, что у меня такая дружба бывает только с бывшими любовниками.

— В таком случае у тебя легион друзей.

Нимало не смутившись, Виктория безмятежно улыбнулась.

— Не пытайся сменить тему. Так как насчет Стюарта? — допытывалась она.

Розлин вздохнула. Профессиональная хватка делала Викторию прекрасным адвокатом, но как подруга она иногда становилась просто несносной.

— Ты же дружишь с Кевином, но вы не… — Розлин замялась.

— Нет, конечно, нет, — поспешно сказала Виктория, но, увидев, что подруга краснеет, Розлин заподозрила неладное. — Так ты собираешься рассказывать о своем несравненном Стюарте или нет?

— Ради Бога, прекрати его так называть, — недовольно пробурчала Розлин.

— Как именно?

— Неотразимым и несравненным.

— Ладно. Так что же такого мог натворить твой невзрачный и непривлекательный муж, чтобы ты сбежала от него в первую брачную ночь? Должна сказать, что мнения обывателей по этому поводу расходятся. Например, я склоняюсь к мысли о сексуальной извращенности, а Кевин считает, что дело в другой женщине, точнее, женщинах.

— Я рада, что моя частная жизнь стала предметом дискуссии среди адвокатов, — с иронией заметила Розлин.

— Да ладно тебе, не обижайся, — протянула Виктория. — Ты же знаешь, что мы за тебя волнуемся. Сама посуди, когда женщина бросает мужа сразу после свадебной церемонии, это порождает всякие домыслы.

Слыша искреннее участие в голосе подруги, Розлин самым глупейшим образом прослезилась.

— Я знаю, что он женился на мне из-за ребенка, — дрожащим голосом произнесла она, — но мне казалось, что у нас может что-то получиться.

— А он в это не верит?

Розлин шмыгнула носом и высморкалась.

— Нет. Оказывается, он руководствовался трезвым расчетом и хотел просто гарантировать себе право участия в воспитании ребенка.

— Кто тебе это сказал? — скептически поинтересовалась Виктория.

— Он сам. Да-да, серьезно, я это не придумала, а слышала своими ушами! До меня ему нет дела.

— А у меня всегда было впечатление, что он к тебе неравнодушен. На этот счет у меня даже есть своя теория…

— Какая еще теория? — насторожилась Розлин.

Ее несколько озадачило, что Виктория не возмутилась, услышав ее рассказ. По-видимому, она не осознала всей чудовищности поведения Стюарта.

— Стюарт всегда делился с тобой всем, кроме своего тела, правда? Мыслями, потаенными чувствами. В то же время он пользуется успехом у женщин, но не славится постоянством. А значит, от других женщин ему не нужно ничего серьезного и глубокого, потому что это он находит у тебя. Ты понимаешь меня? Если нет, не волнуйся, потом я с радостью отвечу на все твои вопросы. Суть в том, что как только гормоны напомнили о себе, и вы двое…

Розлин заерзала на стуле. Она надеялась, что в приглушенном свете настольной лампы подруга не заметит, как она покраснела.

— И тогда Стюарт получил сразу все — интеллект, дружбу и секс. У него есть ты, и необходимость в других женщинах просто отпала за ненадобностью. — Виктория поставила локти на стол и улыбнулась с самодовольным видом. — А ты как думаешь?

— Я думаю, что если ты повернешься направо, то увидишь опровержение своей теории. — Розлин показалось, что собственный голос доносится до нее откуда-то издалека.

— Что?.. — Виктория резко повернулась на стуле.

— Это опровержение пяти футов десяти дюймов ростом, с пышными белокурыми волосами и великолепной фигурой. — Розлин с трудом удалось сохранить небрежный тон и не выдать своих истинных чувств. — Оно только что вошло в дверь под руку со Стюартом Роули.

— Так это Линда Тернер! — ахнула Виктория.

— А ты-то откуда ее знаешь?

— Ты шутишь? — закатила глаза та.

— Хочешь сказать, что она знаменитость? Что ж, это объясняет ее важный вид.

— Розлин, ты что, с Луны свалилась? Да это же самый кассовый из всех женщин-режиссеров Голливуда! Ее последний фильм феминистская пресса разнесла в пух и прах, но он принес авторам огромные барыши. Ну что, припоминаешь? — Виктория посмотрела на подругу с некоторой тревогой. — Откуда же ты ее знаешь, если не имеешь представления, кто она такая?

— Эта женщина, разыскивая Стюарта, пришла к нему домой и заявила, что ездила за ним в его последнюю командировку. Это о ней он так много писал мне в письмах, представляя ее как нечто среднее между Жанной Д'Арк и Мерилин Монро.

— Кстати, обеим упомянутым тобой особам свойственна некая ранимость. — Виктория медленно покачала головой. — В отличие от мисс Тернер. Я бы сказала, что она закована в броню, но мужчины, очевидно, считают иначе, особенно когда они думают не мозгами, а другим местом, если ты понимаешь, что я имею в виду.

О, Розлин отлично понимала! При мысли о том, что Стюарт занимается с этой красоткой тем же, чем занимался с ней, ей чуть не стало дурно. Господи, только бы ее не вырвало прямо здесь! Она принужденно рассмеялась, и Виктория посмотрела на нее с еще большей тревогой.

— Что случилось?

— Подумать только, ведь в последние дни, когда Стюарт звонил, я бросала трубку, но при этом испытывала угрызения совести! — сказала Розлин с горечью. — Далси твердила мне, что у него разбито сердце, и, даже зная, что моя сестрица любит драматизировать, я готова была ей поверить. Но сейчас он вовсе не похож на несчастного брошенного мужа!