Алекс Стрейн - Рождественское желание

Дайана стояла еще несколько минут, бурно дыша и не замечая, что по ее щекам текут слезы. Как неудачно все получилось. Но мог ли быть иной финал? Нет, призналась она себе, из этого разговора ничего не получилось. Я так и не узнала, чего он добивается. Наверное, хочет свести меня с ума!..

Дайана вдруг поняла, что потеряла свой козырь, который намеревалась использовать в суде: Рид, подав в отставку, решил пожертвовать работой.

Всей ее силы воли не хватило на то, чтобы успокоиться, и, убирая со стола тарелки, она несколько раз потерянно всхлипнула. Посуда прыгала и звенела в ее руках, но, несмотря на риск остаться без любимого сервиза, Дайана не остановилась: сейчас ей нужно было производить хоть какие-то действия — что-то, что отвлекло бы ее от горестных размышлений.

Дайана лежала в постели, глядя в темноту. Она оказалась в тупике, понимая, что для Райана расставание с Ридом будет отнюдь не безболезненным. Глядя на этих двоих, Дайана не могла отделаться от впечатления, что между ними существует какая-то сверхъестественная связь, невидимые, но неразрывные узы. Райан доверял Риду безоговорочно с первых часов знакомства, он тянулся к Риду, как тонкий росток к солнцу. «Зов крови» — так сказала бы Селия, но Дайане сейчас меньше всего хотелось услышать подобное пророчество своей помешанной на спиритизме, потустороннем мире и мистических связях матери. Хотя иное объяснение просто в голову не приходило. В разговорах Райана с Дайаной постоянно мелькал Рид: «Рид сказал… Рид посоветовал… У Рида такое было…» И Дайана ничего с этим не могла поделать. Она мучительно желала и при этом ужасно боялась итога этой истории.

А я? — вдруг подумала Дайана. Что происходит со мной? Я помимо воли прониклась симпатией и доверием к человеку, которого должна бояться как огня. И сегодняшний разговор — это еще одна брешь в моей и без того слабой защите. А еще его отношение к Райану… И слепому видно, что он любит сына. Он прекрасно ладит с Райаном, умеет придумывать разные игры и занятия, у него неистощимый запас различных рассказов… Что чувствует Рид, осознавая, сколько он потерял? Он не слышал ни его первого слова, не видел первого шага своего ребенка… А теперь он вновь обрел потерянного сына…

Какой образчик отцовских чувств! — вдруг съехидничала какая-то часть ее существа, но другая, гораздо большая часть, тут же устыдилась этого сарказма. Рид был абсолютно искренним. В том, что касалось его сына, он был очень раним и уязвим. И Дайане было больнее в несколько раз от того, что она понимала его, как никто другой.

Дайана повернулась на бок, подтянув колени к животу и испытывая отчаяние от того, что не может справиться со своими чувствами и позволяет своим мыслям увлечь себя в бесконечный анализ чужих чувств, эмоций, поступков. Дайана чувствовала себя разбитой, но упрямый Морфей не желал укутывать покрывалом временного забвения ее растревоженную душу. В конце концов она не выдержала и села на кровати, раздраженно отбросив одеяло. Часы на прикроватном столике показывали половину второго. Если так и дальше пойдет, она скоро просто сойдет с ума от переутомления.

Существует только одно радикальное средство, которое прекратит ее мучения. Дайана подобно призраку выскользнула из своей комнаты и, не включая света, пробралась на кухню. В аптечке она отыскала упаковку снотворного, выпила таблетку. Вздохнув, пошла назад, уповая только на действие лекарства. В большом зеркале мелькнул ее неясный призрачный силуэт. Поднявшись в свою комнату, Дайана помедлила. Легкое дребезжание стекла привлекло ее внимание, и она подошла к окну, выглянула из-за занавески. Ветер усилился, и большие хлопья танцевали в свете фонаря, завиваясь в причудливых змейках, потом, подчиняясь порывам ветра, падали наотмашь густой пеленой и снова завихрялись…

Скоро Рождество, с неясным волнением подумала она и не сдержала печальной усмешки. Неужели я еще верю в чудеса? И какое желание я бы загадала в случае, если бы несбыточное стало возможным?.. Этот вопрос почему-то напугал ее. Хотя никакого конкретного желания в голову не приходило, непонятная смутная неопределенность, желание чего-то невероятного с такой силой охватило ее, что Дайана передернула плечами и отпрянула от окна.

— Все это глупости, пора уже повзрослеть, — пробормотала она.

Дайана пошла в комнату Райана и поправила сбившееся одеяло, едва коснувшись поцелуем его щечки. У нее есть только одно желание: чтобы ее сын остался с ней. Вот и все. Она вернулась в спальню, забралась в кровать и накрылась с головой стеганым одеялом.

13

Рид пришел как всегда рано, а после ночи под влиянием снотворного Дайана чувствовала себя опустошенной.

— Что вы сегодня собираетесь делать? — открыв ему дверь, поинтересовалась она в лоб, начисто забыв о хороших манерах.

— Доброе утро, Дайана.

— Ах да!.. Доброе утре. Хочешь кофе?

— Спасибо, Ди, с удовольствием, — вежливо поблагодарил Рид и пошел за ней в кухню. — Ты сегодня выглядишь как-то странно.

— Я неважно себя чувствую после снотворного.

— У тебя бессонница?

Дайана бросила на него выразительный взгляд, который Рид с честью выдержал. Он дождался своей порции кофе и обхватил кружку ладонями, словно согревая замерзшие руки.

— На улице опять метель. Снег шел всю ночь. Похоже, к Рождеству наметет огромные сугробы.

— Да… Я даже не припомню такой снежной зимы, — тут же отозвалась Дайана, словно боясь, что, как только затихнут звуки их голосов, неловкость тут же повергнет ее в смущение.

Она рискнула оторваться от созерцания падающего за окном снега и взглянуть на Рида. Он выглядел спокойным и расслабленным, хотя смотрел на нее пристально.

— Что? — всполошилась она, едва не поперхнувшись кофе.

— Мне, право, очень неудобно просить… — он сделал паузу, от которой сердце Дайаны ёкнуло, — но не могла бы ты мне налить еще кофе? Я здорово продрог.

— О, конечно. — Она бросилась выполнять его просьбу с такой поспешностью, словно от этого зависела ее жизнь, и в спешке едва не смахнула кофейник на пол. — Ты продрог? — деланно удивилась она, все еще стараясь поддерживать разговор и не допускать воцарения молчания и возвращения своих страхов.

— Что-то случилось с отоплением в моем номере.

— Бывает.

— Ты варишь удивительно вкусный кофе. И сегодня ты боишься меня.

— Одно другому не мешает, — рассеянно проронила Дайана, и только через секунду до нее дошел смысл его фразы. Дайана вспыхнула. — Вовсе нет, — надменно сказала она; но Рид улыбнулся с таким видом, словно Дайана была стеклянной и для него в ее душе не существовало никаких секретов. Впрочем, может быть, он на самом деле видел людей насквозь.