Джеки Браун - Если кольцо подойдет

— Иногда можно быть и привередливой. — Он понизил голос. — Я сказал Доне, чтобы обязательно был зеленый чай. Ты требуешь.

— Я требую? — Рэйчел широко раскрыла глаза, а потом заморгала. — Ты из меня прямо диву делаешь.

Он пожал плечами:

— Твои запросы и потребности имеют значение. С самого начала надо преподносить себя правильно, иначе люди типа Доны будут решать за тебя и пользоваться этим. Я дал ей это понять.

— Зеленым чаем.

— Да. — Он говорил серьезно. — Никому не уступай. Если тебе не нравится, как демонстрируют твои работы, сразу говори. Это твоя прерогатива и твое право. Никаких компромиссов.

Фотосессия прошла гладко и закончилась через несколько часов. Днем ранее были сделаны снимки с моделями. Тони решил забрать пальто Рэйчел из комнаты отдыха. Выходя, он чуть не сбил с ног Дону.

— Жаль, что рабочий день так быстро кончился, — сказала она по-итальянски. — Мне нравится работать с тобой, Тони.

— Украшения Рэйчел очень хорошо смотрятся вместе с твоими, — ответил он с улыбкой.

Тони хотел ускользнуть, но сделать это было невозможно, не коснувшись груди Доны. Он точно знал, чего она хочет. Дона ясно обозначила свои намерения на той вечеринке в Риме. Весь сегодняшний день она находила повод прикоснуться к Тони и даже клала руку ему на колено, когда они обедали. Она даже поклевала закуски с его тарелки. Рэйчел, сидевшая напротив, выглядела удрученной. Он понимал ее, но не знал, как прекратить это, не унижая Дону прилюдно. Он как мог старался не замечать ее нахального поведения в надежде, что она поймет и прекратит.

Было очевидно, что ему это не удалось.

— Ты свободен сегодня? — спросила она.

— Боюсь, нет. Мы с Рэйчел после ужина идем в кино с моими друзьями.

— Может, завтра? Зайди ко мне, когда перестанешь нянчиться со своей подружкой.

Дона приложила руку ему между ног и зашептала на ухо непристойности, услышав которые покраснел бы любой развратник. До встречи с Рэйчел Тони заинтересовался бы предложением Доны. Сейчас же он лишь хмыкнул и покачал головой:

— Извини, но я пас.

Краем глаза он заметил движение в дверном проеме — там стояла Рэйчел, губы крепко сжаты, взгляд холоден. Она мало понимала по-итальянски, но Тони знал, что в данной ситуации ей не нужен переводчик.

Дона совсем не смутилась и нахально заявила по-английски:

— В другой раз тогда. Не пропадай.

Еще раз погладив его, она вышла, нагло улыбнувшись Рэйчел.

— Рэйч… — начал Тони, когда они остались одни.

— Я готова. Можем идти.

— Насчет Доны…

— Не надо. — Она закрыла на миг глаза и покачала головой. — Не имеет значения.

— Имеет. Я вижу, что имеет. — Тони протянул к Рэйчел руку, ожидая, что она попытается отстраниться. Она не отстранилась, но было ясно, что все изменилось. У него внезапно заныло в груди. — Ты не доверяешь мне. Думаешь, я такой же, как твой бывший муж. Думаешь, я буду изменять тебе.

— Нет, я так не думаю.

Ее упорное отрицание не уменьшило его страхи.

— Я ничего не делал, чтобы заслужить внимание Доны. Ничего. Она меня подкараулила.

— Я знаю, Тони.

— Ты знаешь. Но ты ведешь себя так, будто не знаешь. — Он провел ладонью по лицу.

— А как именно я себя веду? — Она скрестила руки на груди.

Он хорошо разбирался в женщинах и понял, что попал в ловушку.

— Мне надо было ясно дать ей понять. Я просто не хотел при людях…

— Знаю, — твердила Рэйчел.

— Опять ты со своим «знаю»! — в нетерпении воскликнул он. — Если знаешь, почему мы тогда ругаемся?

— Мы не ругаемся. Я знаю, что ты мне не будешь изменять. Ты мне сам сказал однажды, что всегда верен женщине — пока вы вместе.

Последняя реплика заставила Тони нахмуриться. Да, он говорил. Он так думал тогда, потому что его устраивали недолгие романы ради секса. Но с Рэйчел его связывало нечто большее. Он не хотел, что все кончилось. Не сейчас. Никогда.

— Я счастлив с тобой, Рэйчел. Я… Я…

Слова, которые он никогда не произносил, были готовы сорваться с его языка.

«Я люблю тебя». Santo cielo! Когда это случилось? Но потом Тони понял. Это случилось не сразу. Чувство росло постепенно в течение нескольких месяцев. Сначала пришло влечение, потом дружба, потом интимная близость и, наконец, в этот миг, пугающая душевная связь.

— Да, Тони, сейчас ты счастлив, но…

— Ты думаешь, я уйду? Что мне хочется быть с кем-то другим?

— Сейчас нет. А через месяц? Через год? Я не знаю. — Рэйчел улыбалась, но глаза ее были грустны. — Мы же не давали друг другу обещаний.

— Ты этого хочешь, carina? Обещаний?

А он хотел этого? У Тони вспотели ладони. Свело живот. Ему не стало легче, когда она покачала головой:

— Нет. С меня хватит обещаний. Мне нравится то, что у нас есть. Сейчас мы счастливы. Этого более чем достаточно.

— Да.

Именно такого пути Тони всегда придерживался. Но теперь все изменилось. И он только сейчас понял насколько.

Еще три дня Рэйчел провела в Италии. Это все, что она могла себе позволить, — надо было возвращаться домой. В магазине накопились дела, и еще предстояло выполнить заказы постоянных клиентов. Тони тоже был занят. Он успел только взять интервью для репортажа о средиземноморской кухне у всемирно известного шеф-повара во время их поездки в Милан. Скоро Рэйчел вернется в Штаты, он на неделю уедет на Сицилию, потом в Афины.

После происшествия на фотосессии их отношения стали напряженными. Рэйчел старалась не выказывать волнения и страха. Глупо было надеяться удержать такого мужчину, как Тони. Здесь, в Италии, в гламурной атмосфере, она осознала, насколько они разные. Несмотря на свою привязанность к семье, которая заставляла его раз за разом возвращаться в Мичиган, Тони чувствовал себя в этом кругу как рыба в воде. А она была чужой.

Рэйчел вспомнила слова Доны:

— Скоро ты ему наскучишь. Я не хочу тебя обидеть. Просто Тони такой. — Она засмеялась. — Я ему тоже надоем в свое время. Мне надо было не торопиться. Надо было подождать, пока он закончит с тобой, прежде чем предлагать себя. Не обижаешься?

Очевидно, Дона пыталась извиниться таким образом. То еще извинение. Рэйчел не рассказала Тони о ее визите. Зачем? Но эти слова служили ей предостережением. Предательство Мэла ранило Рэйчел. Если она не будет сильной, рана, нанесенная Тони, добьет ее.

— У меня для тебя сюрприз, carina, — объявил Тони, открывая для Рэйчел дверь лимузина.

Завтра в это время она уже будет в своей уютной квартире в Рочестере страдать от смены часовых поясов и разбирать накопившуюся за две недели деловую корреспонденцию.