Миллиардер (не) ее мечты - Юлия Юрьевна Бузакина

умрет! Поверь, нет ничего проще, чем отключить его от аппаратов жизнеобеспечения!

— Я не твоя! Никогда не стану твоей женой, ясно?!

— Станешь, Анна! Погрузите ее в лодку! — махнул он рукой своим подельникам.

— А, ну, стой! — послышался громкий женский голос со стороны дороги. Следом раздались выстрелы.

Жоржолиани выпустил пистолет и схватился за истекающее кровью предплечье. Его подельникам повезло не больше – простреленные конечности лишили их способности стрелять. Теперь они корчились в кустах самшита с громкими стонами.

— Крестная! — шепотом выдохнула я. В груди кольнула радость: она жива!

— Садитесь в машину, быстро! Красавчик, ты поведешь, будь готов сорваться с места в любую секунду! — крестная указала нам на мигающее шашечками вдалеке такси и обернулась к Жоржолиани и его подельникам. — А кто из вас шевельнется, тому я прострелю коленную чашечку!

— Старая тварь! Тебя надо было убить еще в офисе! Зачем я позволил тебе уйти?! — ядовито прохрипел Жоржолиани.

В ответ раздался новый выстрел из ружья. Пуля пролетела так близко к его виску, что оцарапала ухо.

— К твоему сведению, старая тварь – мастер спорта по биатлону! Никому еще не удавалось переплюнуть меня в стрельбе из ружья! — оскорбленно произнесла крестная.

Отступая, за нами следом, она уверенно держала раненых Жоржолиани и его подельников на мушке.

Забравшись на заднее сиденье ярко-оранжевой, похожей на тыкву машины, я удивленно взглянула на подоспевшую тетушку.

— Ты работаешь в такси?!

— Нет, Аня, я не работаю в такси. Я угнала эту машину из таксопарка, так что едем, пока нас не подстрелили! — ловко забираясь в машину, буркнула Александра. — Давай, красавчик, не подведи! Гони вперед! Мы их выбили из игры, но боюсь, ненадолго.

Макара не надо было просить еще раз. Он нажал на газ, и оранжевое такси сорвалось с места.

***

Машина неслась по темной трассе в сторону города, а я донимала Александру расспросами.

— Как тебе удалось выжить?! Я думала, они тебя убили!

— А я думала, что убили тебя! Стоило увидеть ваш опустевший дом, и меня охватило отчаяние! Вот уж не думала, что Бэлла окажется такой сукой!

Я покачала головой.

— Они не могут меня убить, тетя! Жоржолиани нужно, чтобы я стала его женой, ведь я — единственная наследница бойцовского клуба… Боюсь, мачеха и Жоржолиани все просчитали заранее, да вот только мой папа остался жив!

Тетушка вздохнула.

— Я была у него в больнице сегодня днем. Никаких изменений. Врачи боятся делать прогнозы.

— А где ты сама была все это время, тетя?

— Мой приют для животных на самом деле не так прост. Меня там не смогли бы найти, даже если бы захотели, — усмехнулась она. — Но, если Жоржолиани жаждет получить клуб через брак с тобой, он не успокоится, пока не доведет дело до конца.

— Не понимаю, для чего ему я, если мой папа жив?!

— Как только ты будешь в его руках, и все соответствующие документы будут подписаны, он возьмется за твоего отца. Поэтому он так настойчиво охотится за тобой. Он заплатил твоей мачехе выкуп и считает, что ты – его собственность.

— Какой бред…

— Бред, или нет — а прекратить безумие можно только одним способом!

— Каким же?

— Выдать тебя замуж немедленно! — и тетя Александра многозначительно взглянула на Макара.

Тот поймал ее взгляд в зеркале заднего вида и удивленно приподнял бровь.

— И не делай вид, что не лишил невинности мою племянницу! — сурово произнесла она. — Поверь, у меня отличный бинокль, а шторы в спальне никто не потрудился задвинуть!

— Ты за нами подсматривала?! — вспыхнула я.

— О-о, это было красиво, — лукаво усмехнулась она.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 31. Анна

Вишневский нахмурился.

— Как только приедем в дом моего отца, я переговорю с ним на эту тему. Возможно, скорое замужество — это спасение для Анны.

— Что?! Вы что, за меня все решили?! — нервно сглотнула я. — Я не хочу замуж! Я молода, красива, да у меня вся жизнь впереди! А замужество — это… это конец всему!

— Поздно брыкаться, Анна, дело уже сделано! — строго фыркнула крестная. — Нечего было таять от его порочных ласк и поцелуев! Он тебя обесчестил, пусть дает тебе свою фамилию! Хотя, кажется, ему жениться, как с горы катиться… Какой это брак у тебя намечается по счету, красавчик?

Макар закатил глаза, но ничего не ответил на ее колкость.

— Ладно, сделаем все по правилам, — уверенно взглянул на меня он. — Анна, согласна ли ты стать моей женой?

— На дорогу смотри! Мы сейчас врежемся! — испуганно вскрикнула тетушка.

— Аня, я жду ответ, — едва увернувшись от выскочившего из-за поворота грузовика, сверкнул взглядом Вишневский. — Ты согласна?

— Согласна, — чувствуя, как дрожу всем телом, выдохнула я.

Его губ коснулась торжествующая улыбка.

— Значит, поженимся?

— Поженимся.

Впереди показался обнесенный высоким каменным забором роскошный особняк, и мы втроем замолчали.

Я завороженно смотрела на освещенную ночными фонарями резиденцию Вишневских. У меня даже дыхание перехватило от ее величия. Если я ее и видела, то только по телевизору. Сейчас в полумраке она казалась сказочной. Огромный замок возвышался над большим парком. Подсвеченные невидимой подсветкой дорожки, мраморные фонтаны и статуи, пальмы и аккуратно подстриженные кустарники, уютные лавочки из камня — на все это я каждый год смотрела по телевизору в день весеннего бала и жутко завидовала претенденткам в шикарных платьях, которых гордо вели по дорожкам мимо фонтанов и статуй во дворец родители. В этом году моя мечта должна была исполниться — нас с сестрой тоже пригласили! Если бы не жуткое предательство Бэллы, завтра я бы пополнила ряды счастливых приглашенных на бал красавиц! Отец вел бы меня сюда за руку, а я была бы самой счастливой на свете…

При мысли о том, что отец, возможно, уже не сможет держать меня за руку, сердце горько сжалось. Мой дом разрушен, мой отец в реанимации, а за мной охотится опасный хищник Жоржолиани… Хороший расклад вместо приглашения на бал, ничего не скажешь!

К тому моменту, как мы подъехали к резиденции, охрана уже бежала нам навстречу и распахивала огромные ворота.

По широкой дорожке от мраморных ступеней, ведущих во дворец, торопливо шагал мужчина. Я его узнала — это был