Аманда Мэдисон - Только любовь!

— Скорее уж зол. — Начав говорить, Виктория не могла уже остановиться. — Ты злишься на меня, и, возможно, ты прав. Но вот что я тебе скажу: либо ты кончаешь со всем этим спектаклем, либо принимаешь меня такой, какая я есть, потому что я не собираюсь меняться.

— Тебе и не обязательно меняться.

— Не смеши меня. Конечно, ты ждешь, что я изменюсь, иначе не стал бы так обращаться со мной.

Мигель не произнес ни слова в ответ.

— Ты ждешь, что я начну соответствовать твоему представлению о хорошей жене, — упавшим голосом продолжила она. — Я не знаю, что это за представление, и, если честно, не горю желанием узнать, если это значит больше не видеться с тобой.

— Возможно, нам обоим необходимы перемены.

— Возможно? — Виктория нервно рассмеялась. — Знаешь, Мигель, ты не изменишься, и я никогда не изменюсь в достаточной мере, чтобы удовлетворить тебя. И ты всегда будешь сердиться на меня и наказывать за то, что я не та, кем должна быть. Ведь ты, похоже, никак не поймешь, что я не… — Черт! В ее голосе звучало слишком много эмоций. — Не… — снова попыталась она, но слова не шли.

— Не — что?

— Не соответствую своему положению и происхождению.

— Ты слишком все усложняешь, — резко произнес Мигель. — Возможно, впервые увидев тебя, я действительно пришел в замешательство.

— Ты пришел в бешенство, — поправила его Виктория.

Он посмотрел на нее долгим изучающим взглядом.

— Да, я тогда действительно разозлился. Но я не верю, что кто-то может быть однозначно хорошим или плохим… Даже ты. — Мигель явно попытался пошутить, и выражение его лица смягчилось.

Но на губах Виктории не появилось и тени улыбки. Ей было слишком больно — так много эмоций, которых она не понимала, сжигали ее душу. Ранее, нежась в его объятиях, она была так близко к тому, чтобы поверить в возможность счастливого окончания этой истории. Но она опять ошиблась.

Завернувшись в простыню, Виктория встала с кровати. Мигель тут же вскочил и направился к ней. Она отступила.

— Стой! — крикнула Виктория и вытянула вперед руку. — Остановись, Мигель! Сейчас же!

Он ее послушал, но все равно оказался слишком близко от нее. И снова Викторию поразили его мужественность и высокий рост. Рядом с ним она казалась себе незначительной и невзрачной.

— Ты должен понять, что у нас ничего не выйдет. Мы не подходим друг другу. Я не могу быть тем, кем ты хочешь меня видеть. А ты, Мигель… — Виктория глубоко вздохнула и решилась: — А ты не тот, кто нужен мне.

Он ничего не сказал. Просто стоял и смотрел на нее.

Тогда она обняла себя за плечи, словно пытаясь таким образом привести в порядок чувства, пришедшие в хаос. Все кончилось, обреченно подумала Виктория. Кончилось, так и не начавшись.

Она ощущала себя душевно истощенной и растерянной. Несколько минут назад они были близки. Несколько минут назад она чувствовала себя почти счастливой… И вдруг осознала, что снова оказалась во власти иллюзий.

Ей нравилось, когда Мигель к ней прикасался, нравилось удовольствие, которое она находила в его объятиях. Но все между ними сводилось лишь к физическому влечению. У них был неземной секс, но они ни разу не занимались настоящей любовью, а она была слишком несведуща, чтобы понять это сразу.

— В любых отношениях бывают переломные моменты, — сказал Мигель голосом, лишенным всяких эмоций.

Виктория сосчитала до десяти, пытаясь унять боль.

— Это не переломный момент, Мигель. — Она попыталась улыбнуться, но губы не слушались ее. — Ты не должен был никого подлавливать или припирать к стенке. Запирать на ключ и привязывать к себе насильно.

Его челюсти сжались, лицо окаменело.

— Я собирался дать нам время. Я боялся потерять тебя. Я подумал, что нам следует побыть вместе… чтобы лучше узнать друг друга.

Но он намеренно хотел, чтобы она забеременела. Хотел заманить ее в западню. Но только не из любви, нежности или каких-либо других высоких чувств, которые она понимала и уважала.

— Думаю, мы уже многое узнали друг о. друге, не так ли? Неужели мое благородное происхождение так важно для тебя? Или ты так страстно жаждешь угодить Беатрис? Что ты о себе возомнил, если решил, что можешь играть со мной как с бездушной куклой? А может, за брак со мной тебя ждет крупное вознаграждение? — Виктория с трудом остановилась.

Она увидела, как Мигель вздрогнул и его лицо приняло угрожающее выражение. Глаза потемнели, грудь тяжело вздымалась. Казалось, он сейчас разгромит первое, что попадется под руку.

Виктория не на шутку испугалась и бросилась в ванную. Нет, она не должна испытывать сочувствие к этому человеку, особенно после всего, что он сделал. Но помимо своей воли ей хотелось узнать, что же в ее словах так его задело…

10

Выйдя из ванной, Виктория обнаружила Мигеля сидящим в кресле с бокалом в руках. Початая бутылка виски стояла на полу рядом.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — спокойно спросил он.

— Нет, спасибо. — Виктория села на край кровати и покрепче затянула пояс махрового халата, который надела, приняв душ. — Расскажи мне о себе.

— С какой стати?

Он был не просто невыносим, его поведение выходило за рамки допустимого.

— Отлично. Не рассказывай. Так даже лучше. Чем меньше я знаю о тебе, тем проще будет забыть тебя.

— Вики… — В его голосе послышалась горечь.

Нет, она не поддастся. Он так сильно обидел ее, принес ей столько страданий, что она не позволит ему разжалобить себя…

Но, с другой стороны, Мигель обычный человек. Такой же, как она. После смерти дедушки Виктория чувствовала себя особенно одинокой, потому что не с кем было поговорить по душам. А Мигель, похоже, вообще не доверяет никому.

— Но… но если я забеременела и нам придется пожениться, должна же я иметь хоть какое-то представление об отце своего ребенка, — нехотя произнесла она.

В его глазах отразились сомнения. Затем он вздохнул.

— Ладно, я расскажу тебе свою историю, — бесцветным голосом начал Мигель. — Но только пообещай не перебивать меня и ничего не говорить в конце.

— Я не могу. — Она вскинула бровь от удивления.

— Я не хочу отвечать на твои вопросы и слышать комментарии. И я не требую от тебя сочувствия.

Виктория поколебалась.

— Это звучит не очень-то честно.

— Жизнь редко бывает честной.

— Да. Но здесь только ты и я. Сначала ты соглашаешься рассказать, потом ставишь условия…

— Именно так.

Виктория с недоумением посмотрела на Мигеля. Она не понимала его. Не понимала, зачем он все это делает. Чего вообще хочет от жизни.