Рини Россель - Придуманная свадьба

Люси проглотила клубнику, взяла другую, но ела уже без аппетита. Она постоянно представляла Джека и ту… другую женщину. А это совсем не способствовало пищеварению.

Через десять минут Джек вышел из ванной. Его темно-русые волосы были мокрыми и казались почти черными. Он натянул только джинсы и был без рубашки.

— Оставила для меня что-нибудь? — спросил он, когда дошлепал босыми ногами до стола.

— Почти ничего, — пошутила она. Но он увидел, что на подносе еще полно еды. — Ты разве не собираешься надеть рубашку? — Люси тут же прикусила язык. Она искренне пожалела, что спросила это вслух.

Джек сел, налил себе кофе и только потом, посмотрев на нее, спросил:

— Рубашку?

Люси пожала плечами, смущенно улыбнувшись.

— Да ладно.

Джек нахмурился.

— Моя голая грудь оскорбляет тебя?

Люси махнула рукой.

— Конечно же, нет. У тебя сексуальная грудь. Я хочу сказать, что я не оскорбилась. — Люси почувствовала, как покраснела. Какого черта она назвала его грудь «сексуальной»? — Ты красивый. Вот и все.

— Сексуальная, да? — Он взял кофейник и подлил себе еще кофе. — Я польщен.

— Джек! — Люси почувствовала себя глупо из-за того, что эти слова слетели у нее с языка, и решила как-то поправить ситуацию. — Ты же сам знаешь, что у тебя совершенное тело. Я уверена, что Дезире говорила о том, на что способно твое великолепное тело, когда вы с ней вместе, и что, несомненно, шокировало бы все остальное человечество. — Люси съежилась. У нее не получилось, как она надеялась, покончить с этой нелепой ситуацией.

— Ты слишком высоко ценишь мое тело, Люси. — Он хмыкнул, поднося чашку к губам. — Но все равно, спасибо.

Люси обиделась на его поддразнивание, и ее мозг лихорадочно заработал, пытаясь придумать что-нибудь, что так же задело бы его. Значит, он решил, что она рассыпается перед ним в комплиментах? Но прежде, чем она успела придумать, как отплатить ему, Люси услышала шум, привлекший ее внимание.

Она повернулась.

— Джек? Ты что — забыл закрыть кран?

Он невозмутимо поставил чашку на стол и тоже повернул голову. Казалось, он впервые услышал этот шум.

— Наверное. — Джек встал. Проходя мимо, он сжал ее плечо. — Надену рубашку. Мы ведь не хотим, чтобы мое тело волновало тебя.

Люси почувствовала дрожь от его прикосновения — не столько от его шутки, сколько от необычайно возбуждающей силы его пальцев. Закрыв воду и надев рубашку, Джек вернулся к столу и принялся намазывать масло на булочку.

— Джек? — Люси подошла к нему с улыбкой. Она никогда не могла долго сердиться на кого бы то ни было. Кроме того, она знала, что Джек легок на подъем, и ей хотелось провести с ним весь день, осматривая местные достопримечательности. — А что люди делают в свой медовый месяц?

Он отложил нож и, наклонив голову, так посмотрел на Люси, что у нее мурашки пробежали по спине. Что, черт побери, должен значить такой взгляд? Джек отвернулся, ничего не ответив, и уставился в окно, на лужайку перед гостиницей. На скулах у него задвигались желваки.

Совсем растерявшись, Люси затараторила:

— Я читала в проспектах о местных достопримечательностях. Ты знал, что здесь хранится кусок Берлинской стены в десять футов длиной? И еще есть так называемая космическая пещера с двумя подземными озерами? Мне бы очень хотелось на все это посмотреть. — Люси несла чепуху, но ей необходимо было нарушить молчание Джека, пусть даже такой бессмысленной болтовней. — И ботанический сад Юрика-Спрингс тоже заманчивое место. Там даже имеется коллекция лягушек. Это, должно быть, забавно. — Джек продолжал намазывать на булочку масло и не отвечал. — Есть еще нечто оригинальное. Я читала о замке Куигли с настоящими деревьями, птицами и рыбами в самом замке, внутри… Похоже, Элис Куигли предпочитала спать под покровом из деревьев в самом цвету и…

— Все это замечательно, Люси, — прервал ее Джек, — но боюсь, что я буду очень занят сегодня. Мои рестораны… — Он взглянул на нее и открыл банку со сливовым джемом. — Я перекушу, и мне надо идти, разбираться с бумагами, которые Джейн перешлет по факсу. — Он усмехнулся. — Но ты сходи, погуляй. Ты отлично проведешь время.

Люси окончательно пала духом.

— Одна?

Джек уже отвернулся, но тут же снова вопросительно посмотрел на нее.

— Что?

Она не знала, с чего это решила, что они проведут эти дни в Юрика-Спрингс вместе. В конце концов, у них же не настоящий медовый месяц. И Джек все-таки бизнесмен. Он и так уже достаточно жертвовал своим временем ради нее. Люси покачала головой и слабо улыбнулась.

— Да так, ничего. Конечно, я погуляю по городу.

— Газеты принесли, Люси? — спросил он, откусывая булочку.

Люси поняла, что Джек совсем не слушает ее. Он не собирался проводить эти дни вместе с ней. Она сжала зубы. Ну и ладно! Вздохнув, Люси направилась к кровати. Взяла утренний выпуск «США сегодня» и бросила газету ему на колени:

— На, держи. — С этими словами она вышла из комнаты, с силой хлопнув дверью.

Днем, в два часа, Люси буквально вползла в номер и бесцеремонно плюхнулась на кровать, головой в изножье. Ноги она положила на спинку кровати, над подушкой. Джек лежал на своей половине кровати, читая какие-то бумаги. Он посмотрел на нее.

— Я умираю, — простонала она. — Неудивительно, что этот город называют маленькой американской Швейцарией. Вверх и вниз, вверх и вниз. У меня такое ощущение, что я сегодня побывала в Альпах.

Тут она услышала, как он смеется.

— У тебя не было времени, чтобы воспользоваться эскалатором? Спешила?

Люси повернула голову и уставилась на его пятки.

— Ну, по крайней мере я сделала своеобразное упражнение для ног. — Люси приподнялась, стараясь увидеть его лицо. Джек усмехался. — Ты совсем растолстеешь, мой милый, если не будешь позволять себе физическую нагрузку хотя бы время от времени. — Мысленно она признала, что пройдет еще много лет, прежде чем тренированное тело Джека потеряет свою форму. Впрочем, Люси сразу же отбросила эту мысль и непринужденно добавила: — Тебе нельзя так много работать, Джек.

Сказала — и прикусила язык. С чего она на него взъелась? В конце концов, у них не было никакого соглашения по поводу их медового месяца, они не договаривались, что он будет сопровождать ее повсюду. Люси осознавала, что ведет себя как ребенок. Но хотя она и прочла ему лекцию, он не показал виду, если даже и обиделся.

Шумно вздохнув, она отвернулась и проворчала:

— Ох эти мои ноги!

— Хочешь, я разотру их?

Люси резко повернулась, вытаращив на него глаза.

— Что?