Энн Мэтер - Обратный билет

— Но тебе нужно переодеться, если мы ужинаем сегодня в гостях, — коротко заметил Бен, обеспокоенный бесцеремонностью Маргарет и явным желанием использовать Шейлу.

Но Маргарет нельзя было переубедить.

— Дорогой, я уверена, что Тамара может одолжить мне платье, когда вы вернетесь вечером. Я буду здесь, в доме отца Донахью. Я уверена, что он не станет возражать, если я пока займу комнату Тамары.

Тамаре пришлось кивнуть, а Шейла была слишком вежливой, чтобы попытаться придумать какую-нибудь отговорку. Она просто сказала:

— Конечно, вы можете остаться, если хотите. — Однако при этом можно было понять, что она далеко не в восторге.

Тамара была поражена бесцеремонностью Маргарет, но уже ничего нельзя было поправить, и две девушки ушли вместе.

Бен вздохнул:

— Извини, Тамара! Но что я мог сказать?

— Ну, ни меня, ни тебя это не касается, — сказала Тамара немного натянуто и пошла за своим жакетом.

В Лимерике они провели спокойный день, и Бен, казалось, не заметил, как мало радости вызвало у Тамары приобретение обручального кольца.

Она выбрала кольцо с крупной жемчужиной, окруженной маленькими бриллиантами. Кольцо было очень красивым и выглядело дорогим. Тамара подумала, что Бену оно нравится еще и по этой причине.

Потом они нашли гостиницу и пообедали, болтая за едой и отдыхая от непрерывного щебетанья Маргарет, надоевшей им в прошлый раз. Во второй половине дня они, уступая любви Бена к осмотру старинных зданий, посетили собор Святой Марии и замок короля Джона и, выпив в гостинице чаю, отправились назад в Фалкон-Уэрри.

— Ты чем-то обеспокоена, — заметил Бен, когда они сидели в ресторане гостиницы. — О чем ты думаешь?

— Ни о чем особенном, — ответила Тамара, улыбаясь. — Ты хорошо провел вчера день на рыбалке?

— Да, очень хорошо. Поймали не много, но мне нравится этот вид спорта сам по себе. А что делала ты? Была там, наверху, в «Фалкон-Хэд»?

Тамара рассматривала свое кольцо.

— Да. Хотя, собственно говоря, день я провела не там. Я уезжала с Россом и Люси, — не сразу ответила она.

Глаза Бена потемнели.

— А, уезжала! И куда же?

— Ну, миссис Фалкон сказала мне, что Росс везет Люси на пикник, а когда появился Росс, она практически заставила его взять меня с ними. Она — такой человек, чьи мысли всегда целиком заняты каким-то одним делом. А в настоящее время она только и думает, что о проблеме Люси! — Эти слова она произнесла несколько поспешно, словно хотела для себя найти в них оправдание тому, что произошло.

Бен вынул сигарету:

— Понятно. И он согласился?

— Что он сделал? — На мгновение Тамара потерялась.

— Он согласился?

— О-о нет! Я не думаю, что он обратил внимание на мои слова!

Бен поморщился:

— Тамара, ведь ты уже пробыла здесь довольно долго. Тебе не кажется, что мучившее тебя внутреннее противоречие уже разрешено? Ты видела этого человека — Росса Фалкона, ты выяснила, что произошло за это время со всеми, кого ты знала. Не пора ли тебе оставить все это? Вернуться в Лондон? Когда мы поженимся, нас ждет столько дел! Как много мест на свете, которые я бы хотел показать тебе!

Тамара с грустной ласковостью посмотрела на него. Почему она не может любить Бена? Что мешает ей? Ведь он, как сказала тогда Эмма, хороший человек, нежный. Почему в их отношениях не может быть волшебства любви?

Тамара вздохнула и допила свой чай. Ставя чашку на блюдце, она сказала:

— Если миссис Фалкон не обратилась бы ко мне, меня ничто не удержало бы здесь, Бен. Но теперь… о, я не знаю! Это кажется мне каким-то крестовым походом!

Бен встал и придержал ее стул, когда она поднималась из-за стола.

— Знаешь, что я думаю? — медленно произнес он.

Тамара вспыхнула:

— Нет. А что?

— Я думаю, что Люси для тебя только оправдание! Я думаю, что ты просто не хочешь возвращаться.

— О, Бен, но мы ведь уже выяснили все это!

— Да, так считаешь ты. Но я меньше в этом уверен. Тамара, если бы я купил здесь дом и мы могли жить здесь по крайней мере иногда, ты была бы довольна?

Тамара побледнела.

— Нет, Бен, я не уверена, что это хорошая мысль, — сказала она, выходя из ресторана.

Бен пожал плечами, вздохнул и последовал за ней.

В машине на обратном пути в Фалкон-Уэрри Тамара сказала:

— Я долго думала, Бен, об этом. Сначала я собиралась пробыть здесь шесть недель. Если я сокращу время до месяца, это, по крайней мере, ты позволишь мне?

Бен молчал.

— Ты хочешь сказать, что я должен уехать в Лондон и оставить тебя здесь еще на десять дней или около того? — наконец спросил он.

— Да. Именно так.

— Я могу оставаться здесь тоже.

Тамара прикусила губу:

— Хорошо. Оставайся, но дай мне это время.

— Ладно. Я не буду больше возвращаться к этому вопросу. — Бен кивнул, и Тамара немного успокоилась.

Десять дней. За десять дней может произойти многое.

Когда они вернулись, Маргарет была в домике священника. Она уже надела одно из вечерних платьев Тамары, шелковое золотистое платье, которое красиво гармонировало с ее темными волосами.

— Я надеюсь, дорогая, ты не будешь возражать, что я одолжила это платье, — сказала Маргарет, когда Бен и Тамара вошли в гостиную, где она сидела с отцом Донахью.

Тамара покачала головой:

— Ты можешь вообще оставить его себе, Маргарет. Я редко надеваю его.

Маргарет поджала губки:

— Спасибо, дорогая, но у меня достаточно своих платьев.

Тамара пожала плечами, мысленно решив, что как только Маргарет вернет платье, она его выбросит.

Отец Донахью, стоявший спиной к камину, сказал:

— Меня тоже пригласили сегодня на ужин в «Фалкон-Хэд». Вы меня захватите с собой, мистер Гастингс?

Бен улыбнулся:

— Конечно, сэр. Я надеюсь только, что это не тот прием, на который нужно являться в смокинге.

— О нет, — ответил священник, покачав головой. — Ничего официального.

Тамара, извинившись, пошла переодеться. В своей комнате она обнаружила полный хаос. Маргарет перерыла весь ее шкаф в поисках наряда. О том, чтобы повесить вещи на место, она не позаботилась. Какое-то время она пыталась хоть немного привести комнату в порядок, а потом быстро переоделась. На выбор туалета у Тамары не оставалось времени.

Она надела длинную изумрудного цвета бархатную юбку и черную шифоновую блузку с широкими рукавами и высоким, отделанным рюшем, воротником. Она понимала, что рядом с Маргарет будет выглядеть просто и не нарядно, но мужчины — Бен и отец Донахью — оба сделали ей комплименты по поводу ее платья. Лишь Маргарет промолчала.